Надлом
Шрифт:
— Но она же их не убивает, не так ли? То есть, они просто переродятся, если она их не
очистит?
Хай обдумывает мои слова, а затем пожимает плечами и, немного колеблясь, сносит голову
ещё одному демону. Я заставляю себя отойти в сторону, пока они не закончат расправу, хотя моя
кровь кипит от жажды насилия. Я отвожу взгляд, когда из тел демонов вылетают чёрные души,
растворяясь затем в воздухе.
Через наушник слышно, как люди спрашивают, кто заморозил
беспокоит, как долго это продлится, а ни кто и как это делает.
А надо было бы подумать и об этом.
Потому что вскоре до нас доносятся хлопки. И они исходят не из школы, а из-за её стен. Мы в
замешательстве обмениваемся взглядами, затем забегаем в ближайшую комнату и огибаем парты,
мчась к большим окнам. Все демоны снаружи хлопают, да так любезно, словно в антракте оперы. Их
там до сих пор сотни. А может, тысячи. Мы с ребятами смотрим друг на друга в поиске хоть какого-
нибудь объяснения, но всем нечего предложить. И вдруг из глоток всех демонов исходит голос:
— Достаточно? — Голос звучит бесстрастно, а вопрос покровительственно.
Понимание бьёт меня в живот, и я отшатываюсь назад на несколько шагов, врезаясь в парту.
Мы не победили, потому что это не мы заморозили демонов. Они сами застыли, или же их остановил
этот голос. Выходит, они могут победить, ведь на замену тем, которых мы только что убили, придут
сотни новых. И если этот голос способен убить своих только для привлечения нашего внимания, что
же тогда он сделает с нами? Значит, сейчас нас лишь запугивают. И это действует, по крайней мере,
на меня.
— Теперь вы готовы вести переговоры? — спрашивает голос.
Я смотрю на Хая и Джо и читаю в их лицах то же осознание. Я чувствую, что они слегка
паникуют, но собираются стоять на своём.
— Они же договорятся, не так ли, Хай? — интересуюсь я, заразнее зная ответ.
— Нет, — отвечает Джо.
— Никогда, — произносит Хай.
— Но мы все умрём! — спорю я с ними, словно это они принимают решение.
Хай переводит на меня взгляд, и уголок его рта слегка приподнимается.
— Разве тебя не учили, что нельзя заключать сделку с дьяволом? Ты никогда не выиграешь.
На это я могу только зашипеть от злости.
— Детям удалось уйти. Это самое важное, —произносит Джо, твёрдо кивая.
Но меня не волнуют дети.
— Вы хотите умереть? Так просто?
Джо поворачивается ко мне. И хотя её голос спокоен, теперь её глаза горят ярким священным
пламенем. Она не хочет умирать, но она это сделает ради всего того, во что верит.
Мне нужны новые друзья.
— У нас всё ещё есть несколько козырей в рукаве, — уверяет
нас ещё есть шанс сбежать.
— Как?
Мы почти проиграли эту битву, теперь демоны просто с нами играют. Он — ненормальный.
Хай улыбается. Поднимая глаза к потолку.
— Что ж, во-первых, у нас ещё есть разбрызгиватели со святой водой.
— Что? — Я с ужасом вспоминаю свой ожог на плече. Пожалуйста, пускай это будет всего
лишь шутка. Вдруг раздаётся потрескивание громкоговорителя, и я впервые в жизни чуть было не
падаю в обморок.
Голос отвлекает наше внимание от окон.
— Итак? — спрашивает голос, исходящий из тысячи глоток. — Мы вступаем в переговоры?
— Никогда, — шепчет Хай снова, и эти двое обмениваются пылающими взглядами.
— Спорим, я убью больше тебя, — дразнится Джо.
66
— Это мы ещё посмотрим.
Они — сумасшедшие.
Но затем из громкоговорителя раздаётся голос, удивляющий всех нас.
— Да, мы будем вести переговоры, — оповещает он. Хай и Джо судорожно ловят ртом
воздух, а мой наушник оживает, и в нём начинают кипеть споры. Они не могут говорить
одновременно, поэтому в наушнике звучат лишь обрывки их фраз.
— Что…
— Нет…
— Но…
Затем все затихают. Все кроме одного единственного голоса, звучавшего раньше из
громкоговорителя, голоса нашего загадочного лидера, скрывающегося за завесой. Теперь он звучит
прямо в наших ушах.
— Отступление провалилось, туннели заблокированы. Все дети возвращаются назад.
Хай бледнеет, а Джо падает на колени, горящая внутри неё свеча затухает. Новость эхом
раздаётся в тишине.
Голос уходит из наушников и возвращается к громкоговорителю.
— Мы выслушаем ваши условия.
— Замечательно, — шипят демоны. — Это, правда, очень просто. Всего одна жизнь в обмен
на все остальные. И это всё, лишь одна жизнь. Уверен, это честная сделка. Вам стоит решить лишь
одно — закончится ли всё горой ваших трупов, или мы обойдёмся без этого.
Им было приказано не убивать девочек, и атака совпала с днём моего прибытия. Мой желудок
сжимается ещё до того, как они это произносят.
— Отдайте нам девчонку. Отдайте нам… Меду.
Глава 11
Моим первым инстинктом было бежать, у Джо — остановить меня. Она набрасывается на