Над бездной
Шрифт:
– Данные о финансовом положении, биографические данные, медицинский сертификат, сведения с места работы, свидетельство о рождении – кажется, все документы в порядке, – произнесла Феликс и улыбнулась Пейдж. – Вопрос не стоял о ваших возможностях кратковременно приютить девочку у себя. Все документы вполне квалифицируют вас как подходящего человека. Я могу даже не изучать все эти бумаги, чтобы понять, что вы можете приютить девочку и на длительный срок. Ведь таково, кажется, ваше желание?
Пейдж держала в руках яркую пластиковую игрушку и играла
– С самого начала я говорила, что могу содержать девочку и ухаживать за ней, пока не найдется достойное семейство, пожелавшее бы удочерить ее. Меньше всего ей нужно, чтобы ее передавали от одного опекуна к другому.
– Вы сможете посещать курсы для людей, собирающихся удочерить или усыновить ребенка? Мы их регулярно проводим.
Мара рассказывала Пейдж о таких курсах. Их проводили дважды в неделю в Рутланде. Там встречались приемные родители детей, которых доставляли из-за границы. Их целью было ознакомление будущих родителей с их обязанностями и теми трудностями, которые могут встретиться на их пути.
– С этим у меня не будет проблем, – ответила Пейдж.
– Чтобы найти приличную семью, понадобится время.
– Я понимаю.
– Это точно? – спросила ее Джоан доброжелательно, но серьезно. – Принимая во внимание происхождение Самиры, устроить ее будет не так просто, как других. Особенно в таком консервативном штате, как Вермонт. Пока что, согласно нашим данным, для этой цели не подходит никто. Молодые семьи обычно настаивают больше всех, и у нас есть связи с подобными агентствами в других штатах, но вам следует знать, с какими предрассудками нам предстоит столкнуться.
Глядя на Сами, одетую в хорошенький бело-зеленый костюмчик, и с ленточкой, завязанной в волосах, Пейдж не могла представить себе, что будущие родители могут не принять такого очаровательного ребенка. Она была здоровенькая, обладала спокойным характером и изрядным умом. Пейдж была также готова поклясться, что у девочки появляется привязанность к ней, если, конечно, то, что девочка постоянно норовила прижаться к ее руке, можно считать свидетельством этому.
– А если вам придется ждать год или два? – поинтересовалась Джоан.
Год или два? Пейдж ощутила беспокойство за Сами.
– Вам не кажется, что чем больше пройдет времени, тем труднее будет устроить судьбу девочки?
– И да, и нет. Чем старше она будет становиться, тем, возможно, в ней станет проявляться еще больше привлекательных черт. Приемные родители очень боятся статистики, а по статистике большую часть детей женского пола в Индии при рождении лишают жизни. Или обращаются с ними самым гнусным образом. В бумагах Сами сказано, что ее передавали из одного приюта в другой после рождения. А это, естественно, не может не сказаться на личности ребенка. Чем старше становится девочка, тем больше улетучивается налет той травмы, которую она получила при рождении и переезде из приюта в приют. В конце концов, с каждым годом она становится все больше американкой, так сказать. А жители
Пейдж задумалась.
– Проблема другого свойства заключается в том, – продолжала Джоан, – что чем старше будет становиться девочка, тем больше будет привязываться к вам, и наоборот. Это проблема, с которой сталкиваются все приемные родители. Когда наступит время расставаться, сможете ли вы передать девочку в чужие руки?
– Думаю, смогу, – сказала Пейдж. На этот раз она старалась не смотреть на Сами. – В моей жизни столько других забот.
– А эти другие заботы не помешают вам ухаживать за девочкой и воспитывать ее?
– Нет, что вы. – Пейдж прижала Сами к себе поближе, чувствуя ее детское тепло и нежный ребячий запах. – Никаких трудностей, все идет хорошо. Она очень спокойная.
– Что ж, это совершенно очевидно, – заметила Джоан. Она сидела, переводя взгляд с Сами на Пейдж и обратно. – Вы сами, например, никогда не думали удочерить девочку?
– Я? О, это совершенно невозможно. Иметь ребенка не входило в мои планы.
– Планы планами, но это не значит, что из вас не смогла бы получиться прекрасная мать.
Но у Пейдж были сомнения. Ее родная мать не смогла стать хорошей матерью – ей нужна была прежде всего личная свобода. Хотя Пейдж была куда более домашней, чем Хлоя, наследственность нельзя сбрасывать со счетов. Кроме того, быть домашней отнюдь не означало для Пейдж сидеть дома с ребенком. Она предпочитала весь день крутиться, словно белка в колесе, и возвращаться домой лишь под вечер, утомленной, но и довольной дневными трудами. Теперь у нее есть Джилл в роли няни, но у Джилл скоро появится свое дитя, и Пейдж придется нанимать другую, что будет несправедливо по отношению к Сами. Девочка нуждается в матери, которая станет уделять ей все свое время.
– Что ж… – Джоан вздохнула и сложила все документы в портфель. – Советую вам подумать над моим предложением. Я внимательно просмотрю все документы и на следующей неделе заеду снова, чтобы обговорить все окончательно. Тем временем, мы будет искать семейство, которое согласится удочерить девочку, если вы действительно уверены, что вы хотите этого.
– Это будет лучше всего для Сами, – произнесла Пейдж, искренне веря в то, о чем говорит. Ее уверенность окрепла еще больше, когда она встретилась с Питером на следующее утро.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
– Ну, как дела? – спросила Пейдж, усаживаясь за свой рабочий стол с чашкой горячего кофе и с любопытством глядя на Питера.
– Нам надо поговорить, – ответил он прямо от дверей. Он выразительно посмотрел на Энджи и сложил руки на груди. – Все, что происходит здесь с некоторых пор, – чистый абсурд. Я устал, Энджи устала, ты устала. Сначала казалось, что события так или иначе вернутся в привычное русло, как только травма от смерти Мары пройдет, но этого не случилось. Нам необходима помощь. Нам нужен четвертый врач.