Надежда рода
Шрифт:
Я едва сдержал улыбку. Даже не подумал бы, что у урджа-мастера такая бурная фантазия. Но переубеждать его не стал.
— Скажешь, ты ничего об этом не помнишь и не знаешь? — задумчиво произнес Сэдэо, не переставая хитро усмехаться.
— Именно, но то, что вы сказали, натолкнуло меня на определённые мысли, — так же загадочно ответил я, решив подыграть Сэдэо.
И, в общем-то, я не лукавил. Мыслей у меня появилось немало. И я думал вовсе не о хладных, хотя после того, что рассказал Сэдэо, эта тема меня теперь тоже интересовала.
Сегодня я узнал
Глава 20 или «Новые обязательства»
Алисана снова приходила ко мне во сне. Мы сидели на качелях в саду родового поместья и разговаривали. В эту ночь у нас произошел странный разговор.
— Твоя подружка, эта Айриса, ты собираешься взять ее в наложницы? — спросила Алисана.
Этот вопрос застал меня врасплох.
— Э…Нет, не собираюсь. Я пока не думал об этом. Но учитывая мой возраст, точнее возраст Азиза, считаю, что пока и рано об этом думать.
Алисана снисходительно улыбнулась, а затем очень серьезно заявила:
— Ты должен вырастить трех наследников Игал.
— И об этом я пока не думал и не собирался думать, — чеканя каждое слово, сказал я, давая ей понять, что долг долгом, месть местью, но в мою личную жизнь лезть не надо. Сам как-нибудь разберусь со своими наследниками.
— Нет, ты меня не понял, — Алисана усмехнулась, — в твоих жилах течет кровь чужака, а твои дети должны быть настоящими Игал.
Я несколько раз удивленно моргнул, прежде чем спросить:
— Это как?
— У Карины в хранилище есть не только образы крови Игал, но и другие материалы. В том числе и сперма Зуена, а так же его братьев и отца. Твои женщины должны рожать детей Игал.
Я был так возмущен, что не сразу нашелся с ответом.
— Знаешь что, это уже перебор! — я вскочил с качели. — Ладно я еще понимаю — месть Нага, но дети… И как ты себе это представляешь?
— Когда твои эмоции утихнут, и ты подумаешь холодной головой, ты поймешь, что это единственное правильное решение. Ты ведь сам об этом думал, что твои родные дети всегда будут под ударом. Так?
Я молчал, злобно раздувая ноздри. Эта Алисана чертова извращенка. Он всерьез думает, что я буду свою жену или пусть даже наложницу оплодотворять спермой покойников Игал. Нет, это уже ни в какие ворота не лезет!
— Этого не будет, Алисана. Такого уговора между нами не было. Лучше я вообще останусь без детей, чем так.
— Глупости говоришь, — грустно улыбнулась она.
Я решительно собрался проснуться, закрутил чакру головы, пытаясь растормошить разум, и свалить подальше от этой чокнутой Алисаны, а лучше еще и на пару дней отключить ее потом.
— Стой, — Алисана ухватила меня за руку, — я чувствую твои эмоции, и сейчас тебе нужно успокоиться. Вернемся к этому разговору позже. Сядь, — улыбнувшись, она почти с мольбой добавила: — пожалуйста.
Я не садился, но и не уходил.
— Я хочу поговорить о делах города, сядь, — спокойно и одновременно
— Что за дела?
— Просто хочу дать несколько советов. Прежде чем ты уедешь, тебе нужно узнать, что происходило в Форхаде на самом деле. Узнай про фабрки, найди отчеты, а главное, узнай, что происходит в деревне рабов. Почему такая смертность. Ясно же, что те отчеты, что показывал тебе Надим, едва ли настоящие. Найди и посмотри документы Надима. Это должно помочь понять, что именно нужно решать в первую очередь. Я надеюсь на тебя.
На этом мы и закончили. И я проснулся. Конечно, я был все еще зол на Алисану, но в одном она была права, прежде чем уехать из Форхада, нужно разобраться с проблемами.
Всех их конечно за такой короткий срок мне не решить, особенно учитывая ущерб от боевых действий. Но взглянуть на отчеты и документы все же стоило.
И так как мы все равно все еще оставались в доме Надима, я нагрянул в его кабинет с обыском. И собрал все документы, даже те, которые не касались Форхада, в несколько коробок. Самому Надиму они вряд ли теперь пригодятся, а вот мне и новому управляющему весьма.
Еще меня очень заинтересовал сейф за портретом Надима. Слишком, кстати, приукрашенном портрете. Тут у него и глаза не были на выкате, и живот был подтянут и выражение лица не такое мерзкое. Я снял картину, повернув Надимом к стене, даже на портрете смотреть на него не хотелось.
Сейф я быстро открыл. Надим слишком не заморачивался и спрятал ключ в письменном столе. Там оказались хариты, их я трогать не стал. В прошлой жизни я, не задумываясь, забрал бы эти золотые диски. Но теперь я не нуждался, а сами хариты принадлежали семье Надима, я еще помнил про бедственное положение Энни.
Я отодвинул в сторону хариты, чувствуя, как снова накатывает злость. Ублюдок Надим — сам жил в роскоши, а сестре приходилось практически телом торговать, чтоб заработать на жизнь.
Под харитами я нашел четыре красных папки, и вот они меня и заинтересовали. Потому что внутри папок были документы, касающиеся городских дел. И их я тоже забрал.
Разбираться с документацией я привлек Санджея. Конечно, он воспринял такое предложение для провождения досуга без особого энтузиазма. Но сам виноват, нечего было хвастаться своими знаниями в данной области.
Мы засели в моей комнате и просидели над документами до самого вечера. Но оно того стоило — мы много чего любопытного обнаружили. Например, Надим вел черную бухгалтерию. Это легко вычислялось по разнице в цифрах из отчетов, которые он показывал мне, и тех которые были у него в красной папке. По сути, Надим обворовывал род Игал.
— А здесь смотри, странное, — Санджей протянул мне еще одну папку.
Это были отчёты от смотрителя в деревне рабов. Годовой отчет с отдельными данными за каждый месяц. Одни отчеты о поставках продовольствий, другие были заказами необходимых деревне продуктов, предметов гигиены, одежды, бытовых принадлежностей. Но Санджей показывал мне другое, отчеты о рождении и смертности рабов.