На Север!
Шрифт:
Не скажу, сколько точно прошло времени, когда Аркадий Петрович встал из-за стола и провозгласил, перекрывая шум:
– Стихи. На посошок.
Все тут же умолкли. Поэт прочистил горло и начал:
У края мира ясень мощныйНа перекрёстке всех дорог.И днём, и ночью между ветокГуляет белка Рататоск.Идёт направо – в НифльхеймеУсы морозит, а когдаИдёт налево – ждёт гулянкаВВ этом месте Аркадий Петрович замолк ненадолго, нахмурился, тихо бормоча себе под нос что-то вроде «с ними золотой орёл небесный». Спустя несколько секунд черты его лица разгладились, и он продолжил декламировать:
Там нить судеб соткали норны;Там на заре ударит МьёллнирО череп йотуна пустой,И асы вылезут в тельняшках,В блестящих латах, прямо няшки.И с ними Один. Он крутой.Там хитрый Локи мимоходомУгнал из Хеля Нагльфар;А Йормунганд перед народомЧуть не разрушив мост БиврёстКусает свой длиннющий хвост.А в Муспельхейме Сурт недужитИ с головой совсем не дружит.Там тупо вглядываясь вдальХранит границу сам Хеймдалль.Там Тор на спор тягает гири;Там вдруг раздастся клич валькирий!И там я был, мёд с Браги пил;У моря видел ясень вечный;Под ним сидел, Мимир беспечныйСвои мне саги говорил.Аркадий Петрович оглядел примолкших пирующих. Под их непонимающими взглядами он сел, пожал плечами и опорожнил кубок.
– Боюсь даже спросить, – подал голос царь, – это вот сейчас к чему было?
– Кто все эти люди с непроизносимыми именами? – поддакнул Абрам.
– Нормуль, – Антуан убрал свою пипку куда-то за пазуху, – записал. – И тут же пояснил обернувшемуся к нему Никанору: – Ароз Петрович только что изложил концепцию нашего предстоящего путешествия. Блеснул познаниями в теме, разметав бисер своего интеллекта перед свиньями зрительской аудитории нашего интерактивного блога.
Я увидел, что бояре привстают со своих мест. Судя по выражениям их закалённых пирами лиц, упоминание свиней они приняли на свой счёт.
– Мне кажется, нам пора! – я встал и поправил на изрядно увеличившемся животе пояс. – Иначе, боюсь, наш корабль без нас уплывёт.
– Да куда он денется? – отмахнулся поэт. – И, между прочим, это драккар!
– Мы ещё только начали веселье! – протодиакон тоже не хотел покидать наше гостеприимное царство. – Я требую продолжения банкета!
Вдруг из рукава моей рубахи вынырнула маленькая ушастая мордочка. Че принюхался и, схватив кусок курицы в два раза больше себя, фиолетовой молнией помчался по столу. Его объёмная добыча сшибала на пути горшки и тарелки, но нисколько не влияла на скорость.
– Че! – радостный
Протодиакон выскочил из-за стола, отдавив Абраму ногу. Аркадий Петрович тоже помчался за котёнком, но по другой причине – этот мелкий пакостник утащил курицу именно с его тарелки. Я вздохнул, и под недоумевающим взглядом отца устремился следом за нашими гостями.
20
Мы втроём выбежали на двор практически одновременно. Я даже слегка задел Аркадия Петровича плечом, вписываясь в дверной проём.
На улице уже стемнело. Однако Антуан не упускал из виду маленькую юркую фигурку с куском курицы в зубах. Мы же не упускали из виду Антуана.
Котёнок отчаянно метался по двору. Видимо, он решил, что у него хотят отобрать его законную добычу. Впрочем, ведь поэт его именно за этим преследовал?
После тщетной попытки взлететь на крышу сарая Че больше не пробовал уйти от погони верхами. Всё-таки, для подобных трюков курица была тяжеловата. Не влезла добыча и под крыльцо бани.
Несмотря на то, что благодаря этим его манёврам мы сократили отрыв на несколько метров, поймать прыткого чебурика пока не удавалось.
Судя по доносящимся из-за спины крикам и тяжёлому топоту ног, к нашей охоте решили присоединиться и бояре. И правда, чего было оставаться в пиршественной зале, когда всё основное веселье переместилось на двор.
В очередной раз пробегая мимо дверей в палаты, я заметил батюшку. Он привалился к косяку и с благодушной улыбочкой наблюдал за нами. В его глазах горел азарт болельщика. Рядом с ним пристроился Абрам и тоже следил за беготнёй на дворе. Надеюсь, они не делают ставки? А если делают, на кого поставил батюшка, а на кого брат?
На очередном витке к нам присоединился Ницше. Он что-то весело вопил, внося ещё больший сумбур в погоню.
Я уже порядком выдохся, когда по земле прошла ощутимая дрожь. Корпус летающего корабля запульсировал, расцветая огоньками.
– Что это? – я налетел на спину остановившегося Антуана.
– Напоминалочка моя сработала, – чуть отдышавшись, сообщил он.
Че, тоже притормозивший при внезапном землетрясении, моментально изменил направление своего бега. И уже через несколько мгновений он взлетел по опущенному трапу и скрылся из виду в недрах небесного драккара «Варяг».
– За ним! – проблеял Антуан и пошёл в отрыв.
Я не возражал. Подхватив под руку скисшего от беготни Аркадия Петровича, я поспешил следом за окрылённым грядущей встречей с долгожданным питомцем протодиаконом.
Мы взобрались по трапу. Антуан тут же исчез из моего поля зрения, нырнув за небольшую дверь. Теперь я только иногда слышал приглушённое «кис-кис».
Поэт сел прямо на палубе, привалившись к борту и пытаясь отдышаться. Мимо меня прогарцевал Ницше, наставительно проговорив:
– В твоём возрасте, Аркадий Петрович, надо не за котятами бегать и вино хлестать, а переходить на травку и витаминки!
Поэт, похоже, был не в состоянии ему достойно ответить.
Корабль снова завибрировал, чуть не сбив меня с ног. Кроме всего прочего, из его недр послышался звук, напоминающий сирену.
Толпа бояр, всё ещё бегущая за нами, остановилась в нерешительности. Мужики переглядывались, не понимая, что делать дальше.
Откуда-то сверху плавно спрыгнула маленькая хрупкая фигурка. Я узнал свой детский охотничий костюмчик и вихрастую причёску. Вурдалачка, она же непонятная Альфа, чуть присела и оскалилась в сторону наших преследователей.