Наблюдатель
Шрифт:
— Что, во всем Архаде добровольцев не осталось? — вроде как шутку поинтересовался я.
— Выходит, что нет, — не разделил моего веселья парень. — Даже за хорошую плату магов сюда уже не заманишь. Наш только чудом держится. Да и то он уже стар и не так давно заявил, что на новую смену, скорее всего, не приедет. Устал он. Один. Считай, запертый в четырех стенах. Лечить, правда, лесс Отти умеет, зато с артефактами работать у него, к сожалению, плохо получается. Ну а среди рабочих, считай, одни штрафники остались. Если так и дальше дело пойдет, то скоро
Я окинул мастера Дола оценивающим взглядом.
Вот кто бы что ни говорил, а совсем уж серьезно воспринимать его почему-то не получалось. Слишком уж он был молод для той роли, которую для себя выбрал. Хотя, наверное, неспроста начальник форта отправил с нами именно его? Да и тагор за красивые глаза не выдают. Однако даже с учетом этого все же не вязалась у меня в голове его возраст и статус карателя, который подразумевал несколько иное отношение не только к чужакам, но и к жизни вообще. Какой-то этот Дол был слишком… живой, что ли? В отличие от того же Шала, Нооса и пятерых мордоворотов, которые должны были меня охранять. Может, он тут случайно оказался? Или незаслуженно?
— Нет, — фыркнул парень, прочитав на моем лице вполне понятный вопрос. — Я контрактник. Положенный по договору срок отработаю, и хватит.
Ну да, ну да. Был бы ты штрафником, хрен бы тебе кто оружие выдал.
— Сколько здесь людей? — снова спросил я, взглядом измерив расстояние до кромки леса.
— Карателей — семнадцать. Ну, на данный момент в строю осталось пятнадцать, включая меня. Простых смертных — сорок две души. Плюс начальник форта. Плюс его заместитель. Ну и маг. Вот, собственно, и все население.
— Сменщики у вас часто бывают?
— Для простых работников стандартный срок службы — два месяца. Для карателей — максимум полгода.
— Что, и ваших сюда иногда ссылают за провинности? — усмехнулся я.
Паренек скривился, решив не распространяться на эту скользкую тему, и после этого разговор сам собой увял. А ун через сорок мы, наконец, добрались до границы леса, и я смог получше рассмотреть, что это такое — знаменитое архадское шекковое дерево.
Вы когда-нибудь видели секвойю?
Вот и мне вживую не доводилось. Но из того, что осталось в памяти от просмотра общеобразовательных каналов, именно к секвойям эти деревья, пожалуй, были ближе всего. Такие же высокие, с мощными стволами по несколько метров в обхвате, с темно-серой, местами почти черной корой и густыми зелеными кронами, над которыми подрагивал разноцветный магический ореол. Однако, в отличие от упомянутых секвой, шекковые деревья имели множество ветвей, которые спускались почти до самой земли. Сами ветви были густо усеяны треугольными листьями, а местами тесно переплетались между собой, создавая этакие древесные заслоны. Благодаря им верхнюю часть дерева можно было рассмотреть только издалека. А вот так, вблизи, взгляд почти сразу упирался в серо-зеленую гущу, напоминающее живое кольцо, плотно сидящее на огромном стволе.
Правда, нижние ветви у встреченных
Когда мы вошли под сень громадных деревьев, небо над нашими головами ощутимо потемнело. Зато воздух стал прохладнее и заметно свежее, словно мы очутились в сосновом бору. Поймав себя на этой мысли, я подспудно ожидал увидеть и сопутствующую любому лесу мошкару. А также бабочек, стрекоз и всяких там мотыльков.
Однако их, как ни странно, не было. И птицы в ветвях не чирикали. И в густой траве никто не шуршал. Отчего казалось, что мир вокруг нас несколько нереальный. И подозрительно пустой. Причем не только меня посетило это неприятное ощущение — каратели, как по команде, сдвинулись еще плотнее, ощетинились тагорами и насторожились.
— Вы ждете нападения даже здесь? — вполголоса осведомился я у напряженно всматривающегося в деревья проводника.
Тот, не отрывая взгляда от ближайшей кроны, положил тагор на сгиб локтя и направил дуло вверх.
— Бывает, что нападают прямо от границы. Хотя мы каждый день этим маршрутом ходим, как минимум дважды: утром и вечером.
Я проследил за его взглядом и замер.
— Некко что, нападают сверху?!
— Конечно, — процедил Дол, не отрывая взгляда от шеккового дерева, мимо которого как раз проезжал отряд. — А вас разве не предупредили?
Я метнул раздраженный взгляд в сторону командира, но тот даже ухом не повел. Хотя про то, что опасность исходит от крон, был явно осведомлен, потому что, как и проводник, отправлял свои поисковые сети именно наверх, а не вдоль дороги.
Я перешел на сумеречное зрение, но, к сожалению, находясь на этом слое реальности, я видел не дальше, чем поисковые сети. А магическое зрение, к моей несказанной досаде, для изнанки не было предназначено. Поэтому я ехал в окружении карателей, активно вертел головой, иногда привставал в стременах, напрягаясь до рези в глазах, но лишь спустя четверть рина смог обнаружить на одном из стволов длинную, толстую, неаккуратно свисающую с нижнего «кольца» черно-зеленую нить, которая при нашем приближении проворно втянулась наверх и мгновенно исчезла из виду, убравшись на недосягаемую для моего взора высоту.
Охренеть не встать!
Некко и впрямь обитали на деревьях! Не в подземельях, не в норах… похоже, здесь они приспособились переползать с ветки на ветку и атаковать живых прямо с деревьев!
Причем, судя по толщине щупальца, тварь, обосновавшаяся наверху, почти не уступала размерам тем некко, которых я с таким упоением бил под Сиульей. Но как туша размером с увесистого кабана умудрилась взобраться наверх? А главное, как она вообще осмеливалась перемещаться по лесу, когда этой дорогой дважды в день (дважды!) ходили вооруженные тагорами и готовые ко всему каратели?!