На Темной Стороне

Никитин Юрий Александрович

В анализаторе долго мигало и скреблось, затем, к разочарованию охранников, выплюнуло под зеленый огонек: «Полный допуск». Охрана с явной неохотой убрала автоматы, а он, оставив машину, прошел через весь лагерь. Кровь все еще не затоптали на траве, она же щедро забрызгала камни, брезент обоих палаток. Возле одной на корточках сидел офицер со значками различия капитана, сосредоточенно подбирал и рассматривал пустые гильзы. Возле него топтался солдат, в руках коробка, похожая на факс. Капитан встал, протянул руку:

– Капитан

Вильямсон, – представился он.

Они обменялись крепким рукопожатием, Фред поинтересовался:

– Какие-нибудь следы?

– Неплохие, – улыбнулся Вильямсон. – Патроны стандартные, армейские. Но фабричный номер партии совпадает с теми, которые были найдены при в прошлом году в пригороде Чикаго.

– Ого, – сказал Фред уважительно. – Вы помните такие мелочи?

Вильямс улыбнулся еще горделивее:

– У меня память как в компе. К тому же мне показалось, что там действовали уж очень крутые ребята. Непривычно крутые! Вот и постарался запомнить. Я провел там некоторые расследования...

– А здесь?

Вильямсон оглянулся на фургон:

– Да, в полевых условиях анализируем остатки пороховой смеси. Недавно проследили путь крупной партии «калашниковых»... понятно, китайского производства, но здесь явно наше оружие. Как и патроны.

В ящике, который держал солдат, щелкнуло, зажужжало. Фред ожидал, что из щели поползут листки бумаги, но оттуда полетели с сухими щелчками, похожими на выстрелы с глушителем, яркие фотографии. Все яркие и контрастные, в цвете. Вильямсон сгреб в аккуратную стопку, протянул Фреду:

– Кого-нибудь знаете?

Фред разложил веером, парни со снимков смотрели сурово и с поджатыми губами, словно их засняли уже после того, как узнали о цели своего задания. На некоторых фотографиях в разгар тренировок, пара снимков в столовой, и Фред поразился насколько скудное питание у этих крепких парней, которые с головы до ног в буграх мускулов.

– Это вот Ермаков, – люъяснил он Вильямсону. – Полковник, самый опасный противник. Если уж его забросили лично, то операция у них непростая... Это Валентин Трубецкой, Тарас Пригайло, Дмитрий Човен... Который улыбается, это Макс. Единственный, кто улыбается. Почти по-американски, так же чисто и открыто, разве что этот улыбается совершенно искренне.

– Да, он отличается. Похож на прибалта.

– Да? Да у русских разве разберешь? В русском намешано крови больше, чем в американце. Нет, он русский, хотя о его прошлом известно мало.

Вильямсон хмыкнул:

– Мало?.. Эти фотографии... Что у вас за агентура там?.. Из самого гнезда, надо же...

Фред развел руками:

– Хотел бы сослаться на наш высокий профессионализм, но... в России сейчас такая неразбериха, что кажется: приходи и бери их голыми руками. Правда, уже обожглись, но попытки, понятно, будут продолжаться. Информацию получать до смешного просто. И недорого.

Вильямсон с любопытством смотрел,

как вице-директор ЦРУ двумя пальцами выудил из нагрудного кармашка прибор размером с крупную пуговицу. Он не заметил, когда и где вице-директор нажал на «play», но тотчас же донесся сильный чистый голос. Ему ответил другой голос, явно человека постарше. Вильямсон вскинул брови:

– А это что?

– Говорят Тарас Пригайло и Дмитрий Човен, – объяснил Фред. – По-русски. Хотите услышать их голоса на английском? Произношение как у англичан. Даже чересчур правильное. Есть голоса всех их спецназовцев. Когда веселые, когда грустные, даже когда рассказывают анекдоты...

– Анекдоты?

– Да. Про тупых юсовцев, в основном.

Вильямсон хмыкнул:

– Да, вы основательно нафаршировали российские структуры своими агентами. Да-да, вы говорили, что их сейчас только ленивых не обворовывает... а ленивые в нашем мире не выживают.

Фред посмотрел по сторонам, сказал с кривой улыбкой:

– Но для протокола, как говорится, но мы знали об их задании. Нам расправиться с наркобаронами не дает сенат, а у русских к власти пришел недавно генерал, который не очень-то считается со своим сенатом. Черт, ему бы президентом в нашей стране стать!..

Вильямсон сказал:

– Но почему они вдруг пошли на север? Что за уловка? Все базы «красной бригады» как раз на юге, в непроходимых джунглях. Или они попробуют сделать петлю? Я понимаю, наши ребята не ожидали такого уровня. Потому и упустили. Надо было сразу группу «дельта» сюда бросить, окружить их, остановить при отходе...

Фред хмыкнул:

– Надо признаться, мы тоже не ожидали, что они будут прорываться в эту сторону. Другое дело, затеряться в джунглях...

– Сейчас в городе можно затеряться проще, чем в джунглях!

– Да, при условии, что все они... они большая часть владеет испанским.

Фред вспомнил многочисленных Хуанов, которые сдерживали напор войск генерала Франко в Испании, покрутил головой:

– Уверен, что владеют. Надо срочно раздать их портреты на всех авиалиниях. Потому что у меня нехорошее предчувствие...

– Что за предчувствие?

– А если они была заброшены не только затем, чтобы убить наркобарона? Если им что-то надо и здесь? Не в Колумбии, а, в нашей стране?

– Что, в США?

– Да.

– Но это безумие!

– Что, безумие сунуться в нашу страну?

– Да чтоб русский спецназ...

Фред поморщился:

– Арабские террористы взрывают бомбы прямо перед Белым Домом, а они не круче русских. Если мы не перехватим русских по дороге, они могут натворить бед.

Вильямсон пожал плечами:

– А что говорит ваш информатор?

Фред признался с неохотой:

– Это управление, в отличие от КГБ или ГРУ, обладает особой степенью свободы. В том числе и свободы принятия решений. И даже выбора целей.