Начало пути
Шрифт:
— Все они встречаются на мосту, чтобы потом вместе въехать в город, — сказал Финниан. — Они наверняка счастливы, что оранжерея находится за пределами гетто. Если бы они ворвались с гвардейцами, восстания не миновать.
До пустых ворот в Либрополис, которые не охранял никто, оставалось ещё шагов десять. Им пришлось собрать всё своё самообладание, чтобы не ускорить шаг.
Второй мужчина вышел из машины, опёрся об открытую дверцу и поглядел им вслед. Или, может, он просто смотрел вдаль, туда, где начинался город?
— Какой дорогой пойдём? — тихо
— Сразу же у выхода с моста налево, а там первый переулок направо.
Она подождала, пока незнакомцы не прошли через башенные ворота и не скрылись из виду. Огни целой процессии исчезли за каменной стеной.
— Что ты задумал?
— Мы с тобой кое-что заберём, это совсем близко отсюда. А потом я как можно быстрее должен попасть в оранжерею.
— Я пойду с тобой.
— Нет. Спрячься где-нибудь в городе. Возможно, они станут тебя разыскивать.
Девочка резко остановилась, вцепилась в его плечо и прижала спиной к стене.
— Только не надо командовать! Я сама знаю, когда мне следует прятаться.
— Я просто хотел…
— Уже не первый год я живу в гетто, и поверь мне: сталкиваться с полицией мне приходилось почаще, чем тебе. Не собираюсь я сидеть в какой-нибудь норке и ждать, пока ты, Финниан, будешь спасать мир!
— Но ты ведь даже понятия не имеешь, что я…
— Заткнись! — Выкрикнув, Кэт резко прижала губы к его губам с такой силой, будто хотела не поцеловать, а заставить Финниана замолчать. Но юноша в ответ крепко обнял её.
Фонарь над аркой освещал их тусклым светом, с другой стороны ворот проникал беспорядочный шум голосов. Кэт чувствовала тепло его тела, его объятия и прикосновение кончика его языка.
Она погладила его по затылку. Когда рука Финниана проникла под кожаную куртку и чёрную рубашку Кэт, дыхание её участилось. Его руки сомкнулись у неё спине, и Кэт подумала, что не отдаст Финниана никому в целом мире, и уж точно не солдатам проклятой Адамантовой Академии.
— Нам… — заговорил Финниан через какое-то время.
— Нужно спешить, — закончила девочка. — Я знаю.
— Я не это хотел сказать.
— А, ну извини.
— Нам не стоит сейчас этого делать. Вот прямо сейчас.
— Что? — Она резко оттолкнула его от себя и отшатнулась. — Ты с ума сошёл?
— Ну… я просто подумал… что это не самое удачное время для этого.
— Странно, но мне это в голову не приходило.
— Необязательно сразу дерзить. Ты мне очень нравишься, Кэт, даже слишком. И так было всегда. Но как ты себе это представляешь? А сейчас всё стало намного сложнее.
— Вот и проверим насколько.
Он отвёл глаза, но лишь на секунду. Затем они загорелись такой решимостью, которая испугала Кэт куда сильнее, чем его слова.
— Я сделаю всё для того, чтобы переход в лес так никто и не открыл, Кэт! Ребята по ту сторону — мои друзья. Я не могу оставить их в беде.
— Никто этого и не требует.
Казалось, он хотел ещё что-то добавить, помедлил, а затем взял Кэт за руку и лишь тряхнул головой.
Свернув на очередную узкую улочку,
Но в душе Кэт знала ответ: конечно, только сейчас. Потому что более подходящего момента не будет никогда. На мосту они оба испытали смертельный страх, и с каждой минутой кольцо вокруг них продолжало сжиматься. Возможно, сегодня ночью им придётся проститься с жизнью. Солнце, что взойдёт завтра утром, будет светить уже совсем другому Либрополису, и, кажется, этот новый город будет далеко не лучше прежнего. Так важно было прямо сейчас высказать Финниану, что он значил для неё. Его волнуют экслибри, план восстания и ещё миллион разных вещей. А у неё — ничего, кроме любви к нему, любви, которую она так долго скрывала. И сейчас ей нужно было обо всём ему рассказать, прежде чем он совершит что-то… Кстати, что именно? Даже догадки больно ранили её в самое сердце.
Через два перекрёстка Финниан остановился перед деревянным домом, старинным, как и многие другие в Либрополисе. В узких витринах громоздились книги, и каждая из них выцвела и пожелтела на свой собственный лад. Этот магазин существовал не благодаря покупателям, а на средства городского управления Хэй-он-Уай. При всей любви к книгам Либрополис оказался неудачным экспериментом: слишком много книг, чтобы ими владеть; слишком много продавцов, чтобы на каждого нашёлся покупатель; больше магазинов, чем клиентов, пересекающих мост; и скорее пропаганда Академии, чем экономическая выгода.
Либрополис был памятником, а не прибыльным проектом, и неудивительно, что многие библиоманты его поддерживали. На мгновение в голове у Кэт промелькнула мысль, не совершают ли они ошибку. Может, именно они требовали чего-то неправильного и не прислушивались к мнению большинства?
И тут же девочка вспомнила о жалком существовании обитателей гетто, о том, как эксплуатируются экслибри и как подавляют всех, кто не хочет принимать это как данность. А затем она подумала, что, наверное, Финниан прав. Если отбросить все «зачем» и «почему», оставив лишь голые факты — угнетение экслибри, ущемление свободы, — ответ становился очевидным: изменения необходимы. И если для этих изменений требуется применить оружие, то сейчас — самое время к этому приступить.
На секунду она совершенно уверилась в том, что наконец всё поняла и начнёт теперь двигаться по правильному пути.
Тут вдруг дверь открылась, и на пороге показался неприметный старик. Он безмолвно провёл их на чердак своего магазина. За стенами из книг и в клочьях паутины стоял какой-то сундук.
Финниан отщёлкнул резную крышку.
— Понимаешь теперь, что именно мне нужно делать?
Она заглянула в сундук, и слёзы покатились по её щекам безудержным потоком.