На стороне бога

Абдуллаев Чингиз Акифович

— Эдгар, — спросил его Дронго, — кто отнес свечи женщинам?

— Я, — отозвался Вейдеманис. — Они в подавленном настроении. Ты представляешь, что они чувствуют? Буянов поднялся наверх, чтобы быть рядом с ними.

— Я тоже пойду туда, — сказал Дронго. — Нам для полного счастья не хватало только этой аварии. И движок нельзя включить.

— Мне пойти с вами? — спросил Алтынбай.

— Нет, — ответил Дронго. И в этот момент сверху раздался женский крик.

— Господи! — воскликнул Погорельский. — Неужели еще кого-то

убили? — И он вдруг пьяно расхохотался. Это было так неожиданно, что его смех подействовал на всех гораздо сильнее, чем женский крик. Первыми к лестнице бросились Дронго и Вейдеманис. За ними уже спешили Алтынбай и Олег.

Глава 6

Спотыкаясь, они поднимались по лестнице и уже спешили по коридору, когда едва не столкнулись с Буяновым.

— Все в порядке! — крикнул Сергей. — Все нормально. Только у Наташи Толдиной сдают нервы. Ей почудилось, что Катя шевельнулась. Это просто молния осветила тело, а Толдина закричала. Я говорил ей, чтобы она там не сидела. Но она настаивала.

— Пусть крестится, когда ей кажется, — недовольно заметил Олег.

— Не нужно, — попросил Дронго, — ей и так плохо.

— Нам всем плохо, — сказал Шарай, — но мы же не кричим по пустякам. И все держат себя в руках.

— Особенно ваш руководитель, — заметил Дронго. — Он всегда такой уравновешенный?

— Всегда. Я его знаю шесть или семь лет. Он всегда спокойный, при любой ситуации. Я ему иногда даже завидую.

Дронго вошел в комнату, где горела свеча. Толдина взглянула на него и отвернулась. Вейдеманис, тяжело дыша, последовал за Дронго.

— Может, вам лучше здесь не оставаться? — спросил Эдгар.

— Я буду сидеть тут до утра, — упрямо сказала Толдина. — Это мой долг.

— А почему у вас горит только одна свеча? — спросил Дронго. — Мне сказали, что вам дали три свечи.

— Одна на кухне у Нани, — пояснил Буянов. — Все голодные, и Нани с Людмилой пошли туда, чтобы подогреть ужин. Хорошо, что газ еще есть. А третью свечу мы отдали Отари. Он снова решил рисовать. Считает, что в такой обстановке и в такую погоду лучше рисовать. Заодно он дежурит у постели Гасана. Повар может прийти в себя, и поэтому нужен человек, который постоянно находился бы около него.

— Это, наверное, придумал Мамука, — усмехнулся Дронго. — Он считает, что несчастный повар может всех нас обманывать. Создать себе ложное алиби, чтобы безнаказанно убивать. Очевидно, он начитался детективных романов.

— Что случилось? — спросил подоспевший Алтынбай, — Ничего, — ответил Дронго. — Просто одной женщине померещилась нечто неприятное. В такую погоду рядом с убитой может померещиться все, что угодно.

— Эта ночь никогда не кончится, — прошептал Буянов.

— В этом доме есть еда? — крикнул Алтынбай в коридор. — Хоть какая-нибудь?

— Мы сейчас принесем вам еду! — закричала Нани, услышавшая его восклицание.

— Может,

нам пойти и помочь им? — предложил Шарай.

— Я останусь с Наташей, — твердо сказал Буянов, — мне не хочется есть.

— Если разрешите, я посижу с вами, — попросил Дронго и, обернувшись к Вейдеманису, сказал ему:

— Эдгар, спустись вниз и побудь с остальными. В такой обстановке у любого могут сдать нервы.

Мужчины повернули обратно, а Дронго вместе с Буяновым сели на стулья рядом с Толдиной. Она взглянула наконец на Дронго.

— Что вам нужно? — раздраженно спросила она. — Ну, я испугалась как последняя дура. Нервы совсем сдают. А вы пришли еще и издеваться.

— Нет, — ответил Дронго, — иначе я бы не поднялся. Я понимаю ваше состояние.

— Что вообще вы можете понять! — крикнула она. — О чем тут говорить?!

Сережа, дай мне сигареты…

— У меня кончились, — виновато сказал Буянов. — У вас есть сигареты? — спросил он, обращаясь к Дронго.

— Я не курю.

— Извините. Наташа, сейчас я принесу сигареты, — сказал Буянов, поднимаясь со стула и выбегая в коридор.

— Осторожнее! — крикнул Дронго. — Там темно! Когда они остались одни, Дронго вдруг сказал, обращаясь к Толдиной:

— Не нужно так нервничать. Если вы соберетесь и поможете мне, может, мы и найдем убийцу.

— Как это найдем? — спросила она, взглянув на Дронго. — Он уже давно убежал.

— Убийца в доме, — возразил Дронго, и она вздрогнула.

— Что? Что вы сказали?

— Убийца в доме, — повторил Дронго, — и мы должны его найти.

— Господи! — выдохнула она. — Как вы можете так спокойно говорить?

— Вашу подругу убили, и мы должны понять мотивы убийства. Скажите мне, почему она вдруг так плохо почувствовала себя, попав сюда. Почему?

— Не знаю, — очень тихо ответила Толдина, — я ничего не знаю. Почему вы думаете, что сможете найти убийцу? — Я его все равно найду, — твердо сказал Дронго, и очень нужно, чтобы вы мне помогли. Мы должны наказать убийцу вашей подруги.

— Наказать, — иронически произнесла она. — Почему вы считаете, что можете казнить и миловать по своему желанию? У вас есть права Бога? Кто вы такой, чтобы судить других людей?

— Нет, — ответил Дронго, — я, конечно, не Бог. Но иногда мне кажется, что я сражаюсь на его стороне.

В комнату вошел Буянов. Он протянул Толдиной одну сигарету и спички.

— Больше не нашел, — чуть виновато сказал он. — Все экономят — боятся, что нам придется здесь долго сидеть. Женщины принесли еду. Может, ты хочешь поесть?

— Нет, — ответила она. — Спасибо, мне ничего не нужно.

Буянов вопросительно взглянул на Дронго.

— Мне нужно знать, почему Катя внезапно почувствовала себя плохо, попав в этот дом, — настойчиво сказал Дронго. — Поймите, я должен это знать! Вы можете мне помочь. Почему?