Наемники смерти
Шрифт:
– Да, – буркнул тот.
– Слушай, тут срочное дело, я еду к тебе с предложением, от которого ты не сможешь отказаться.
Чем ближе Астрахан подъезжал к дому проводника, тем меньше верил в папашины слова. Открывая дверь, он был уверен, что Момент его пошлет куда подальше.
С лаем бросился на шею Зулус, принялся вылизывать щеки, скулить, будто пес что-то чувствовал, предупредить пытался. Данила понимал, что ввязался в опасную игру, но решил идти до конца.
Наклонился, потрепал пса за ухо.
– Заходи, – сказал Момент с порога, потянулся
– В доме расскажу. Очень подозрительное, но денежное дело.
Лицо Момента вытянулось, он тряхнул дредами:
– Ну идем.
– В принципе я все решил, просто интересно твое мнение, – говорил Данила на ходу, переступая через все те же мусорные пакеты.
Зулус остался за дверью и басовито обиженно тявкал.
В доме Момента более-менее обитаемой была спальня. Умостив тощий зад на кресле, хозяин хлопнул себя по ляжкам:
– Излагай!
Иван жалобно скрипнул пружинами. Поглядев на выцветший плакат с полуголой певичкой, видимо, оставшийся с прошлого века, Данила заговорил, стараясь не упустить деталей, но умолчать о сумме, озвученной папашей.
С каждым словом лицо Момента вытягивалось все больше и больше, он покусывал губы и чесался, алчно впитывая информацию. Закончил Астрахан словами:
– Отсюда вопрос: согласен провести меня в Сектор? Деньги, Гена, много денег, помни о них.
Данила ожидал, что Момент не поверит и начнет ржать, но тот оставался спокойным и, усваивая инфу, некоторое время молчал.
– «Черный ящик», говоришь? Как-то это подозрительно пахнет… Но, говоришь, твой отец очень заинтересован в «черном ящике»…
– Это, скорее, MAC заинтересовано. Представляешь, какие для них открываются перспективы? Если считать все данные про тот эксперимент, можно повторить его в другом месте, создать еще один Сектор и косить капусту.
– Что-то тут не так… Пытаюсь понять – не могу, – Момент потер переносицу, потом поскреб в затылке, стимулируя извилину. – Батяня твой на MAC работает, почему он нанял тебя, а не кого-то из МАСа, что, там мало тренированных и обученных? А что воспылал любовью к сыну, верится с трудом. Как там его называют…
– Янус, – напомнил Данила. – Но чаще Лукавым.
– Янус, ага. Потому что двуликий? Не-е, папаня твой – многоликий, всем Янусам Янус. Играет, короче, в свои хитрые игры профессор Янус, помяни моё слово!
– Это понятно, что играет. Так что ты решил?
Гена Момент широко улыбнулся:
– Эххх… Сколько-сколько там лимонов, говоришь? Да плевать, что с душком дело. Выкрутимся, но, бро, это ж мечта! МЕЧТА!!! Конечно, я берусь! Давно уже Сектор не топтал, скоро навыки утрачивать начну. Побудем, значит, наемниками, поработаем на больших дядь. Давайте-ка обсудим все подробнее… Денег, говоришь, отсыпал на расходы? За-ши-бись! Мы еще ни черта не сделали, а уже бонусы!
Глава 2
Пятнадцать лет назад, когда возник Сектор, – хотя даже само слово «возник» было предметом споров, одни почему-то говорили, что Сектор «упал», другие – «развернулся»,
Поэтому разбираться с Сектором поручили армии. Министерства по аномальным ситуациям, MAC, которое сейчас заправляло всем в Секторе и даже военными командовало, тогда еще не было.
Армия – единственная организация, способная действовать.
А почему? А потому что в армии есть Устав. А когда есть Устав, понимать и не надо.
Надо исполнять.
По Уставу Сектор обнесли забором из бетонных плит, поверх которого пустили колючую проволоку в два витка. По Уставу построили КПП с полосатыми шлагбаумами. Блокпосты с бетонными огневыми точками. Вышки с прожекторами и пулеметами. Казармы для личного состава. Гаражи для бронетехники.
И склады.
Склады с тушенкой и перловой крупой. Склады с обмундированием. Склады с запчастями. Склады с оружием…
Именно на оружейный склад и направились Данила с Генкой Моментом. С бумагами, выправленными Астраханом-старшим, это было похоже на визит двух подростков в бесплатный магазин игрушек. Глаза разбегались.
Оружия за пятнадцать лет вокруг Сектора накопилось много. Очень много.
Это был такой безусловный рефлекс армейского начальства: не знаешь, что делать, – стреляй. Когда стало понятно, что стрелять по искажениям – занятие бессмысленное, а мутантов и прочее зверье гораздо эффективнее отлавливают мобильные группы охотников, чем роты пехоты, оружия на складах накопилось столько, что его было невыгодно отправлять обратно.
Да и не любит армейское начальство признавать свои ошибки…
Так и получилось: армия охраняла Барьер и поставляла в Сектор эшелоны штрафников, а Министерство по аномальным ситуациям вело разработки, засылало проводников и подминало под себя вольных ловчих, следопытов и охотников.
Для своей основной работы – отлову хамелеонов – Даниле вполне хватало обреза охотничьего ружья двенадцатого калибра и электрошокера. Обрез вообще штука гениальная в своей простоте: клинить там нечему, прятать его легко, боеприпасы можно использовать разнообразнейшие: от дроби и картечи до жаканов и «резаных» патронов, да и стоит обрез сущие копейки – не жалко потерять в пылу погони. Правда, перезаряжать долго – ну так целиться надо, перед тем как выстрелить.
Нет, обрез в ближнем бою – это здорово. Но для серьезной экспедиции в Глубь, на Остров, нужно было что-то покруче.
Пока Момент с блаженной улыбкой шарился между стеллажами и любовно поглаживал вороненые стволы, а насупленный прапорщик читал, шевеля губами, сопроводительные документы, Данила мысленно набросал «список покупок».
Итак, оружие… АК-103, проверенный и привычный аппарат, верой и правдой служивший Даниле в армии. Вместо двустволки – «моссберг-500», помповое ружье с пистолетной рукояткой и без приклада, удобно носить на спине. Как говорится, «для близких контактов».