Начало
Шрифт:
Придя к выводу, что Кора непременно откажется, а отец настаивать не будет потому, что и сам против такого брака, Роберт даже повеселел. Это лучшее разрешение ситуации, оно позволит раскланяться с Левинсонами, Ньюпортом, Нью-Йорком и Америкой вообще. Нет, его удел Даунтон и английская провинция. И будь что будет!
Вздохнув с явным облегчением, он отправился узнать, когда же ближайший рейс в Европу, на котором можно было бы путешествовать без риска для жизни. К его разочарованию, оказалось, что на ближайшем рейсе ни одной каюты первого класса нет, а плыть через океан вторым или третьим классом не хотелось. Конечно, за время Хартумской операции
Пришлось со вздохом согласиться на более поздний рейс – через неделю. Роберт не сомневался, что леди Маргарет предпочтет остаться в Ньюпорте, но на всякий случай зарезервировал каюту первого класса и для нее.
Решение принято, и даже сделан твердый шаг для его исполнения. Почему же не чувствовалось никакого облегчения, а то, что было, когда стоял, наблюдая за деловитой суетой, куда-то исчезло? Раздраженный непониманием собственных мыслей и чувств, Роберт отправился в Ньюпорт. Следовало сказать леди Маргарет о своем разговоре с мистером Левинсоном и заказе билетов на корабль в Европу.
Роберт не привык находиться в состоянии смятенного духа, он всегда знал, чего хочет и как поступить, его чувства неизменно были честны и ясны. Даже когда ему несколько лет назад предпочли другого (все те же пресловутые деньги!), ясности мыслей и присутствия духа не потерял. А теперь вот был в смятении.
Попытавшись разобраться в себе, он сначала объяснил свое состояние беспокойством за Даунтон и неудачей, но потом честно признался, что его задел бы отказ Коры Левинсон. Почему? Никаких чувств к той, которой по сути сделал предложение, Роберт не испытывал, как и она к нему. Конечно, это потеря возможного приданого, но разве только мисс Левинсон может похвастать большим приданым? Можно посватать другую и получить обязательное согласие, например, одну из многочисленных внучатых племянниц леди Астор.
Но перед глазами все равно вставали видения мисс Левинсон – Кора за роялем в большом эркере гостиной, Кора на балу, Кора на теннисном корте, в седле, Кора, собирающая розы, рассыпанные на дорожке мистером Невиллом… После такого демарша Генри Невилла Кора непременно должна предпочесть его. Мистер Невилл по сердцу и ее отцу тоже, он может позволить потратить огромную сумму на то, чтобы выстлать дорожку к особняку розами, к тому же это говорит о его романтичности и любви к Коре Левинсон…
Радоваться бы, что Кора обязательно предпочтет ему Невилла, а Роберт почувствовал себя задетым.
Я рад, поскольку сделал все или почти все возможное, но рад и тому, что не нужно жениться на той, что мне безразлична и которой я сам не по душе, убеждал себя Роберт и чувствовал, что лжет. В чем дело, досадно, что потерял приданое или все же не столь безразличен к самой Коре?
– Вот еще! – фыркнул он почти вслух и принялся думать, что еще успеет сделать в Даунтоне на те небольшие средства, что останутся после выплат неожиданно прозревшему мистеру Смиту. Если честно, получалось, что ничего. Может, потому досада? Нет, досада явно связана с мисс Левинсон. Не страшно, нужно подождать всего лишь до завтрашнего утра, отсутствие приглашения на завтрак будет означать мягкий
– Роберт, где ты был?! – леди Маргарет почти возмущена.
– Я заказал билеты на следующий подходящий рейс домой. Мне пора возвращаться. Если вы решите отправиться вместе со мной, это возможно, для вас каюта тоже забронирована.
– Когда?!
– Через неделю.
Он понимал, что сейчас тетушка начнет произносить тираду о своей ненависти к пораженческим настроениям и его нежелании сделать хоть что-нибудь для спасения Даунтона и самого себя. Был готов ответить вполне твердо, что долее не намерен выступать в качестве приманки для юных леди с приданым и их матушек и тетушек, что пора домой и вообще вся затея с поиском невесты в Америке была нелепой… Но услышал совсем иное.
– Слава богу, успеешь отменить.
– Что отменить, леди Маргарет?
– Свой отъезд. Посмотри, Левинсоны прислали приглашение на завтрак в узком семейном кругу – только они и мы с тобой. Что бы это могло значить, Роберт? Я в замешательстве.
А Роберту вдруг стало почти смешно.
– Леди Маргарет, это означает, что мисс Кора Левинсон готова принять мое предложение стать графиней Грэнтэм, вернее, уже приняла его и теперь осталось только озвучить.
– То есть? – Руки леди Маргарет прижались к груди сами по себе без всяких стараний выглядеть взволнованной. Она действительно таковой была.
– Сегодня я имел беседу с мистером Левинсоном, пытаясь получить его разрешение на предложение руки его дочери. Мистер Левинсон был столь любезен, что не стал ни отказывать, ни соглашаться, предпочтя прежде поговорить с дочерью. В случае ее согласия принять мое предложение мне должно последовать приглашение на завтрак в семейном кругу.
Леди Маргарет смотрела недоверчиво:
– Ты хочешь сказать, что сегодня сделал предложение Коре?
– Я хочу сказать, – терпеливо повторил Роберт, – что имел беседу на эту тему с ее отцом, который объяснил, что вовсе не питает ко мне отеческих чувств и не желал бы выдавать свою дочь за того, кто не умеет делать деньги из воздуха, предпочитая мне мистера Невилла, но готов предоставить право выбора дочери. Мистер Левинсон обещал, что если Кора готова выслушать мое предложение, а по его мнению, это означало бы ее согласие на брак, то мне и будет отправлено это приглашение.
– Зачем ты тогда заказал билеты в Европу?
– Не был уверен в том, что получу приглашение на завтра. – Роберт вдруг сам удивился своей поспешности.
– Не вздумай сказать о билетах.
– Еще не ясно, что я все же услышу завтра. Насколько мне известно, девушкам нравится обставлять свои отказы эффектно. Вам не кажется, что она просто ищет возможность отыграться за прошлую обиду?
Леди Маргарет покачала головой:
– Не думаю, что мисс Левинсон из таких. Хорошо, завтра утром все узнаем.
Сама Кора провела большую часть ночи без сна. Тому были веские причины…
Едва Марта Левинсон с дочерью вернулись из Европы, леди Бельмонт начала новую операцию по подбору будущего супруга для любимой племянницы. Она не желала видеть родственником Генри Невилла, мать которого когда-то служила у Бельмонтов в кухне. Это «пятно» в родословной в любую минуту могло выползти и испачкать всю репутацию Коры. Одно дело играть в теннис с молодым удачливым партнером отца, но совсем иное выйти за него замуж.