На ромашке не гадай
Шрифт:
– Забыл?! – Джин похолодела. – Но откуда ты знаешь? Тим ничего мне не говорил.
Дебби покачала головой.
– Разумеется.
– Что значит…Ты как-то странно это сказала…
– То и значит: Тим ни за что не пожалуется тебе на Алана.
– Как? Почему?
– Потому что он очень тебя любит и не хочет расстраивать. Ради твоего спокойствия Тим готов терпеть небрежное к себе отношение.
– Не понимаю… – Джин была одновременно растеряна, огорчена и подавлена. – Ты-то как узнала об этом?
– Позвонила как
– Не может быть! – в ужасе воскликнула Джин.
Дебби бросила на нее взгляд.
– К сожалению, это правда. За молчание Алан обещал купить Тиму настоящий баскетбольный мяч. Возможно, Тим так бы ничего и не рассказал, но я спросила у него, почему он такой грустный, тут-то все и открылось.
– Боже мой… – прошептала Джин, совершенно потрясенная новостью. – Боже мой…
Перед ее внутренним взором возникла картина того, как дрожащий Тим, зябко ежась и поглядывая на дорогу, переминается с ноги на ногу на крыльце спортивного зала, а Алан все не едет и не едет.
Этого я ему не прощу! Джин стиснула зубы.
Но вместе с тем она подумала кое о чем еще: наверное, родная мать никогда бы не поручила своего ребенка посторонним. Она бы в узел завязалась, но нашла бы способ справиться с проблемой самостоятельно.
Разговор с Аланом состоялся поздним вечером того же дня. Тим уже отправился спать, а Джин и Алан остались в гостиной.
Джин прямо сказала ему, что все знает. Однако он не особенно смутился.
– Но я ведь забрал Тима в конце концов.
– В конце концов! После того как он продрог до костей на холоде, дожидаясь тебя!
– Тим не такой уж беспомощный, – начал Алан, – он мог бы сообразить, что…
– Тиму еще нет и девяти, – перебила его Джин. – Он пока полагается на взрослых. А ты если взял на себя ответственность, то обязан ее соблюдать. Но на самом деле тебе ведь все это безразлично, верно?
– Ничего подобного! – буркнул Алан. – Я просто заработался, разве у тебя самой такого не бывает?
– Бывает, но я все-таки как-то умудряюсь помнить о главном.
– Ну, извини, извини.
Джин мрачно взглянула на него.
– Думаешь, что, попросив прощения, ты все исправишь?
– Боже мой! Чего же ты от меня хочешь? Чтобы я удавился, что ли?
Она медленно покачала головой.
– Нет, чтобы удалился.
– Послушай, не играй словами, я этого не люблю! – вспылил Алан.
– Хорошо, говорю прямо: собирай вещи и уезжай. Ты не оправдал моего доверия. – Произнеся эти слова, Джин напряглась, потому что дальше от Алана можно было ожидать чего угодно.
Однако он продемонстрировал завидное спокойствие:
– О, пожалуйста. Через два-три дня ты меня здесь не увидишь. В конце концов, наш роман не мог продолжаться вечно.
Сердце Джин сжалось.
– Вот как?
– Разумеется! – рассмеялся Алан. – Во-первых, ты старше меня, во-вторых, у тебя ребенок. А я, знаешь ли, не привык отягощать себя обязанностями. Они меня угнетают. Но… мы с тобой неплохо позабавились, верно?
Джин почувствовала, как ее исподволь охватывает гневная дрожь.
– Позабавились, говоришь?
– А разве нет? По-моему, мы неплохо провели время. А сейчас мне в самом деле пора двигаться дальше. Не могу долго оставаться на одном месте.
– И с одной женщиной?
Алан посмотрел ей в глаза.
– Рад, что мне не придется тебе это объяснять.
У Джин возникло ощущение, будто диван, на котором она сидела, покачнулся.
– Иными словами, ты просто использовал меня и мой дом как местечко, где можно неплохо отдохнуть и… позабавиться?
Алан вновь пожал плечами.
– Можно и так сказать.
– Замечательно. А теперь послушай, что я тебе скажу: ступай наверх, собирай чемодан – и чтобы через пятнадцать минут твоего духу здесь не было!
18
За несколько дней до Рождества Энди приехал из города, чтобы, как думала Джин, потихоньку выведать у Тима, какой подарок мальчик хотел бы получить на праздник. Однако она ошиблась. Улучив момент, Энди сказал, что хочет кое-что ей сообщить.
Едва услышав это, Джин замерла. Вот оно! – промчалось в ее мозгу. Сейчас он скажет, что настало время уладить формальности с разводом и разделить имущество, так как они с Ритой приняли окончательное решение пожениться.
– Ну, если хочешь, идем на кухню, все равно Тим сейчас смотрит кино.
– Мне безразлично, – ответил Энди. – На кухню так на кухню.
Что-то в его тоне заставило Джин взглянуть на него повнимательнее, после чего она заметила, что для человека, собирающегося жениться, выглядит он довольно хмуро.
– Мне нужно кое-что сказать тебе, – вновь произнес Энди, когда они уединились на кухне.
Джин поощрительно улыбнулась
– Я вся внимание. – В конце концов, чему быть, того не миновать, мелькнуло в ее голове.
– Видишь ли… – начал Энди, но тут же остановился. – Нет, сначала ты скажи, все ли у тебя в порядке. Иначе получится, что при каждой встрече я говорю только о себе.
– Гм, что за церемонии между старыми друзьями? Со мной все хорошо, я сейчас одна – Тим, разумеется, не в счет – и чувствую себя замечательно. Так что выкладывай. Не обо мне же ты хотел говорить, в самом деле! О Тиме, может быть? Но у него тоже все хорошо. Особенно сейчас, когда в доме нет посторонних… Ты понимаешь, кого я имею в виду.