Наёмник

Ревва Игорь Юрьевич

— Ты вообще любишь похвастаться, - заметил Партиони.

— Погоди, - снова заговорила Тас-Кса-Сит.
– Значит, ты заранее узнал о том, что ван Детчер должен от нас избавиться? Допустим, что это правда...

— Это правда, - подтвердил Кирк.
– Дитрих настаивал на этом. Но мне наплевать. Мы дойдём туда все вместе. И все вместе вернёмся обратно...

— Погоди, командир, - лицо Тас-Кса-Сит было озабоченным, она как будто даже и не слышала его.
– Хорошо, это правда. И Мигель узнал об этом. Но меня интересует не то, почему он сам согласился отправиться сюда. Меня интересует, почему ты, зараза, не сказал

об этом нам!
– ксионийка сейчас готова была броситься на Партиони.
– Ты знал, что нас посылают на смерть, и никому ничего об этом не сказал! Почему?

— Потому что он и сам не верил, что я сделаю это, - ответил за Партиони Кирк.
– Верно, Мигель?

Партиони пристально посмотрел на Кирка и вдруг заявил:

— Я ни в чём не могу быть уверен, когда разговор идёт о близком друге нашего Императора.

Вначале Кирк подумал, что Партиони имеет в виду Дитриха. Но потом до него дошло, что все вокруг замолчали. И тогда только Кирк понял, что Партиони говорит именно о нём - Кирке ван Детчере.

— Что ты имеешь в виду?
– растерялся Кирк.

— Что ты уже бывал в Лабиринте, - заявил Партиони.
– И не просто бывал, а встречался тут с Императором, - губы Партиони исказились в кривой усмешке.
– Я не знаю, за каким чёртом сюда понесло Императора, но это так! Может быть, командир, это ТЫ должен объяснить всем нам, какого чёрта ты ведёшь себя так, словно впервые оказался на Анкоре? Я же вижу, что ты уже бывал тут! И то, как ты вёл себя во второй зоне, когда вы с Роговым вытаскивали нас; как ты спас от той паутины Тенчен-Сина; как ты помог Тас-Кса-Сит во время урагана на площади... и как ты приказал нам всем не двигаться - когда тех таирцев молниями посшибало, помнишь? Но даже это всё не так важно, как то, что говорил о тебе Император!

— Что же он говорил?
– Кирк старался, чтобы голос его звучал спокойно, хотя внутри у него всё прямо-таки кипело от возмущения.

— Дитрих спросил Императора, уверен ли тот в тебе, - заявил Партиони.
– А Император ответил, что верит тебе, как себе самому. Потому что шесть лет назад ты спас ему жизнь. И Император помнит то, как ты вёл себя в Лабиринте. Он помнит, что ты исполнил всё в точности - я не знаю, что он имел в виду. Может быть, ты объяснишь, командир?

— Либо ты врёшь, - холодно ответил Кирк, - либо у тебя просто неверная информация. Я не знаю - может вирус какой в твоём компьютере сидит, и переворачивает всё с ног на голову. Но шесть лет назад я командовал группой, подавлявшей мятеж на Леидисе-II, и с Императором в том году я не встречался. Я вообще виделся с ним всего четыре раза - на выпускном курсе, когда мне присваивали звание; на его именинах, в семьсот первом; во время моего торжественного награждения «Щитом» и во время аудиенции, в семьсот четвёртом, когда я этот «Щит» швырнул ему в морду!

Я не знаю, что всё это может означать! Может быть, ты просто повторяешь то, что велел тебе сказать Аллан Дитрих! Может быть, ты просто сошёл с ума - не знаю! И я не собираюсь оправдываться ни перед тобой, ни перед остальными! Если вам всем достаточно моего слова - я даю его! Я даю слово офицера, что постараюсь довести вас всех до «Звезды Победы»! Больше мне сказать нечего!

Кирк повернулся и отошёл в сторону. Его трясло от возмущения. Либо Партиони действует по указке Дитриха, либо...

Кирк не знал,

что - либо? Да и Дитриху - к чему было настраивать всех против него, Кирка ван Детчера?

К тому, чтобы у тебя появился повод ликвидировать группу, холодно подумал Кирк. Ведь сейчас самый подходящий момент - полоснуть Партиони ножом по горлу и швырнуть его вниз, в этот розовый кисель. Никто из группы не станет заступаться за него - человека, знавшего об угрозе и не предупредившего остальных. Никто не будет заступаться... кроме, разве что, Рогова. А за его спиной сейчас как раз стоит Тас-Кса-Сит. И она очень и очень внимательно следит за Кирком - вся напряглась, словно пружина, готовая вот прямо сейчас ударить насмерть... Но не Кирка ударить, это по глазам её понятно. К тому же, у неё с Роговым личные счёты… ну, почти личные… Значит, сказанное сейчас Партиони вполне может сократить их группу на треть.

Но, неужели Партиони настолько глуп, что попался на эту удочку?! И что значат его слова об Императоре?

Кирк отвёл взгляд и уставился на краснеющий внизу наплыв. Ничего интересно там не происходило, но ему просто не хотелось ни на кого сейчас смотреть. Однако он хорошо слышал, как заговорила Тас-Кса-Сит.

— Ты, лысая скотина! Ты не ответил на мой вопрос!
– нервно произнесла она.

— Какой вопрос?
– голос Партиони звучал устало.

— Почему ты ничего не сказал нам обо всём этом?

— Не знаю... Сам не знаю. Не мог в это поверить. Император, когда говорил всё это, был каким-то... как-то его слова звучали не так, как должны были бы... Не могу объяснить. Словно он знал, что я за ним наблюдаю... Не знаю.

И тут заговорил Тенчен-Син.

— Это всё - Грон Келли, - глухо произнёс кассилианин.
– На нём лежит печать Лабиринта. Он приносит несчастья всем, кто попадается ему на пути...

Кирк обернулся. Кассилианин стоял прямо перед Келли, вперив в него взгляд своих алых глаз.

— Тебе не место среди живых, - выдохнул Тенчен-Син.

— Перестань, - ответил Келли. Голос его показался Кирку странно усталым и каким-то безразличным.

— Тебе не место среди живых, - повторил кассилианин.

— Мне нет места и среди мёртвых, - покачал головой Келли.
– Я устал. Веришь, нет? Честное слово, Тенчен-Син. Я устал умирать. Ты можешь убить меня прямо сейчас. Но я опять воскресну...

— Не здесь, - оскалился Тенчен-Син.

— Да, не здесь, - согласился Келли.
– Не здесь, а в двенадцатой зоне. Но я тебе уже сказал, что я устал. И оказавшись там, я запущу одну установку. Я знаю, как она работает. Я слишком много время провёл возле этих хитроумных игрушек Предтеч. Сказать тебе, что будет после того, как я это сделаю?

— Ничего хуже уже быть не может, - ответил Тенчен-Син.

— Ты ошибаешься, - возразил Келли.
– Когда я её включу, Анкора уже не будет. Он исчезнет из галактики. Звезда взорвётся и перестанет существовать. Вместе со мной. И вместе с тобой. И со всеми остальными. Ну, давай! Чего же ты медлишь?

Тенчен-Син молчал.

— Ты считаешь, что Казарад-Син погиб по моей вине, - покачал головой Келли.
– Я знаю, ты всегда так считал. Но это неправда. Я не могу тебя переубедить. Но мы с Казарад-Сином прошли по страшному пути, и выжили. Знаешь, я ему завидую - он оказался в прошлом, но он прожил нормальную жизнь. Он сумел умереть...