Наемник
Шрифт:
Вспомнился налет «Валькирий» – штурмовики, еще не прошедшие всех испытаний, принимали участие в захвате Роуга, именно они расчистили коридор сближения с планетой, дерзкой атакой уничтожив седьмую батарею противокосмической обороны.
Кто и зачем отдал приказ о штурме?
Кто и зачем? Вопрос не праздный, от ответа на него напрямую зависело, с какими силами он столкнется непосредственно на планете. Откуда взять информацию? Разве что попытаться снять ее с подсистем уничтоженных космических кораблей? Опасно. Раз планету не колонизировали, а поставили на бессрочный карантин, значит, внизу полно боевой техники. Что такое модифицированный «Аметист» того же «Фалангера»,
Нет, нужно действовать тихо, вести себя осторожно, полагаясь на защиту фантом-генераторов.
Чувства, вернувшиеся к Глебу, были остры, как нож, рассекающий плоть на месте едва зарубцевавшейся раны. В кресле пилота «Нибелунга» он чувствовал себя немного не в своей тарелке. Конечно, управлять штурмовым носителем умел каждый пилот серв-соединения, но практики у Дымова было маловато. Другое дело, окажись он сейчас в рубке «Фалангера» или «Хоплита», там – да, он бы ощущал себя уверенно.
Иллюзия, созданная устройствами маскировки, позволила скрыть бледную вспышку окончательного гиперперехода. «Нибелунг», медленно вращаясь, начал сближение с планетой, находясь на границе зон эффективного сканирования станций, блокирующих Роуг. Все энергосистемы носителя работали в режимах пониженной мощности, сканеры, переведенные на пассивный прием, не выдавали ни одного лишнего эрга. Оптический фантом плюс ложная энергоматрица создавали для датчиков обнаружения противника вполне достоверную сигнатуру, – автоматика станций фиксировала неуправляемый дрейф очередного обломка былых сражений, который, войдя в границы атмосферы, начал раскаляться, снижаясь в направлении южного полюса.
– «Аметист» проанализировал излучение боевых станций, – доложил Райт.
– И что?
– Они уничтожены, Глеб. Вот посмотри, я задействовал аварийную систему обыкновенных оптических умножителей.
Глеб взглянул на голографический монитор. Два небольших телескопа, которыми оснащался штурмовой носитель на случай отказа основных сканирующих комплексов, передавали крупную контрастную картину: освещенные светилом системы борта орбитальных станций были сплошь покрыты пробоинами, их окружали облака мусора: осколки брони и мелкие предметы, превращенные взрывами в брызги расплавленного и вновь застывшего вещества, слиплись в комья, причудливые потеки керамлита и пластика образовывали замысловатые пространственные фигуры, часть оборудования, выброшенного через пробоины, не пострадала, – Дымов различил среди обломков огромные суппорты, на которых крепились ракетные и орудийно-лазерные комплексы.
– Если верить маркировке, станции построены на верфях Форта Стеллар, – прокомментировал Стивен.
– Блокада карантинной планеты?
– Ну а что же еще?
– Хотелось бы знать, кто прорвал ее… И почему не последовало никакой реакции со стороны объединенного Флота Колоний.
– Воронцов держит флот в границах жизненных интересов союза планет. После окончания войны было несколько серьезных рецидивов. Однажды атаке подверглась система Рори.
– Кто решился атаковать форт? – заинтересовался Глеб.
– Темная история, – ответил Стивен. – Говорят, где-то на окраине освоенного космоса существует небольшое скопление звезд. Там располагались резервные базы Альянса. Местные жители, потомки колонистов эпохи
– Ну и что?
– Когда завершилась война, «ширанцы» или «ширианцы» – точно не помню, как их правильно называть, – подняли восстание, захватили базы со всем оборудованием и снаряжением, в их руки попало несколько крупных боевых кораблей – два крейсера и несколько фрегатов.
– Не верю, чтобы потомки колонистов из деградировавших цивилизаций сумели бы захватить боевые корабли, – скептически произнес Глеб. – Для этого нужны либо полномочия, равные полномочиям адмирала флота, либо специальная подготовка…
– Говорю же тебе – темная история. Ты прав, там был замешан кто-то из высшего командования Альянса, сбежавший в скопление после капитуляции Земли. Решил, видимо, создать собственную империю. Он использовал имевшиеся в его распоряжении коды управления для доступа к трофейным кораблям, а своих людей натаскивал с помощью модулей виртуального обучения. [24]
24
Модуль виртуального обучения записывает необходимую информацию непосредственно в мозг обучаемого. Технология относится к разряду рискованных и запрещена к использованию в цивилизованных мирах.
– И чем все завершилось?
– Полномасштабной атакой на планеты периферии, а когда Воронцов послал флот на защиту удаленных колоний, корабли ширианцев совершили прыжок через гиперсферу и атаковали Стеллар. Они фактически уничтожили систему ПКО форта, но что-то помешало завершению дерзкой акции. Высаженный на поверхность луны десант был уничтожен, два крейсера, получившие лишь незначительные повреждения от батарей Стеллара, необъяснимым образом взорвались, говорят, в бой вмешалась некая третья сила, но достоверных сведений о той битве нет, все засекречено. [25] Могу лишь засвидетельствовать, что атака действительно имела место и Воронцов, наученный горьким опытом, объявил, что отныне Флот Колоний охраняет пространство Центральных Миров, не реагируя на конфликты, происходящие на периферии.
25
События романа «Последний Рубеж».
– Значит, карантин большинства планет – лишь формальность?
– Ну да. В первые годы после войны проходила зачистка некоторых миров, но затем программу свернули. По-настоящему блокирована лишь Земля и звездные системы Линии Хаммера. Мы туда не суемся.
– А сюда? Станции – не ваша работа?
– Нет, – уверенно ответил Райт. – Генрих зря не рискует людьми. Прежде чем посылать сборщиков, он проводит разведку. Сюда попытались отправить зонды, но они были сбиты.
– Когда производилась разведка?
– Лет пять назад.
– Значит, в ту пору станции еще функционировали?
– Выходит, что так.
Глеб задумался.
– Поищи следы прохождения корабля Хоука, – приказал он Стивену, – включая резервный терминал тактической подсистемы.
Проанализировав расположение боевых спутников, Дымов лишь убедился, что они действительно блокировали Роуг, находясь вне досягаемости наземных комплексов ПКО, защищающих планету. Тот, кто проектировал схему блокады, отлично знал о расположенных в горах батареях и, по всей видимости, опасался их.