Надежда Гардариан
Шрифт:
– Ложись! – крикнул маэстро, падая и накрывая меня собой.
– Угу… – я, едва дышала под его тяжестью.
– Бабах! – от взрыва громко зазвенели, но выстояли защищённые магией окна в лаборатории, а всё стеклянное и хрупкое из системы на столе превратилось в пыль. Упс!
На красивых волосах Ильри пятнами лежала копоть, его рабочая одежда не порвалась на лоскуты опять же благодаря магии. И, несмотря на защиту вещей, выглядели мы как погорельцы.
– Простите, маэстро, я не хотела! Я ходячая неприятность, как я вообще могу жить обычной жизнью? – не удержавшись, всхлипнула. – Может
Я старательно тёрла щёки, не понимая, что лишь размазываю сажу по лицу. Ильри достал платок и вытер меня сам.
– Нет, Тинарра, ну так нечестно! Тебя даже начинать ругать страшно. Дыши, девочка, дыши. Это всё дар, когда он раскрывается ударными рывками, обычная жизнь словно не поспевает. Немного замедлись, и всё будет проходить спокойнее! Давай-ка, садись вот здесь в углу и медитируй. А я восстановлю аппарат и заодно проверю, что запечаталось в кристаллы такое бирюзовенькое.
Я снова всхлипнула и, шумно высморкавшись в платок маэстро, посмотрела на него и на Ильри:
– Оставь себе, дарю!
Спрятав кружевную прелесть, перемазанную сажей, в карман сумки, я уселась в уголок, чтобы больше ничего не испортить. Закрыла глаза и соединилась с источником. Он не показывал мне конкретных образов, подразумевая, что сейчас важно не провалиться глубоко, а, наоборот, достать оттуда, из нутра, спокойствие и силу. Сконцентрировать её в упорядоченные вихри, которые простроют всё вокруг. Я покосилась на обстановку, и от страха что-нибудь ещё разнести, завернула вихри вокруг себя.
«Фух, вроде так хорошо, звучит спокойнее и чище», – я открыла глаза и сразу наткнулась на внимательный взгляд Ильри. Он уже восстановил систему, расставил новые пробирки и колбы взамен разбитых, очистил всё магией, но пока не торопился перезапускать процесс, перебирая в руках бирюзовые кристаллы. Я ответила ему вопросительным взглядом. А маэстро вдруг позвал:
– Поднимайся, посмотри, что у тебя получилось.
Я подошла и осторожно потрогала гладкую стенку кристалла, а бирюзовый цвет вдруг отпрыгнул в сторону, оставляя одну сторону кристалла прозрачной.
– Ого, кажется, он меня боится!
– Ага, а ещё он ведёт себя так, словно живой!
– Они все так себя ведут со мной, я уже смирилась.
– Да-а? А вот с этого момента поподробнее!
В итоге, вместо того, чтобы слушать самой, весь остаток вечера я рассказывала Ильри про мои взаимодействия с кристаллами, как у меня сначала волосы поменяли цвет, как я встретила в Обережном лесу кристалл рода, ну и про то, как я звездологию за два года разом впитала. Он только цокал и удивлялся. Мы пришли к выводу, что это свойство всех сказителей: проникать в суть вещей, а в информационные кристаллы и подавно. Время пролетело незаметно, я увлеклась рассказами, и когда в дверь кто-то постучал, даже вздрогнула.
Но не успела отодвинуться от Ильри, когда в комнату, не дожидаясь ответа, влетел Вин. Упс ещё раз! А мы сидели почти голова к голове, так увлекательно было общаться. Ну а что такого, мы же подружились. Но, кажется, мой дракон так
– Р-р-р!
– А, что, я снова опаздываю на тренировку? Бегу-бегу! Прости, пожалуйста, мы заболтались!
– Р-р?
– Виндорр, ты говорить разучился? Одичал?
Иллинириэль откровенно смеялся над реакцией моего маэстро, и я хорошо его понимала. Но под замок я не хотела, так что подхватив дракона под руку, быстренько попрощалась с эльфийским наследником, пообещала забежать в свободное время, чтобы договориться о нашем расписании, и помчалась в тренировочный зал, таща на буксире сопротивляющегося маэстро. Сегодня мы с ним буквально поменялись ролями. Впереди была куча дел на вечер, на препирательства времени не осталось, и дракон это знал.
Захлопнув дверь, я прижалась к нему, обнимая, чтобы Вин успокоился, и слушала рваный ритм его сердца. Постепенно напряжение, сковывающее дракона, стало понемногу спадать. Но вместо занятия, он почему-то завёл со мной серьёзный разговор!
Глава 12. Нарыв боли нужно вскрыть, как и любой другой гнойник
У меня медленно, но верно нарастало чувство, что Вин просто не хочет соединяться сознаниями. А это могло значить только одно: он что-то скрывает!
Мы поговорили об отъезде маэстро и о том, что мне нужно серьёзно и вдумчиво учиться, после обсудили ситуацию с Валаррой и договорились выяснить, кто спровоцировал её драконицу. Но в воздухе витала недосказанность. И это слегка раздражало. Я пыталась поймать за хвост то, что он не договаривал, и высказаться, но маэстро водил меня кругами. А потом внезапно предложил полетать вдвоём и первым рванул в портал.
Я вылетела за ним уже с чётким ощущением, что меня водят за нос, но предъявлять не стала: и так всё выясню, или какая я сказительница? Хочет обманываться тем, что может уберечь меня от каких-либо знаний, ну удачи ему!
Правда, хулиганилось мне в таком состоянии не очень. Полетав с полчаса, я внезапно устала. И начала придрёмывать на ходу. На что Вин приземлился на вершину горы, сменил ипостась и протянул ко мне руки. Я молча обернулась, прислонилась к его плечу лбом, и мы переместились в комнату. Дракон попрощался и напомнил, что несколько дней будет в отъезде, чтобы я не волновалась. Я пообещала быть паинькой, и он ушёл, клюнув меня поцелуем в лоб на прощание. «Эт-то что за выходки, интересно?»
Меня слишком сильно клонило в сон, чтобы выяснять отношения, поэтому я просто плюхнулась в кровать и улетела в царство грёз. Но вместо сна погрузилась в молочно-белый туман…
Я выглядываю из-за неизвестного мне уродливого чёрного дерева. Передо мною Жрец, увлечённый разговором со странным, подвешенным, словно куколка бабочки или летуньи, как их называют в Ландарионе, чёрным коконом. Он не замечает ничего вокруг.
– Ты всегда была самоуверенной и считала, что лучше знаешь, что делать. И дочь твоя такая же. Спряталась от Меня! Да как она посмела! Я найду её и отомщу вам обеим за мою боль! За то, что ты предала меня.