Наглость – второе счастье
Шрифт:
— Что ж, мальчик, пришла пора положить конец твоим бредовым амбициям! — снова обратилась я к киллеру.
В этот момент я представила, что он может слышать меня, и весело рассмеялась. Пусть теперь его нервы пошалят!
Я начала собираться на аудиенцию к Мартову. Особого искусства для этого не требовалось. Моей главной, но не единственной задачей было оказаться рядом с председателем правления «Поволжского коммерческого банка» в тот момент, когда будет происходить покушение.
Это сделать можно было, лишь став его личным телохранителем. Вот именно
Итак, одежда была необходима характерная, то есть подчеркивающая пластику движений и в то же время невызывающая. Свободная, но и подчеркивающая фигуру. Строгая, но не консервативная. Угадали, что это? Правильно, стрейчевый костюм!
Я надела белую блузку со стоячим воротничком. Поверх нее на моих плечах уютно «уселась» короткая стрейчевая курточка — пиджак на сверкающей «молнии». И завершали весь этот ансамбль стрейчевая же юбка фасона годе и светло-бежевые чулки.
На ноги я надела невысокие кожаные сапожки, отороченные черным мехом. Бросила в сумочку несколько своих специфических прибамбасов и критически осмотрела себя в зеркало.
Скажете, что такое сейчас никто не носит? Ошибаетесь! Я ношу! И вы попробуйте. Уверяю, что ни один Карден не оденет вас лучше!
Я накинула на плечи короткую, до середины бедра, шубку и поспешила к выходу. Тетушку Милу пока решила не ставить в известность о ходе событий. Я была уверена, что сейчас ей ничто не угрожает, и волновать понапрасну ее не хотела.
Общественный транспорт для сегодняшней поездки не годился. Мало ли что могло случиться с моим цивильным прикидом в переполненном троллейбусе! Я решила избежать возможных случайностей и отошла подальше от остановки, чтобы поймать такси.
Однако не зря говорится, что от судьбы не уйдешь. Не успев даже поднять руку, я столкнулась с неприятной неожиданностью — сзади на мое плечо легла тяжелая рука!
— Ну че, чува! — просипел чей-то грубый голос, дохнув мне в шею перегаром. — По глазам, бля, вижу, што ты бухнуть хочешь!
Я обернулась. Прямо за моей спиной стоял пропитой мужик в куртке из кожзаменителя. Он был приблизительно одного роста со мной и опасности не представлял никакой. Но затевать посреди улицы какие-то драки в мои планы пока не входило.
— Ой, извините! — озабоченным голосом проговорила я, одним движением сбрасывая его руку со своего плеча. — Не обижайтесь, но я тороплюсь!
— Не трынди, бля! — оскалился он. — Сказал, хочешь, значит, пойдешь!
Ну, все! Я многое могу стерпеть, но такого нахальства не простила бы даже своему дедушке! На секунду я задумалась, как побыстрее расправиться с обнаглевшим мужиком, но выполнить то, что придумала, не успела — какая-то неведомая сила впечатала самоуверенного приставалу в ближайший столб!
Впрочем, неведомой эта сила оставалась недолго. На месте пьяного мужика я увидела невысокого, но крепкого
— Вали отсюда шементом! — ровным голосом проговорил он и обернулся ко мне: — Не беспокойтесь, девушка! Он вас больше не тронет!
И, подождав, пока мужик исчезнет, поджав хвост, словно побитая собака, улыбнулся мне и ушел по своим делам.
Я смотрела ему вслед, раскрыв от удивления рот. Мне тут же вспомнился вчерашний инцидент в троллейбусе, и, уж поверьте, удивлению моему предела не было!
Неужели я стала производить на людей впечатление столь беззащитного человека, что одним непременно хочется меня оскорбить, а другие испытывают жгучую потребность защищать? Да и вообще, где это видано, чтобы в наше время за женщину заступались, если она сама того не просит? Да и когда попросит, еще триста раз подумают!
Какая-то непривычная волна поднялась в моей груди, всколыхнув душу. Почему-то я почувствовала себя абсолютно другим человеком. Наивным и восторженным, как в пятнадцать лет. Мне было удивительно, но и очень приятно почувствовать это! Однако свои странные чувства я подавила — не до душевных терзаний сейчас! Меня ждала работа…
Стоять посреди грязных луж и веселых весенних ручейков, слушая теньканье синичек, мне долго не пришлось. Первая же машина, навстречу которой я подняла руку, остановилась около меня с предельной осторожностью.
«Ага! — порадовалась я обходительности водителя. — Значит, впечатление произвожу нужное!»
Дорога до «Поволжского коммерческого банка» также не отняла у меня много времени. Водитель всю дорогу щебетал, подобно тем синичкам, что тенькали на весну, явно стараясь мне понравиться.
Впрочем, рамок обычной вежливости он не преступал. Ей-богу, такое обращение мне было намного привычнее! Я вновь была той Женей Охотниковой, которой теперь восхищались, уважали и, может быть, боялись.
Добраться-то до банка я добралась, но почему-то за всю дорогу совсем не подумала о том, как я умудрюсь встретиться с Мартовым! Я не Карлсон, да и Григорий Андреевич навряд ли ждет посетителей у окна. А через дверь попасть к нему оказалось довольно нелегко!
Я удивилась своей непредусмотрительности. Мы же изучали в институте систему банковской охраны и знали, насколько трудно незваному посетителю пробраться внутрь!
Я пожала плечами и, прибавив еще одно очко сумасшедшему киллеру за умение заставить забыть об элементарных вещах, прошла в здание банка. Автоматически я отметила про себя, что такой номер больше не должен у него пройти!
Сразу за входными дверями «Поволжского коммерческого банка» начинался небольшой холл, отделанный мореным дубом. В дальнем конце этого помещения была небольшая лестница, ведущая в святая святых здания.
Через холл к стеклянным дверям, заканчивающим лесенку, и обратно сновали посетители и служащие. Два бойца милиции, занимающие небольшую будочку у этих дверей, кого-то впускали, едва глянув на пропуск, а кого-то заставляли ждать.