Надежда победителя
Шрифт:
Последний раз в этой жизни я вошел на капитанский мостик корабля Военно-Космических Сил ООН в качестве командира. Кажется, Толливер почувствовал мое настроение, встал, чтобы отдать честь, но я сразу махнул рукой.
– Садитесь, мистер Толливер.
– Уже семь рыб, – показал он на экран. Все они были еще далеко.
Вскоре рой гадин сильно погустел, появился косяк со стометровым астероидом, потом еще шайка чудищ, тоже с каменюкой.
– Эдгар, сейчас нырнем.
– Быстрее!
Я нажал кнопку, изображение на экране исчезло. Всплыли
– Что это?!
– Рыбы столкнулись?
– Астероиды!
Через несколько секунд ослепительное свечение поблекло, на экране проступило неполное изображение. Видеокамера на правом борту вышла из строя. Прежних астероидов и рыб не было. Однако начали всплывать новые чудища.
– Толливер, я выйду наружу, заменю видеокамеру, у нас есть запасные.
– Рехнулся? А если придется нырять?
– Значит, я погибну. Вместе с кадетом. – Я взял микрофон. – Рена Салетт, надеть скафандр! Живо! – Насколько я помнил, на тренировках она лучше всех ходила по корпусу.
Я бросился к шлюзу, начал влезать в скафандр, ругаясь – из-за спешки получалось слишком медленно. Рена уже надевала шлем. Вбежал Джеренс, проворно облачился в скафандр.
– Ты останешься здесь! – рявкнул я.
– Пожалуйста, сэр, разрешите! – взмолился он.
Что ты с ним будешь делать! Я кивнул. Хотя заменить надо было одну видеокамеру, я на всякий случай взял две, одну из них дал Рене. Наконец воздух откачался, внешний люк открылся, мы вышли из шлюза в открытый космос. Вдалеке плыл десяток рыб. Рена, быстро переставляя магнитные ботинки, шла впереди, я едва поспевал следом, за мной – Джеренс. Рыбины приближались.
Не успели мы заменить камеру, как метрах в семи от нас возникла рыба.
– Возвращайтесь! – крикнул по рации Толливер. – Быстрее!
Рена бросилась к шлюзу, а Джеренс еще возился с камерой.
– Пошли! – Я потащил его за руку.
Из рыбы вылетел пузырь и врезался прямо в стекло шлема Рены. Она задергалась, не удержалась на корпусе и поплыла в звездную бездну. Я оцепенел, сжав в руке запасную камеру.
– Быстрее, сэр! – дергал меня за руку Джеренс. – К шлюзу!
А я, как изваяние, таращился на чудище. Нос рыбины был совсем рядом, в метре от нас. В наушниках мольба Джеренса смешивалась с криком Толливера:
– Капитан, быстрее! Надо нырять!
На морде рыбины не было ни глаз, ни рта, ни каких-либо иных органов. Начал расти бугор, кожа на нем утончалась, стала полупрозрачной. Секунды – и вылетит наездник.
– СГИНЬ, САТАНА! – зарычал я. – ЛЮЦИФЕР! ИМЕНЕМ ГОСПОДА БОГА ВСЕМОГУЩЕГО ЗАКЛИНАЮ ТЕБЯ! СГИНЬ!
Кожа на бугре разверзлась. Я метнул в наездника камеру. Из прорвавшегося пузыря брызнула протоплазма. Рыбина отпрянула. Джеренс поволок
Как только за нами закрылся люк, корабль нырнул.
Я сидел в капитанском кресле, впившись глазами в экран. В голове туманилось. Не спрашивая разрешения, вошел Джеренс. Сотни и сотни рыб спешили издалека на наши N-волны. Летите, голубчики.
– Пришло время третьей, – пробормотал я, плохо соображая от усталости, страхов, перенапряжения и еще черт знает чего. – Время убить Томми и Кила. – Я взял микрофон. – «Трафальгар» вызывает третью. Ответьте. – Что я хотел им сказать? Кажется, что-то о рыбах.
– Капитан бредит, неси аптечку, – приказал Толливер Джеренсу.
Джеренс сгинул. Итак, Томми Цай, Томми Кин. Надо перебить всех Томми. Мой рот оскалился в идиотской улыбке.
– Третья лодка слушает, сэр. Докладывает гардемарин Цай.
Джеренс держал мою правую руку, Толливер поднес к ней иглу. Сознание прояснилось, я выхватил левой рукой шприц, шарахнул его о край дисплея.
– Я еще соображаю! Я капитан!
– Сэр, вы…
– Сумасшедший! Знаю! – гаркнул я. Толливер пристально смотрел на меня, Джеренс всхлипывал. Я взял микрофон.
– Томми… – Язык заплетался. Я сделал над собой усилие, собрался. – Мистер… гардемарин Цай. Ваше время пришло. Начинайте тест.
– Есть, сэр. Включили.
– И не отключайте.
Прошла вечность или минуты. Рыбы на экране начали исчезать.
– Они улетели к Томми, – бормотал я. – Много ему досталось рыбешек.
Никто мне не отвечал. Джеренс утирал слезы.
– Четвертая лодка, ответьте, – пробубнил я в микрофон. И эти молчали. Третья продержится несколько минут. – Эдгар, нам скоро опять придется звать гадин. Введи координаты для коротких Прыжков.
– Ты бредишь…
– Выполняй приказ. А ты, Джеренс, не плачь. Не огорчай меня.
– Есть, сэр. – Как ни странно, он подчинился приказу. Слез как не бывало.
– Четвертая лодка. Докладывает Антон Тайер. Я поднес к губам микрофон.
– Мистер Тайер, приготовиться нырнуть и повторить тест. На этот раз вам ничто не угрожает. Рыб больше не будет.
Через две-три минуты пришел ответ:
– Капитан, зачем все это? Мы не понимаем своей задачи.
– Мы запутываем рыб, чтоб они спятили и вернулись домой. – Голова раскалывалась, тело вдруг задрожало, нужные слова не приходили на ум. Что я хотел сказать? Что я сказал?
– Координаты введены, сэр. Ждем приказа, – доложил Тайер.
Я отключил микрофон.
– Мистер Толливер, запустите наш сверхсветовой двигатель вхолостую на шестьдесят пять процентов мощности. – Больше мощности давать было нельзя, перегрелся бы двигатель.
– Есть, сэр. – Толливер передал приказ в инженерное отделение. На экране стали появляться рыбы.
Вскоре начали всплывать целые косяки. Толливер нырнул и тут же вынырнул, потом сделал короткий сверхсветовой прыжок назад, из-за ошибки мы вынырнули в миллионе километров от первоначального места.