Надежда Сидхе
Шрифт:
– Джаспер, уведи её. – Но потом, указал рукой на чокер в виде пряжки ремня и прошептал: – Анабель Метида, я надеюсь тебе понравился мой подарок.
– Ты! Ну, я тебе сейчас… Мгмх…
Но командир королевских стражников зажал рот девушки и, схватив за локоть, потащил из зала…
Глава 7
Она мучилась беспокойным сном. Как день сурка, Анабель переживала прошедший день снова и
Командир королевских стражников тащил её за локоть, прикрывая рот рукой до самой спальни, чтобы никто из альвов не услышал скверных слов про наследного принца. Он запер её в комнате и приставил к дверям стражников. Анабель в истерике била кулаком по дубовой двери, пока на глазах не выступили слезы.
Она не могла забыть о том, что в Лондоне её ждет отец, которому и так нелегко после смерти жены. А она застряла в совершенно неизвестном месте и чтобы выбраться отсюда ей нужна карта Сидхе и план.
Белль спокойно приняла свое новое умение в виде барьера. Единственное, в чем она поклялась себе: “Я не знаю откуда у меня проявились способности противостоять их магии, но альвы не должны почувствовать мой страх. Пусть они подавятся моим пребыванием здесь! Я не буду бояться и преклоняться перед злобными феями! Даже, если мои колени будут трястись от ужаса. Теперь я знаю, что они не могут убить или ранить меня помощью заклинаний. Это мой ключ к спасению.”
“Мама, прости, но здесь я не могу держать свои эмоции в узде. Я постараюсь скрыть мой внутренний страх ради того, чтобы сбежать из этого мира и узнать правду твоей смерти!”
Испытав не большое воодушевление от этой мысли, смертная решила провернуть одно дело: “Значит этот принц так хочет образумить меня, то можно сыграть этим себе на руку. Мне лишь остается узнать побольше информации от нового учителя.”
Если ей нужно, как можно скорее, покинуть это место. Кто поможет ей, как не чистокровные альвы со знанием этих мест?
Решив, что первый шаг для возвращения домой – это сбор информации, она медленно успокоилась. Только…
В Анабель ворвалось воспоминание из прошлого.
После первой неудачной любви у девушки с Илоном, она на долгое время закрылась в себе. Да, Эвелин приносила ей успокаивающее лекарство, думая, что её ребенку плохо от потери этих отношений. Мама в мыслях ругала дитя за непослушание, но, стараясь поддерживать нервное состояния дочери, она каждый час разговаривала с ней и утешала Белль. Эвелин не знала, что её родная дочь плакала из-за переживаний о том, как стала именно такой, какой мать всегда хотела видеть Анабель. Девушка не любила своего первого парня и не чувствовала разочарования от разрыва отношений, а только облегчение. Но Эвелин продолжала шептать ей :
– Ани, не плачь, тебе нельзя переживать! Может ты хочешь ведерко сливочного мороженого? Или чашку чая?
Тогда Анабель стукнула кулаком об изголовье старой кровати и спросила её:
– Мам, скажи мне…Зачем? Ты можешь оставить меня в покое? Убери своих таблетки от меня подальше! Объясни мне, наконец! Почему ты хочешь сделать из меня робота? Почему тебе настолько важно, чтобы мои эмоции всегда находились под контролем?
– Так надо. Я переживаю за тебя.
После этого момента, Анабель, будто безумная, стала искать новые отношения. Она хотела доказать себе, что не превращается в нелепый идеал Эвелин и может влюбиться. Она утаила от нее какова настоящая причина истерик дочери. Тем более она не понимала дурацких причуд матери. Белль пыталась поговорить об этом с Томасом, но он посоветовал слушать Эвелин, потому что она просто волнуется за нее. Анабель вскоре нашла нового парня, а затем еще одного и еще…
Ни один мужчина не вызывал у нее таких эмоций, как сегодняшняя встреча с наследным принцем. Альв заставил ее испытать целый скоп всевозможных чувств. Он был настолько красив, насколько и отвратителен своим характером.
Опустив взгляд на свою шею, Анабель резко сорвала бриллиантовое ожерелье и выбросила ошейник в сторону. Когда раздражающий предмет скрылся под кроватью, она приступила к платью. Разорвав нежную ткань на кусочки, Белль стянула остатки вещи и осталась в короткой красной комбинации, которую заставили её надеть служанки вместо нижнего белья. Взобравшись на массивную кровать, она неспешно погрузилась в сон.
Её разбудил тихий шепот Агнес. Служанка наклонилась и потрогала плечо смертной, аккуратно склоняясь к лицу:
– Госпожа Анабель, вы должны проснуться. Его Высочество приказал сопроводить вас на завтрак с ним.
– Эээ… – зевая, прохрипела девушка, – Агнес? Который сейчас час? И я же просила не называть меня госпожой.
– Извините, мы не можем называть вас только по имени и сейчас около пяти утра, госпожа.
– Можете. Подожди, сколько? Пять утра? Вы издеваетесь! В Лондоне никто, так рано не просыпается. Передай принцу, что я никуда не пойду!
– Но госпожа…
Анабель не дала договорить Агнес и пробурчала:
– Пусть завтракает один. Не буди меня больше!
Она отвернулась от нее и только сильнее укуталась в одеяло.
Когда Белль уже почти провалилась в сон, её потревожил странный шум. Следом за ним раздался противный грохот, сопутствующий цокоту мужских каблуков и в завершении животное рычание.