Наемники Судьбы
Шрифт:
– Окапываться, – вздохнул Хельги. – Под землю она не проникает. Успеем до темноты зарыться достаточно глубоко – тогда все в порядке.
– А палкой ее отодвинуть нельзя? – поинтересовался Аолен.
– Нет, – отвечала наученная горьким опытом сильфида, – по ней она и нападет. Она не дура.
Рыть было нечем, пришлось ковырять землю ножами, палками, руками, обдирая кожу и ногти. Торопились, но дело шло медленно. Повезло в одном: под дерном, почвой и полуметровой прослойкой щебнистого суглинка залегал песок, так что
Энка лежала между Аоленом и Меридит и противно хихикала.
– Ты чего? – строго спросила диса.
– Спи! Ничего. Только думаю, как мы обойдемся, если кому приспичит?
– Спи, дура! Накаркаешь!
Проснулись на рассвете, продрогшие, окоченевшие, с песком на зубах. Паутина исчезла, как и следовало ожидать. До заката ее можно было не опасаться, но оставаться в лесу никому не хотелось. Зато отчаянно хотелось есть. И немудрено. Они голодали уже пятые сутки.
– Зря мы вчера так быстро ушли из села, – сетовала Энка, – надо было поискать еду в домах.
Эльфа передернуло.
Но сожалеть им долго не пришлось, как это ни печально. К полудню они наткнулись на следующее село. Картина была очень похожей, с той только разницей, что среди населения нашлись уцелевшие – несколько перепуганных баб и подростков. Во время ночной резни они укрылись в выгребных ямах, эльфам не пришло в голову искать их там.
Неожиданное появление четверых вооруженных нелюдей привело их в ужас, граничащий с безумием. Несчастные сгрудились у колодца, готовясь встретить погибель.
Некоторое время стороны взирали друг на друга молча.
– За что?! – не выдержала, заголосила одна из женщин. – Великие Силы, за что такое горе? За что такая кара?!
У эльфа ком подступил к горлу, но спригган зло усмехнулся:
– Вот только не говорите, что эльфы напали первыми. Все равно не поверю! Где тут у вас заборчик с головами?
Хельги спрашивал наугад, но слова его попали в цель.
– Тамочки, за амбаром, – махнула рукой одна из девочек. У нее было плоское лицо и наивные коровьи глаза деревенской дурочки.
Энка присвистнула:
– Это что, мода теперь такая? На головы?
– Ну и зачем вы это сделали? – только и спросила диса.
– А так велел Багора, – деловито объяснила дурочка. – Багора, да.
На нее зашикали, но она лишь глупо моргала и продолжала рассказывать:
– Багора пришел и сказал: «Один амулет против Инферна – забор с эльфовыми головами. Только в нем спасение. А иначе придут с востока страшные твари и погубят наши села и города – и падет мрак и ужас на землю»…
Дурочка умолкла. Односельчане взирали на нее с
– Кто такой Багора? – подскочил к девчонке Хельги. – Откуда пришел? Куда пошел? Как выглядел? Отвечай, зараза!
Он тряхнул бедняжку за плечи, повернулся к остальным:
– Да говорите же, или всех перебью!
Но люди молчали. Дрожали, плакали, но молчали. Даже дурочка утратила вдруг прорезавшееся красноречие и теперь лишь мычала и бормотала невразумительно, явно не в состоянии выразить свои мысли. И только когда Хельги силой отобрал у одной из баб младенца и сделал вид, что хочет утопить его в колодце, та проговорилась, что Багора ушел на север.
– Ну и что вы об этом думаете? – осведомилась сильфида.
Они выходили из села, нагруженные провизией, – со злости взяли больше, чем собирались. Эльфа трясло – он впервые в жизни участвовал в грабеже.
– А то я и думаю, что не судьба нам в ближайшее время поесть рыбы, ибо намерен я найти этого самого Багору, и поскорее! Сдается мне, он и есть причина всех безобразий, – мрачно ответил спригган.
– Что тебе за дело до него? – возразила Энка.
– Да вот собираюсь его убить.
Девица понимающе кивнула, а Аолен непроизвольно ускорил шаг. Ему тоже не терпелось найти человека, который рекомендует делать пугала из эльфийских голов.
– И где мы будем искать вашего Багору? – Энка остановилась вытряхнуть камень из сапога.
– Дорога здесь одна, – ответила диса, – по ней и пойдем, как шли. Глядишь, и наткнемся.
– Спасибочки, просветила! А я-то, глупая, собралась прочесывать лес! Даже если мы и наткнемся на Багору, как его опознаем? Вряд ли на нем висит табличка с именем.
– Спросим, зануда!
– А он не скажет!
– Не знаю, висит ли где табличка, но кое-что тут висит, – меланхолично заметил Хельги.
– Ох, Силы Стихий! – завопила сильфида, отпрянув.
Рядом с дорогой рос вековой дуб. На том дубе как раз и висело. Мертвое тело в очень плохом состоянии. Ноги его почти касались дороги, а вокруг были аккуратно разложены странные и неприятные предметы: куриный череп, огарок сальной свечи, окровавленный нож, старая змеиная кожа, связанная узлом, отрубленный палец, указующий на висельника, и еще несколько ни на что не похожих объектов. Красивое лицо эльфа исказилось.
– Я чувствую, – прошептал он, – средоточие чьей-то злой воли, ее флюиды взывают к запретным силам ночи!
Хельги согласился:
– Да, флюиды те еще! За сто шагов разит некромантией. А мы-то гадали, откуда в этих краях кровавая паутина! Счастье, что сейчас день.
– Ты знаешь, что это такое? – заинтересовалась Энка.
– Знаю. Это приманка. Она притягивает всякую мерзость. Действует… – он прикинул на глаз расстояние от головы трупа до окружности, – тысячи на три шагов, не меньше.