На все четыре...
Шрифт:
— Бездоказательно, — хмыкнул я. — Эдак в чём угодно можно обвинить. Мол, я тут чуть ли не «революцию» устраиваю. В уме, ага. В собственных мыслях. В реале же никаких революций нет и в помине.
— Не надо, — поморщился толстяк. — Не надо тут демагогию разводить. Ты знаешь, что планировал побег. Я это тоже знаю. Всё остальное неважно. Но у нас договор. Ты участвуешь в турнире, а я отпускаю тебя на все четыре стороны, если ты сможешь его выиграть. И, даже, больше! Отпускаю твою девку, если ты выиграешь хотя бы первый бой. Всё! Все остальное — неважно. Но, повторяю
— В каком смысле? — ощутимо напрягся я. Что там ещё придумал этот жирный боров?
— В самом прямом. До твоей первой победы девчонка, — Шварц качнул подбородком в сторону притихшей Совы, — побудет у меня в гостях. Смею тебя уверить, что у меня ей абсолютно ничего не угрожает. На её честь никто не позарится, её будут кормить и никто даже косо на неё не посмотрит.
— Но ты же уже обещал мне, что она будет жить со мной до первого боя! А, теперь, говоришь прямо противоположное. То есть, ты полный хозяин своего слова? Захотел — дал слово. Захотел, забрал обратно.
— Но-но-но, — окрысился жирдяй, — не я первый начал нарушать наши соглашения. Так что это лишь ответная реакция на твои действия.
— Какие действия? — Чуть не вскричал я. — Придуманное восстание, которого не было, и которое только в твоём воображении?
— Не хами мне! — повысил голосок и Шварц, прихлопнув пухлой ладошкой по столу. — И не разводи мне тут демагогию. Ты знаешь, что нарушил слово, а я лишь не даю тебе совершить ещё большую ошибку. От своих слов я не отказываюсь. Победишь в первом бою — девку отпустят. Ты, даже, сам сможешь её проводить до того места, которое укажешь… Под охраной, разумеется. У меня ей, как я уже сказал, ничего не грозит. Так что и по этому поводу волноваться не стоит. А вот само её присутствие у меня в гостях послужит гарантом того, что ты не будешь делать глупости. И это не обсуждается. Всё. Можешь быть свободен.
Знакомое по вчерашнему вечеру, притушенное ночью Совой, но, как оказалось, до конца не угасшее бешенство, вновь начало прорываться наружу. Я не сразу сообразил, что звериный рык, который я слышу, вырывается из моего собственного горла. Я дергаюсь вперёд опрокидывая столик вбок, стремясь вцепиться зубами в горло сидящей напротив меня туше, но… Словно выключаюсь. Проваливаюсь во тьму.
Очнулся я, похоже, уже через несколько часов в своей каморке. Голова жутко раскалывалась. Меня опять подташнивало, а на затылке я нащупал здоровенную шишку. Судя по всему охранник, тусовавшийся у меня за спиной, успел-таки среагировать на мой бросок. А то, что не привели Ведьму, посмотреть как я там, а тупо бросили на кровать и заперли, не интересуясь моим состоянием, можно принять за ответную оплеуху Шварца. Типа, он таким образом, высказал мне свое "Фи".
Остаток дня я провалялся в своей кровати, приходя в себя. Мало того, что я и без того ещё не в лучшей физической форме, так мне ещё один сотряс добавили. С-суки! На старые-то дрожжи ой как знатно прилетело. А что мне делать такому, если вечером на арену вызовут?
Впрочем предположению мои опасения оказались напрасными. Я, конечно, настраивался выходить таким вот полудохлым. Или к тому, что на арену выйдет
— Первый участник сегодняшнего боя… Номер 13. Это Курок!
Признаться, я в этот момент, ощутимо напрягся. Кавказец, несмотря на полученную днем ранее трёпку от Качана, все равно производил впечатление серьёзного бойца. А ещё это его высокомерное презрение… При всей его показушности оно-таки действовало на нервы, заставляя воспринимать его, возможно даже и более серьёзно, чем он был на самом деле. В любом случае, это — серьезный соперник. Против кого бы он не вышел. Боюсь, мне в моем состоянии, с ним не тягаться. И Хиросиме, пожалуй, тоже. Грека? Только что, если он…
— Второй участник сегодняшнего боя… номер 15… Скотинина! В пятом бою первого круга встречаются Курок и Скотинина! Да пусть победит сильнейший!
Глава 13
Разумеется, я болел — за девчонку. Вот, казалось бы, какое мне дело до них обоих? А вот поди ж ты. Заносчивый Курок не вызывал у меня ничего, кроме неприязни, а девчонка, идущая буквально на смерть, ради того, чтоб продлить жизнь братишки, невольно вызывала уважение. Впрочем, сама она с мнением большинства о своём предопределенном проигрыше была категорически не согласна.
И, пусть Курок был явно сильнее (как он кичился перекатывающимися под кожей мускулами! Ну да, действительно так-то было чем), но и сама Скотинина была далеко не тростиночкой. А её шестопер был заметно длиннее мачете кавказца.
И начало боя прошло полностью под её диктовку. Своей железякой она управлялась просто мастерски, гоняя Курка по всей арене. Он только и успевал уворачиваться от её атак, да пару раз блокировал их своим мачете. Онако, увернуться ему удавалось далеко не всегда. Пару раз девчонка таки зацепила своего противника, украсив его кровавыми порезами на груди и предплечье. Впрочем, оба раза она едва-едва достала его. И раны были шуточные, хотя и весьма кровавые.
Но, вообще, складывалось впечатление, что она-таки сейчас дожмёт своего противника. Рано или поздно догонит его, но тут… Какого чёрта? Девчонка буквально замерла, приоткрыв в изумлении рот и глядя расширенными глазами куда-то на трибуну. Там появился маленький белобрысый мальчик. Её брат, которого Кержак заботливо провел в самый первый ряд, прямо к решетке. Что за подстава?
Для девчонке это явно стало неприятным сюрпризом. Она словно оцепенела буквально на пару мгновений, но Курку и этого хватило. Резко отпрыгнув в сторону (и, тем самым, открыв ей вид на брата, который был у него за спиной) он, воспользовавшись замешательством девушки, зашел ей за спину и подленько так рубанул по спине.
Удар пришел куда-то в область поясницы и, похоже, он ловко повредил ей позвоночник, ибо, у девчонки сразу же отнялись ноги. Вскрикнув от боли, он выгнулась дугой и кулем повалилась на песок. А осатаневший кавказец сначала рубанул по её руке, всё ещё сжимавшей шестопер, практически отрубив её напрочь, а потом нанес финальный завершающий удар, раскроивший ей голову.
— Не-е-е-ет! — тонкий детский крик казалось перекрыл на мгновенье рев толпы. — Оля!!! Олечка!
Но Кержак, явно выполнивший свою миссию, поволок мальчишку прочь. А здесь нечестно играют! Шулерские приёмчики используют. Явно же всё срежиссировано заранее было! А, если, учитывать еще и выкрик Иуды-Краба во время боя Навы с Качаном, то и вовсе приходит на ум, что этот трюк они на поток поставили. Суки!