Наблюдатель
Шрифт:
– Гора… – пробормотала Виолетта. – Гора ли? Местность вокруг стелилась фантастическая – от горизонта до горизонта блестела рябая желто-коричневая равнина, залитая стеклянистой массой, пятнисто отблескивающей на солнце. Блики сливались в сплошное поле слепящего сверкания, и ничего, кроме блеска и таинственной горы, взгляд не ловил.
– Слушайте, это не купол! – подпрыгнул на сиденье Ричард. – Это полукольцо! То есть, как бы, подкова!
– Ни хрена себе подковка… – хмыкнул Грига. – Полтора
Вблизи гора пугала – половина тора поперечником в два километра вырастала из оплавленного грунта, подняв в незапамятные времена круговую каменную волну.
Вездеход заехал в тень исполинского «бублика», и стали заметны детали – тор был опоясан тонкими темными линиями через равные промежутки. Словно это образование сложили из одинаковых цилиндров четырехсот пятидесяти метров в поперечнике. Вита поделилась этим наблюдением с Григой, и тот покачал головой.
– Это не образование, Витка… – протянул он, радостно улыбаясь, – это изделие! Природа такого не умеет.
Вездеход взобрался на «волну» и остановился. Грунт расплескался неровностями, углубляясь вокруг гигантского тора вытянутым овалом. Интересно, что внутренняя сторона «бублика» кое-где пошла складками.
– Такое впечатление, – возбужденно говорил Грига, – что эта громадина сверзилась с небес!
– А похоже, – оценил Лобов. – Спикировала и ухнула в это месиво.
– И ударилась о твердый грунт, – подхватил Рич. – Вон, аж складки пошли!
– Там трещина! – завопил Грига. – Вон, сразу над первой складкой, если снизу считать!
– Эх, Мануэля нету, – сказал Лобов с досадой. – Тот бы забрался.
– Нэ журысь, пан директор! – ухмыльнулся Грига. – Мы с сэром Ричардом по всем Крымским горам истаскались. Я попробую…
Зикунов разулся, скинул куртку и повесил на плечо моток веревки.
Вита подошла вплотную к тору и коснулась его ладонью. Поверхность была прохладная и гладкая.
Девушка взглянула вверх. Великие небеса… Представить, что эта гора – артефакт, было почти невозможно. «Изделие» было необъятно.
– Неужели это… – пробормотал Ричард.
– Корабль рептилоидов, – авторитетно кивнул Грига, – дело ясное!
Подтянувшись, он полез вверх.
– Не скользко? – крикнул Рич, задирая голову.
– Нормально… – пропыхтел Зикуновишна, перехватываясь.
Поверхность тора не была абсолютно ровной – повсюду торчали выступы – полукруглые и кубиками, ребра, штыри – и западали пазы. В иных местах чернели отверстия, подозрительно похожие на пробоины.
– Как на «Ра»… – проговорила Вита, глядя из-под руки на карабкающегося Григу. – Там тоже всякие фиксаторы, движки коррекции, антенки…
– Корабль, – внушительно сказал Рич, – он и на Маран-им корабль!
– Эт-точно…
Зикунов
– Витка! – крикнул Грига. – Так я тебя жду!
– Лезу! – ответила девушка.
– Осторожнее! – встревоженно сказал Лобов.
– Я подстрахую! – крикнул Зикунов и скинул вторую веревку. – Обвяжись!
Бока обвязалась и полезла. Лезть по тонкому канату было нелегко, но Зикунов помогал, подтягивая страховочный конец. Вот и трещина…
– Ничего себе, трещинка… – пропыхтела Вита, переваливаясь за край. – Пещера!
Они спустили оба каната к далекой земле и подняли груз – мощные фонари. Потом расслышали мольбы снизу, переглянулись и по очереди втащили Рича и Лобова.
В свете фонарей помещение по ту сторону трещины впечатляло обширностью – уж никак не меньше пятисот квадратов – и чужеродностью.
Трещина изнутри выглядела щелью, разорвавшей двухметровой толщины броню. У гофрированного борта торчали вкривь и вкось коленчатые шесты с круглыми зеркалами, и изображение они давали кривое до невозможности.
Грига охватил лучом фонаря дальние углы. Свет провалился в отверстие распахнутого люка. Чем дальше, тем интересней…
Вита съехала по наклонному полу к массивной перепончатой стене и заглянула в люк. Голубой луч заметался по зеркальным переборкам, сходящимся под непривычными углами, взблескивал на гранях, бросал в глаза десятки малых отражений круглого отверстия с выглядывающим Григой.
– Там два люка! – крикнула она. – Один продолжает анфиладу, а другой… Что-то типа поперечного коридора!
Грига заскользил к ней с веревкой. Закрепив трос на сегментной полуперепончатой крышке люка, он спустился вниз, раскачался и запрыгнул в поперечник.
– Похоже на кишку! – глухо донесся его голос. – Ужатия такие кругом, вроде кучи диафрагм. Ух, ты…
– Что там? – крикнула девушка.
– Инопланетянин! – возбужденно ответил Грига. – Дохлый! В скафандре! Мумия… Ах, ты! Ч-черт, рассыпался. Ученые меня убьют!
– Вылазь, галактист хренов! – крикнул Лобов. – Тут наскоком не отделаешься. Работа на годы!
Зикунов вылез, и друзья набросились на него.
– Как он выглядел? – наскакивал Рич.
– Он был как человек? – интересовалась Бока.
– Он был как ящерица! – ухмыльнулся Грига.
– Врешь!
– Да чего б я тебе врал?! – обиделся Зикунов. – Рептилоид, в натуральную величину. Истинный таоте. Ростом с нас, кожа чешуйчатая, зеленая, как ярь-медянка, на руках по три пальца, хвоста нет, голова по вертикали сплюснута, а уж буркала. У нашего друга Ануо органы зрения как бусинки, если с таоте сравнивать.