Наемники смерти
Шрифт:
– Куда они пошли? – спросил Астрахан.
Маугли посмотрел на него с легким удивлением и махнул рукой в сторону зарослей.
– Там Сердце.
Ну да, действительно. Куда ж им еще податься…
– Сможешь провести нас мимо лозы?
– Лоза не тронет. Это же Сердце… – пожал плечами ребенок-мутант.
– Тогда пошли.
Несмотря на обещания Маугли, ломиться через заросли Астрахан не стал, он не самоубийца. Поэтому он пошел вдоль по пляжу, отыскивая просвет в хитросплетениях лиан, и через сотню шагов наткнулся на брошенную
Отец.
Больше некому.
Данила скрежетнул зубами и бросился по следам. Прянин отстал, Маугли неслышной тенью скользил рядом. «Совсем как Зулус», – некстати подумалось на бегу.
Погоня оказалась недолгой.
Враги расположились в дельте крошечной речушки… какой там речушки – ручья, впадающего в Московское море.
Болотистая заводь с каменистым берегом. Окутанная звенящей тишиной поляна. Густые заросли вокруг. Крошечный мирок, отделенный от остального мира, замкнутый на себя лоскут пространства. И это – Сердце Сектора?
На мшистом валуне сидел Астрахан-старший. Напротив него патлатый амбал с посеченной мордой держал за шиворот Марину.
А спиной к Даниле стоял полковник Мансуров.
Данила вытащил пистолет и дважды нажал на спуск.
Два сухих щелчка. Осечка!
Шейх упал на одно колено, перекатился в сторону и вскинул автомат. Амбал, отшвырнув Марину выхватил пистолет.
Щелк. Щелк-щелк-щелк…
«Так не бывает, – подумал Данила растерянно. – У всех троих – осечки? Не бывает…»
Только это Глубь. Тут бывает все.
Похоже, Шейх и патлатый пришли к тому же умозаключению. Шейх бросил пулемет и вытащил тесак, амбал последовал его примеру. Данила сменил пистолет на охотничий нож и медленно пошел по кругу.
Драться против двоих – тяжелая, изнурительная работа. Даже если они не вооружены и неподготовлены. Мансуров и его боец опасны каждый по отдельности, вдвоем же они представляли смертельную угрозу. Но Даниле было наплевать. Такая тварь, как Шейх, жить не должна…
– Данила, подожди! – крикнул отец.
Шейх и амбал разделились, чтобы обойти Данилу с разных сторон. Они разошлись на несколько метров, когда на помощь Даниле поспешил Прянин. Глупый поступок, но ученый просто не мог остаться безучастным. Патлатый шагнул к нему, и тут из зарослей вылетело самодельное копье и ударило в грудь амбала. Сильно ударило, с гулким стуком. Тот вскрикнул, отшатнулся, выронив нож.
Следом за копьем выскочил Маугли, бросился на патлатого. Тот, взвыв не столько от боли, сколько от негодования, попытался схватить маленького дикаря – но куда там! Скользкий, как угорь, мальчишка поднырнул под толстую руку, пнул голой пяткой в пах, заехал локтем в печень, запрыгнул
Амбал пошатнулся и рухнул на землю у ручья. Привстал, пытаясь вывернуться. Маугли молча терзал зубами его шею сзади, здоровяк с хрипом пытался дотянуться до него, сорвать с себя.
Данила поводил клинком из стороны в сторону, разминая запястье. Шейх зеркально повторил его действие. Выучка у них была одинаковая.
Ножевой бой скоротечен и беспощаден. Когда два человека, вооруженных чем-то режущим или колющим, хотят убить друг друга, скорее всего, оба преуспеют. Самый вероятный исход схватки на ножах – два окровавленных трупа. Если же противники не камикадзе и умирать не желают, все решают скорость реакции и чувство времени.
Шейх был опытнее. Данила – моложе.
Он напал первым. Ложный выпад в лицо, чуть подсесть и полоснуть по ноге – по крестовидным связкам немного выше колена. Шейх отскочил и рубанул по запястью, но Астрахан успел отдернуть руку.
Два коротких шажка вправо. Один влево. Качнуть корпусом. Укол в живот и вспарывающее движение вверх. Мимо. Разорвать дистанцию. Атака Мансурова – широкий рубящий удар справа налево, явный финт, и короткий порез по животу. Отпрыгнуть, полоснуть руку противника…
Есть! Первая кровь – неглубокий, но обидный порез на трицепсе правой руки. Теперь с каждой секундой Мансуров будет атаковать все медленнее.
Шейх это тоже понял и пошел ва-банк. Стремительная атака со сменой плоскостей: двойной выпад в пах, косой взрез снизу вверх и укол в шею. Данила ушел от первых двух атак и отмахнулся клинком от третьей, но именно она и оказалась обманкой. Шейх убрал руку и плавным, текучим движением полоснул его по груди.
Будь клинок чуть подлиннее – это стало бы концом схватки. А так он просто рассек кожу. Боль была как от ожога…
Разорвать дистанцию. Оценить ситуацию. Спланировать новую атаку.
Что-то не так. Что-то глобально не так вокруг. Слишком темно, слишком холодно, слишком ветрено.
Плевать. Есть только бой, все, что за его пределами, не существует. Нельзя терять концентрацию…
Шейх опять атакует. Длинный выпад с наскоком, отмашка, уход с линии атаки. И безумный рывок вперед, прием «швейная машинка», нож мелькает так быстро, что его почти не видно. Присесть, полоснуть по ногам. Есть! Порез бедра, жаль, артерию не удалось зацепить…
Самое время нападать – реализовать полученное преимущество…
Но напасть Данила не смог. Что-то мягко и сильно толкнуло его в спину, разом выбив весь воздух из легких, он распластался на земле и наконец-то увидел, что происходит вокруг.
На другом конце поляны, за спиной у Марины и отца, сцепившихся в драке, поднималась черная воронка смерча. Поток темного воздуха закручивался спиралью, вырывая из земли мелкие кусты и обламывая ветви деревьев. Побеги лозы шевелились, будто щупальца спрута.