Начало
Шрифт:
— Ладно... это... — Ну как он мог сопротивляться после такой угрозы? Джон был не способен возражать Фло. — Ладно! Это был... Трент.
— Трент? — выдохнула Майя. — И чего он хотел?
— Он... случилась одна неприятность...
— С ним?!
— Нет... с его другом... Нет, друг — слишком сильно сказано. С одним его знакомым, да, именно так, знакомым... он его едва знал...
— Джон!!! — Фло была в гневе. — Мы в курсе, что значит знакомый!
— Да, конечно... В общем... Его убили...
— ???
— Да, его застрелили...
—
— Этот Джеми был... он занимался темными делишками...
— Понятно, но Трент тут каким боком?!
Майя повернулась к Фло, их взгляды пересеклись. Нет, только не это, Боже, сделай так, чтобы это было неправдой, это не может быть правдой, пусть Трент немного странный, но он не может, не должен быть уголовником!
— Это случилось... — Джон нервно сглотнул, — в Хэкни. Трент там. И мне надо... он ждет меня гам...
— Хэкни?! — ахнула Фло. — Но это же очень опасное место! Нет, мы не позволим тебе пойти туда одному! Мы пойдем с тобой.
Фло говорила за обеих.
Джон, заранее зная результат, попытался отговорить решительно настроенных подруг. Естественно, у него ничего не получилось.
Все трое поспешили к станции метро. Они не разговаривали. Не переглядывались, боясь того, что могут прочесть на лицах друг друга.
Тревожное ожидание на лице Джона.
Решимость в глазах Фло.
Страх в глазах Майи.
Хэкни. Все трое прекрасно знали, что это место, где расстаться с жизнью — пара пустяков. Не так посмотрел, не то сказал, победил в видеоигре, отпустил шутку в адрес чьей-то девушки... В Хэкни умирали молодыми. Самое распространенное увлечение в Хэкни — приобретение или аренда пистолета. Оружия там было как грязи: 250 фунтов за подержанный пистолет девятого калибра. И всего 50 фунтов — за аренду на вечер. Пороховой погреб. Арсенал, с помощью которого давали выход своей озлобленности на весь мир.
И сейчас там находился Трент.
Когда они добрались до Хэкни, Майя первой заметила его. Как и обещал, он шел встретить Джона. Черная кожаная куртка, очки с темными стеклами, черные сапоги, рваные черные джинсы, лорд Байрон в заднем кармане джинсов.
Увидев девушек, Трент пришел в ярость.
— Ты что, охренел? — набросился он на Джона, игнорируя стоявших рядом Майю и Фло. — Я же сказал тебе, что тут кошмар! У тебя что, совсем котел не варит? Притащить сюда невесту и ее подружку!
Кулак. Если бы он ударил ее кулаком в живот, ей было бы не так больно. Тревога за него, опасение, что ему что-то может угрожать, — эти чувства мгновенно испарились в Майе, уступив место гневу. Теперь все в ней кричало: да плюнь на него, на этого спесивого и наглого незнакомца.
Трент не обратил никакого внимания на реакцию Майи. Боль, которую испытывал он, была сильнее. Его друг был мертв, и точка.
— Смотри, что я нашел, как только прибежал... рядом с телом. — Он показал Джону обрывок
14
«Ты в лутчем месте. Сичас Бог заботится о тибе» (ломан, англ.).
Он повернулся, дав знак следовать за ним. Они шли по улице, залитой мраком. Еще большим мраком были залиты лица людей, быстро идущих, прижимающихся к стенам домов, избегающих смотреть в глаза друг другу. Дома напоминали кладбищенские склепы из грязного бетона, предназначенные служить приютом для истерзанных и оставленных Богом душ.
— Майя, Фло, только не пугайтесь... — Трент повернулся к ним. — Зрелище не из приятных... Я был знаком с ним с самого детства. Раньше он жил в Илинге. Мы вместе ходили в детский сад и в начальную школу. Он всегда был заводной, даже слишком. И очень талантливый. Один из самых известных уличных художников в этом районе. Вот, смотрите, это его работа... — Он показал на граффити, оживлявшие унылые стены дома на Фалкирк-стрит.
Майя, Фло и Джон, пораженные, смотрели на нескончаемую вереницу солнц и воинов, бежавших по облупленным стенам, взбегавшим по лестницам. Это был дом Джеми. Квартирка из двух комнат, с маленькой ванной и кухонькой, где жила его семья из восьми человек. Мать, отец, бабушка, пятеро детей.
Джеми попытался вырваться из этой норы, но с тех пор, как судья ограничил его свободу постоянным надзором, был вынужден возвращаться в свою двухъярусную трехместную постель. Он был старший, поэтому его место было на втором ярусе. Отца не устраивала жизнь, которую вел Джеми, и он частенько избивал сына. Когда видел его. И когда сам не торчал в пабе.
— На какое-то время я потерял его из виду, — продолжал Трент. — Когда они переехали жить в Хэкни. Его отец лишился работы, и денег на то, чтобы платить за квартиру и обитание в Илинге, уже не хватало. Он позвонил мне сам. Три месяца назад. Мы увиделись. Я понял, что у Джеми не все складывается в жизни. Он был напряжен, нервничал. Он искал меня, потому что вспомнил, что у моей матери в доме когда-то висели рисунки, которые он хотел скопировать. И сегодня я как раз приехал сказать ему, что я их нашел и что он может прийти за ними в любое время.
Трент жестикулировал, и Майя разглядела на безымянном пальце его левой руки необычное кольцо, которого прежде не видела. Квадратная золотая пластинка с восемью разными камнями, расположенными вокруг еще одного, в центре.
Вот крестьянин, подумала она, парень с кольцом, да вдобавок золотым.
— А сейчас он мертв!.. Он умер ни за что ни про что, из-за глупой ссоры. Не поделили территорию с таким же бедолагой. — Голос Трента задрожал. — Майя, Фло, прошу вас, останьтесь здесь, на улице.