Награда Бога

Губина Татьяна Всеволодовна

— Пашка, зачем тебе этот, как выражаются современные подростки, геморрой? — Она прищурила глаз. — Ты — почти мужчина, она — маленькая девочка, попавшая в дикий переплет. Оставь и не мучай себя и ее.

— Я люблю ее, Наталья Эдуардовна, — чуть улыбнувшись, сказал он. — А возраст любви не помеха. Спасибо вам, вы очень мне помогли. — Он ухватился за ручку дверцы.

— Постой! — Натка задержала его. — Что ты намерен делать?

— То же, что и делал. Ждать.

Натка посмотрела на него. В его серых

глазах было столько уверенности, мужества и любви, что она даже позавидовала Марусе.

— Ну, тогда удачи тебе, Ромео.

Он перехватил ее руку и на секунду прижал к губам. Затем быстро выскочил из машины, побежал к метро.

Натка смотрела ему вслед и думала, стоило рассказать об этом Кате или нет. Она — Маруськин психотерапевт, пускай и разбирается в тонкостях ситуации. Быть может, этот парнишка чем и поможет. Или Катя поможет им обоим. Она позвонила подруге и в двух словах нарисовала ситуацию. Катя приняла к сведению, с восторгом сказав, что это просто волшебно!

Ах, если бы так просто решались проблемы самой Натки! И самое скверное, что она никому, НИКОМУ не могла ничего рассказать!

Сзади раздалось возмущенное гудение клаксона. Натка очнулась от своих невеселых дум и запустила мотор.

Она нашла подходящего мужика. Ординатор терапевтического отделения, мужик скверный, но так кстати нищий. Поэтому был согласен лезть хоть черту в пасть, лишь бы сшибить лишнюю копейку. Парень оказался еще и ушлый. Тут же сориентировавшись, потребовал московскую прописку.

— А рожа от жадности не треснет? — с иронией спросила Натка.

— Наталья Эдуардовна, мы современные люди, — с вызовом ответил парень. — Я же взваливаю на себя такую ответственность — жену и чужого ребенка!

— Никакой ответственности вы нести не будете! — успокоила его Лерка. — Мне нужно от вас только согласие на удочерение дочери наших друзей. И все.

— Ну да, понятно, чего уж вы из меня совсем придурка делаете? — обиделся ординатор. — Ну, может, с пропиской и переборщил, но...

— Сколько ты хочешь, вымогатель? — рубанула Натка.

— Три тысячи баксов, и вы меня не увидите никогда. Ну, я имею в виду после оформления всех необходимых вам документов.

— Вот и бабки после оформления, — парировала Натка.

Парень спросил, какие у него гарантии, на что Лерка осведомилась, какие он может предложить гарантии ей. На что он возмутился и стал утверждать, что он просто-таки английский лорд и джентльмен.

— Вот и остановимся на джентльменском соглашении, — решила Лерка.

— А когда состоится бракосочетание? — поинтересовался парень.

— Завтра в пять будь в ЗАГСе нашего района. Знаешь где?

— Я объясню, — хмуро вставила Натка. — А теперь дуй, женишок, к себе в Ново-Крикуново или где ты там проживаешь.

— А

аванс?

— Чего?!! — в один голос воскликнули подруги.

— Ничего-ничего! — испугался парень. — Ухожу.

Фаина демонстративно вытерла полотенцем табуретку, на которой он только что сидел.

— Насколько я понимаю, лучше ничего не нашли? — безнадежно спросила она.

— Сроки поджимают, ба. Времени уже нет.

— Лер, а Везуню никак нельзя вызвать? — вступила в разговор Маруся.

Она тихонько вошла на кухню, когда потенциальный муж скрылся за входной дверью.

— А ты чего тут уши развесила? — крикнула Фаина. — А ну марш спать!

— Я дело говорю. Он нас всех любит. И тебя любит, — настаивала Маруся.

— Глупости не говори. Он всегда Натку нашу любил, — встряла Фаина.

Натка вспыхнула и отвернулась к окну.

— Ладно, Мань, ты же знаешь, он женат, да еще на немке. Проигрышный вариант, — вздохнула Лерка. — Иди спать.

Маруся обиделась и ушла, ни с кем не попрощавшись. Фаина тоже незаметно ретировалась с кухни. Девчонки остались одни.

— Знаешь, Нат, а оказывается, я по нему скучаю, — вдруг задумчиво сказала Лерка.

У Натки сжалось сердце, но все-таки она решила уточнить:

— По Сереге?

— Ага. Тогда, на Тенерифе, я вдруг поняла, что Сережка единственный мужик, который всегда оказывался в нужном месте в нужное время. Даже когда его физически не было со мной. Ну, кроме Петьки, конечно.

Натка молчала. Ей казалось, что сердце сейчас разорвется. «Молчи, молчи! — приказывала она себе. — Ничего не говори, а то не дай бог проболтаешься». Еще с далекого детства Натке было так сложно что-то скрывать от подруги.

— Нат, ты меня слышишь?

— Что? — прохрипела Натка.

— Нат, что с тобой в последнее время? — переключилась Лера. — Давно хотела с тобой поговорить. Ты на себя не похожа.

— Мы только что похоронили близких друзей, — глухо ответила Натка, не поворачиваясь от окна.

— Только что — это почти два месяца назад. А ты ходишь как зачарованная уже полгода, — парировала Лерка.

— Я просто перенервничала. Из-за тебя, из-за дяди Леши, Маруси. Поверь, я же не железная и вы для меня — как семья.

— Да, ты права. Я страшная эгоистка. — Лерка встала и обняла Натку за плечи, уткнулась головой в шею. — Нат, я даже не знаю, что бы без тебя делала. Наверное, меня бы уже черви в гробу исчавкали. Ты мой самый близкий человек. Ближе не будет. Ты да Везуня. Я знаю, что вы никогда меня не обманете и не предадите.

Натка вздрогнула и незаметно вывернулась из рук Лерки. Отошла к раковине, подальше от подруги.

— Ладно, Лер, полно тебе. Не люблю я этого. Ты же знаешь.

— Да-да, конечно, — слабо улыбнулась Лерка. — Ты останешься ночевать?