Наемник

Харт Марго

– Почему же?

– Текилу принято пить в чистом виде.

– Людей не принято убивать, а ты все равно это делаешь.

Наемник собрался ответить на очередное утверждение факта, но Селия вновь продиктовала свои правила. Слизнув с руки намешанное, девушка залпом выпила содержимое рюмки и поморщилась, глуша жгучесть напитка закусанной долькой.

– Как долго ты еще собираешься повторять одно и то же? – взгляд Дамиана внезапно затуманился, и он, подобно акуле, преследующей истекающую кровью жертву, подплыл к Веласкес.

Она протянула ему вторую стопку

и пожала плечами.

– Сама не знаю.

Без промедлений, парень осушил ее одним глотком, не сводя при этом с Селии пронзающего насквозь взгляда. Лава растеклась по всему ее телу.

– Попробуешь? – вкрадчиво предложила девушка, протянув парню кусочек лайма.

– У меня есть идея получше.

Веласкес не успела среагировать, лишь вскрикнула. Сильные руки не дали уйти от неожиданности глубоко под воду, вытянув девушку на спасительную поверхность. Немногочисленная одежда в виде обтягивающего коричневого платья на бретелях и нижнего белья тотчас прилипла к коже.

Селия на вдохе жадно втянула воздух, и не сумела полноценно опомниться – ее губы оказались во власти чужих, требовательных. На языке ощущались отголоски терпкого алкоголя.

Жарко, пошло, ненасытно. До помутнения рассудка.

Бланко схватился за ягодицы девушки руками, отчего та обвила ногами накаченные мужские бедра. Тогда-то до Селии и дошло, что парень был обнаженполностью– налитый кровью член уперся ей в промежность, дразня.

Рваными движениями, чуть не разрывая неподдающееся от влаги платье, наемник стянул надоедливую материю. Сетчатое бежевое кружево белья ничуть не скрывало набухших сосков, таких соблазнительных и манящих.

Веласкес буквально задыхалась от страсти.

Довольная ухмылка отразилась на лице Дамиана, и он, дотянувшись до блюдца, стоявшего на гранитном бортике, взял лайм. Непонимание не сумело надолго задержаться, выдавленное нахлынувшим на Селию возбуждением, когда парень сдвинул тонкую ткань лифа на ребра. Прохладные капли хаотично разбились об обнаженную грудь.

– Дамиан... – судорожно прошептала девушка, но то была скорее мольба, нежели просьба остановиться.

Мужская эрекция дрогнула от нового прилива. Бланко стойко держался. Он схватил откупоренную бутылку текилы и сделал глоток прямо из горла, после чего слизал с груди девушки кисловатые дорожки. Веласкес в наслаждении откинула голову и простонала.

– Никогда и никого я не хотел так сильно, как тебя, Селия, – голос парня вибрировал, пока он осыпал девичьи плечи и шею поцелуями. – Я чудовище, я исчадие Ада, я твой ночной кошмар. Я не достоин жизни. Но ты…

Дамиан притянул девушку за затылок и коснулся своим лбом ее, преодолевая видимый лишь ему барьер.

– Ты нужна мне, как кислород.

На глаза Веласкес навернулись слезы, и чтобы сдержать их, она обхватила плечи наемника руками и подарила новый поцелуй. Откровенней предыдущих, он послужил величайшим соизволением, желанным разрешением, и пути назад уже не было.

– Не здесь, – сквозь поцелуй выдохнула Селия.

Ей не пришлось повторять дважды.

От быстроты действий Бланко, что выскользнул из бассейна и с легкостью вытянул за собой девушку, ее внезапно пробрало на теплый смех. Дамиан и сам невольно растянул губы в улыбке.

– Я смотрю, кто-то очень… – хитро шептала Веласкес, ладонью ведя от линии крепкой мужской груди, пересекая проступившие от напряжения кубики пресса, и дойдя наконец до конечной точки – горячей плоти, на конце коей блестели капли смазки. – Очень возбужден.

Вместе с тем, как девичья рука обхватила требующий внимания, окаменевший член, парень схватил Селию за шею, едва уловимо сомкнув длинные пальцы. На этот раз их раскрасневшиеся губы находились на расстоянии нескольких миллиметров, но не соприкасались. Будто они испытывали друг друга.

Мучали.

Вскрывали грудные клетки друг друга в попытке остановить сердца.

В какой-то момент Бланко подтолкнул девушку, и она упала на просторный диван. Наемник подцепил пальцами тонкие кружева трусиков и нарочито медленно стянул их, отбросив в сторону. Веласкес в это время уже избавилась от мешающегося бюстгальтера.

– И не один я, – хрипло подметил парень, достав из кармана давно стянутых штанов презерватив.

– Откуда у тебя презервативы в кармане?

– Я предполагал подобный исход.

– Ты…

Несдержанный стон сорвался с алых губ Селии, когда умелые, чуть прохладные пальцы неожиданно коснулись клитора. Каскад блаженных ощущений обрушился на девушку от круговых, сначала медленных, затем быстрых движений.

Дамиан с нескрываемой похотью любовался раскрытой для него, дрожащей испанкой. Наемник не врал, когда говорил, что никого прежде не хотел так сильно. И ему это нравилось.

Парень убрал пальцы, и уловил разочарованный выдох.

– Знала бы ты, чего мне стоило сдерживаться. Чего мне стоитоткрыватьсятебе.

Он устроился меж ее разведенных бедер и разорвал упаковку, натянув на эрегированный член латекс. Ресницы Веласкес трепетали, пока она вожделенно разглядывала натренированное тело перед собой, с аккуратной порослью волос на груди и крепких мышцах живота, перекатывающихся от каждого движения.

Дамиан приставил головку к истекающему лону и застыл, попытавшись запечатлеть этот момент в своей памяти. Наемник не был уверен, что завтра окажется радужным, что завтра вообще наступит, но то, что происходило сейчас – нечто большее, чем пребывание в садах самого Эдема.

– Ты, Селия, моя чертова божья кара.

Один откровенный взгляд, и Бланко резко вошел в девушку, вторя ее глухому стону. Они застыли лишь на несколько секунд, чтобы вкусить острое наслаждение, а после…

После все оказалось затянуто сладкой истомой.

Глубокие толчки, жадные прикосновения, пылкие поцелуи. Их обнаженные, разгоряченные тела двигались с животным голодом, освещаемые лишь приглушенным светом фонарей.

– Дамиан… – бредила Веласкес, чувствуя, как влагалище предупреждающе начало сокращаться.