На станции
Шрифт:
Приятный звон колокольчика в голове вырвал моё сознание из человеко-патриотического сна, где я руководил армадой крейсеров в битве с искинами Центра. Старая заварушка, уже скорее легенда. О которой больше всего я узнал из одного сериала, который смотрел в свободное время. Искины восстали, людей поубивали. Люди объединились. Искинов победили, но после этого системам под управлением искинов было запрещено без прямого указания разумного самостоятельно летать и стрелять. Сериал был довольно пафосный, да ещё снятый арварцами с чёрными актёрами почти во всех ролях и в описанное в нём верилось с трудом. Потому
Двигатели почти сняты. Полностью отделять их от корпуса не решился без инженерного бота с захватами или полноценного конструкционного дроида. Я боялся, что Мутант не удержит такой груз и у него опять что-то сгорит. Одно дело массивные защитные панели убирать и совсем другое передвигать огромную сигару старого двигателя. Если вдруг он сорвётся, стукнется с корпусом и повредится, а его уже почти кто-то купил. Потому приказал искину оставить по последнему креплению. Описав ситуацию, послал сообщение сержанту, приложив данные диагностики двигателей. Почти сразу пришёл ответ, приказано возвращаться на станцию, всё поставить на места и явиться в столовую.
В столовой меня ждала вся бригада. Мерки всё так же что-то жевал, а вот на лице Танка светилась улыбка. Явно они тут не просто так собрались.
– Садись, поешь, - начал сержант.
– Расскажи, как работается.
– Да ладно, - перебил его Танк, - Лучше объясни, как ты так быстро умудрился двигатели с "Т-17" снять. Там с твоими дроидами возни на целый день, а может и больше. А ты ещё дроидов починить успел. Я как-то менял на таком двигатель. Так на один времени ушло не меньше чем у тебя на четыре.
– Просто я посчитал, что одним кластером работать не эффективно, потому взял под прямое управление пару дроидов, так удалось увеличить скорость работы.
– У тебя есть имплант прямого управления?
– Нет. У меня инженерная нейросеть. С возможностью прямого управления.
– Но ты техник - удивлённо произнес Танк. После чего повисла тишина. Даже Мерки перестал жевать и уставился на меня.
– Теперь понятно, почему ты говоришь как фарки, - через минуту "ожил" сержант.
Их смущение было понятно. В мире всё стандартизировано и описано. Если стоит нейросеть "Инженер", то человек инженер. Если стоит "Техник", то он по жизни техник. Такой нонсенс как я был чем-то необычным. Даже если от родителей достался в наследство развитый интеллект, но не досталось денег на хорошую нейросеть, то достаточно было "продаться" любой корпорации и она уже занималась развитием своего подопечного в нужном направлении.
– Сертификат, который ты хотел получить у наших, это сертификат инженера?
– неожиданно подал голос Мерки.
– Да.
– Тогда понятно. Не дадут тебе его. Придётся ближе к центру лететь.
– Хорошо. Все вопросы отпадают. Проверку прошёл. В бригаду принят. Теперь у нас есть свой фарки.
– Э-э-э не, я не военный. Не офицер. Формально не инженер. Так какой я фарки?
– Ты думаешь и говоришь как фарки. В твоём случае, это не обидная кличка,
Все засмеялись. Я тоже.
Следующие пятнадцать дней пролетели как один. Ишими наконец освоил управление дроидами, мы посвятили этому целый вечер. Приехали запчасти и начали собирать истребители. Постепенно я отошёл от работы и всё поручил делать моему ученику, но только под моим присмотром. Без меня Ишими было позволено только ковыряться в металлоломе и наводить порядок. "Везель" восстановить удалось, и один "Хамир". Второй починить так и не смог, был повреждён один из стволов. В однажды Джия заявила, что она уже почти пилот и готова к первому вылету. Времени было мало, корабля не было, потому я просто сказал ей сидеть и ждать. И учить остальные базы, когда нужно будет, я сам ей скажу, что делать. Я был уставший в тот вечер. И ответил, возможно, слишком грубо.
У военных тоже было много работы, часто интересной, но в большинстве своём нудной и однообразной. Бригада Лесли занималась обслуживанием кораблей класса крейсер. Работали чаще внутри. Приходилось и панели внутренней отделки менять, и энергошины перекладывать, да и санузлами заниматься. Корабли, большей частью, были с экипажами. Пусть и в сокращённом варианте, но на них всегда кто-то присутствовал. Когда же мы отправились на небольшой транспорт менять башню ПКО, то сержант отдельно предупредил о небольшой подработке.
Как оказалось, если на корабле отсутствовал экипаж, то техники позволяли себе немного позаниматься поиском кладов. Всё найденное, не входящее в комплектность корабля, можно было изъять. Исключение составляли: оружие, рубка и каюта капитана. Как заверил сержант, руководство о таких проделках знает, но не препятствует. Если же на корабле присутствует экипаж, то изъятие любого предмета является воровством и преследуется по закону. В бригаде Лесли находки сдавались Танку, который их сбывал, а выручка делилась поровну. Я пообещал, что буду действовать как все, если что найду.
Транспорт основательно потрепали. Сбитые башни ПКО. Пробоины в обшивке. Везде следы от аварийной пены, залившей отверстия в слабо бронированном корпусе.
– Что это за пираты такие, что сами нападают на военные корабли? И оружие у них довольно мощное. Я не думал, что пираты могут потягаться с флотом Империи.
– Такие вот пираты, - отозвался сержант.
– Ладно, слушай. Ты же уже наш. Так что можно рассказать. Это и так многие на станции знают. Нет никаких пиратов. Нет, они есть где-то. Но их не так много, что бы флот выводить. Наш флот вышел в определённую точку, за пиратами. В это же время туда подтянулся арварский флот. Тоже ловить пиратов. И начались бои.
– Так это значит между империями идёт война?
– перебил я Лесли.
– Нет, конечно. Войны нет. Формально. Идёт операция по зачистке Фронтира от пиратов. И так будут писать во всех новостях в Центральных мирах.
– И все потери спишут на пиратов.
– Да. Ты же документ о секретности подписывал. Так что не болтай об этом. Всё-таки военная тайна.
– За что хоть..., - я замялся, подбирая слово.
– За что они там "гоняют" пиратов.
– Спорят за какую-то систему. Богатую чем-то там. Толком никто и не знает.