Надуй щеки! Том 8
Шрифт:
— Ребята, да вы чё! — вмешался третий голос. — Это же Гису! Он им там покажет! Да нет, Гису снесёт их начисто, просто всех взорвёт!
— Не-не, — снова первый голос. — Вонджу никого не пустят на первое место. Ну, у них там всё куплено, всё распределено.
— И что ж теперь? — говорил третий голос. — Должны же и мы когда-то выиграть. Дайвегу — это одна из самых лучших школ. Что нам эта Вонджу?
— А я считаю, — в разговор вступил четвёртый, на этот раз девичий голос, — что Гису там действительно всем утрёт нос.
— Вот-вот, — сказал ей в ответ парень, —
— Ну, давай по факту. Скажите мне, когда в Пусане выиграл кто-то кроме Вонджу?
Преподаватель Шивон написал тему, сильно надавливая на мелок, чтобы скрипом привлечь внимание к тому, что он писал, и включил монитор.
— Итак, уважаемые ученики, давайте всё-таки вернёмся к предмету.
— Да не сможет там Гису ничего сделать, — раздался первый голос.
— Хватит орать! — сорвался преподаватель Шивон, а затем внезапно добавил: — Если уж Хегай такой умный, как он хочет нам всем это показать, то пусть поедет туда и займёт первое место.
И на этом все шепотки смолкли. Но преподаватель физики поймал на себе очень пристальный взгляд Гису Хегая. Как будто тот разглядывал его под микроскопом и собирался препарировать. И ему очень не понравился этот взгляд. Настолько, что вся новая тема урока буквально вылетела у него из головы.
Объявление о моём участии в олимпиаде застало меня немного врасплох. Впрочем, и хрен с ним, подумал я. Физика, конечно, никогда не была моим коньком, но что-то со старшей школы я помнил. Так что в любом случае совсем не опозорюсь. Тем более этот скользкий Шивон сказал, что у меня будут ещё репетиторские часы. Оно мне сейчас не сильно в тему, учитывая все проблемы, но, думаю, парочку занятий я посещу.
Я внимательно смотрел на преподавателя и видел, как того чуть ли не трясло от удовлетворения из-за собственной проделки. Над его верхней губой даже выступили капельки пота, а волосы надо лбом слегка намокли.
Хм. Неужели ты так сильно невзлюбил меня?
Хотя вспомнив всё то, что было в прошлом году, ответ напрашивался сам собой. Шивон никак не мог понять, как стабильный троечник внезапно осилил его предмет на довольно хорошем уровне.
Я кстати пока что сам ещё не понял, хочу ли я туда ехать или найти причину отмазаться? Но почему-то внутри меня было чувство, что мне это не помешает. Как минимум развеяться и немного забыться.
В конце урока преподаватель сказал, что от нашей школы поедет шесть человек: по двое самых сильных учеников с каждой параллели.
А из нашей параллели я знал только одного человека, у которого тоже была твёрдая пятёрка по физике. Это был Пак Йонг.
Я посмотрел на него и подмигнул, мол, нас ждёт с тобой ещё долгая поездка в Пусан. На что Йонг лишь закатил глаза.
После физики была большая перемена, обед и возможность пообщаться. Мы вчетвером, по старинке, сдвинули столы и начали вытаскивать то, что приготовили на обед.
Но я видел, что у всех, кроме Юми, сегодня буквально то, что попалось под руку, так же, как и у меня. Нет, у меня было давнее желание сделать себе настоящих
Поэтому каждый из нас лишь бегло пробежался глазами по обеду других, усмехнулся и начал есть то, что взял с собой.
У меня это было нечто, напоминающее макароны по-флотски. Но, может быть, гастрокритики сказали бы, что это не так. Неважно.
— Йонг, — обратился я к Паку, так как именно он ездил в прошлом году на эту чертову олимпиаду в Пусан. — Расскажи что там вообще и как на этой олимпиаде.
— Да не знаю, — Пак пожал плечами, уплетая что-то из традиционной кухни. — Олимпиада, как олимпиада. Всех нас свозят в административное здание, там проверяют тебя от и до на входе, а потом ещё и в классе. Везде стоят камеры. Затем выдают различные задания, причём на огромное количество вариантов. И всё. Сидишь, решаешь.
— Я вообще-то не про это, — сказал я, оторвавшись от еды и посмотрев мельком Паку в глаза. — Что там за школы-то? — Я замолчал, вспоминая названия школ. — Что там за история с Вонджу и этим Кёнбуком. Почему считается, что мы не можем выиграть?
Йонг даже перестал жевать, левой рукой потер глаза, как будто невероятно устал. Впрочем, я не исключал, что такое могло быть. Потом посмотрел на свою ладонь, как будто с удивлением. И лишь потом перевёл взгляд на меня.
— Ты реально не знаешь про эти школы? — спросил он меня с недоверием.
— Ну, возможно, что-то слышал, — аккуратно ответил я. — Но хотелось бы подробнее.
Тут уже даже Юми и Чан Ан переглянулись с удивлением.
— Вонджу, — проговорил Пак, чуть отстраняя от себя обед, — это, наравне с Дайвегу, одна из самых элитных школ Сеула. У нас с ними всегда идёт негласная борьба. И если исключать результаты прошлогоднего среза, где у нас получилось завоевать девяносто баллов всей школой, Вонджу обычно нас превосходят. Там тоже учатся дети чеболей, из корпораций поменьше, только они… задроты, если так можно сказать.
— Самые умные что ли?
— Получается, что так.
— Так с этими понятно, а что за Кёнбук?
— Кёнбук — это школа при университете физики, — теперь вместо Пака говорила Юми. — У них показатели по знаниям ещё выше. Но если уж на то пошло, вечная борьба у нас идёт не с ними, а именно с Вонджу. Эти использовали любой мелочный повод, чтобы попытаться поддеть нас. Ведь очевидно, что мы более престижная школа. Однако не все с этим согласны…
Понятно. Просто две столичные школы с мажорами выясняют между собой отношения.
— Вонджу — та ещё заноза в заднице, — согласился Пак. — Но раз уж ты едешь на олимпиаду, — и тут все трое уставились на меня, — то, наверное, есть шанс победить. Как ты считаешь?
— А я еду? — спросил я у них и снова принялся за еду.
Когда Джи Джисон только вышел из дома и направился по адресу, который передал ему Гису, он весь горел решимостью. Более того, он уже предвкушал свою встречу с Лизой и репетировал все те самые слова, которые он скажет ей при встрече.