На распутье
Шрифт:
Такое трепетное отношение к технике радовало Дмитрия Федоровича. Он вообще считал, что будущие сражения станут выигрывать механизмы, а не люди. И не жалел своих сил на оснащение армии СССР самым лучшим в мире оружием.
Генерал-полковник Толубко не стал затягивать встречу. Кратко поздравил солдат и офицеров, затем попросил их заниматься своими делами и не обращать внимания на прибывшую делегацию. Уже через несколько минут Шелепин оказался среди людей, спрашивал, отвечал, весело и непринужденно шутил. Заметил чуть замешкавшегося у машины Устинова, тут же привстал и помахал рукой, приглашая к себе.
— Дмитрий Федорович, присаживайтесь
— Разумеется. — Устинов подошел к столу. — Что тут у вас интересного?
— Вот, смотрите, ребята вытащили проводку из сбитого «фантома». — Шелепин продемонстрировал толстый жгут. — Так у них все провода промаркированы через каждые два сантиметра.
— Хм… — Устинов вытащил из внутреннего кармана оранжевый целлулоидный пенал, аккуратно достал из него очки, по-стариковски водрузил их на нос и с минуту рассматривал мелкие цифры. — Действительно удобно, ишь, что вражины придумали.
— На прошлой неделе у нас проводку в СНР [96] после «шрайка» посекло осколками, там мы три дня ремонтировали! — осмелился пожаловаться лейтенант. — С такими проводами управились бы часа за четыре.
— Не горячись, все равно пришлось бы работать не меньше суток, — осадил его товарищ. — Ты только вспомни, сколько там всего было…
— Р-ребята, но ведь все равно бьете супостата, — поднял глаза поверх очков Дмитрий Федорович, — и хорошо бьете!
— Должны бы еще лучше! Нужно своими глазами посмотреть, как падает Б-52. — Командир мечтательно покачал головой. — Говорят, полнеба в горящем керосине, красота!
96
СНР-75 — станция наведения. Небольшой фургончик, поверх которого устанавливаются поворотный механизм и три антенны диаметром около двух метров.
— Намедни тройка стервятников прошла, деревню тут недалече разбомбили, — расстроенно заявил оператор-срочник. — «Ананас» [97] гадский прямо на площадку, где играли дети, попал. Вот совсем немножко мы не успели. — Рука солдата, до этого спокойно лежавшая на столе, непроизвольно сжалась в кулак.
— Совсем американская военщина распоясалась! — покачал головой Шелепин, шумно вдохнул влажный, жаркий воздух и добавил: — Наша партия заставит их ответить за преступления против вьетнамского народа. Мы все заставим!
97
«Ананас» — разновидность шариковой бомбы. Это оружие массово применялось авиацией США.
— Думаю, наша промышленность сможет изготовить подобное. — Устинов не выпускал из рук провода, пробовал стереть маркировку и явно прикидывал, какой завод в СССР озадачить выпуском подобной продукции. — Я заберу их с собой?
— Конечно, товарищ Устинов! — Лейтенант радостно пожирал глазами секретаря ЦК. — Если нужно, мы еще собьем и принесем! Сколько потребуется вам и партии!
— Ну, ну, молодцы. Развоевались! Вы аккуратнее, берегите себя. — В коридорах ЦК Дмитрий Федорович уже давно не сталкивался с такой непосредственной искренностью, и его глаза чуть блеснули влагой.
— С проводами разобрались, — сменил тему Шелепин. — А вот скажите, как с помехами сражаетесь?
Расчет погрустнел, эта проблема была куда более неприятной и сложной. Так что отдуваться
98
РЛС — радиолокационная станция.
99
RB-47, самолет-разведчик на базе бомбардировщика Б-47, кроме прочего, использовался как постановщик помех. Нес большое количество радиоаппаратуры, экипаж 15 человек.
— Если так пойдет дальше, нам придется атаковать только те цели, которые можно, а не те, которые нужно, — грустно закончил свой рассказ командир дивизиона.
— И какие меры борьбы предлагаете? — Шелепин ничуть не удивился, похожую историю он слышал уже раз пять.
— Есть у меня задумка… — Капитан посмотрел на члена Президиума ЦК, удивился своей смелости, но продолжил: — Вот сделать бы систему ложных пусков.
— О! Чтобы враг не мог понять, летит в него ракета или нет? — Шелепин потянулся в карман за блокнотом. — А вы это своему командиру предлагали?
— Виноват, не успел!
— Обязательно напишите рапорт с предложением! Сейчас идет настоящая война умов, любая мелочь будет полезна разработчикам оружия.
— Есть!
— Не надо рубить по уставу, — чуть поморщился Шелепин. — Не приходилось вам сталкиваться с помехами по каналу управления?
Устинов отвлекся от мыслей об очередном ночлеге в бунгало и начал внимательно вслушиваться в диалог. Это с каких пор комсомолец-карьерист начал разбираться в подобных терминах? Откуда этот гуманитарий слов нахватался? Ведь он не пытается раскопать что-то плохое, наоборот, спокойно и вдумчиво разбирается в ситуации, ищет выход!
— Что-то такое было, вот на прошлой неделе заметили слабое излучение в этом диапазоне, — удивился капитан. — Где-то это уже стало проблемой?
— Еще нет, но от такого противника можно ожидать любой пакости. Надо бы заранее изучить возможность смены частоты, да и алгоритм кодирования перепроверить. — Опять карандаш скользнул по странице блокнота.
— А что, бойцы, «шрайки» сильно досаждают? — вмешался Устинов.
— Сначала попугали, но мы быстро смекнули, как отвести беду. Главное вовремя засечь его пуск на радаре…
— Дальше вы все дружно считаете время подлета и отводите луч? — Дмитрий Федорович медленно обвел взглядом расчет. — Или, как рекомендовал разработчик комплекса, ракетами их сбиваете?
— Отводим, конечно. Лишь бы «шрайк» случайно в кого-нибудь не засветил, — взял на себя ответственность капитан. — Рекомендация эта просто дур… невыполнима.
— Рано вы расслабляетесь, вот сделают для «шрайка» блок памяти, — Шелепин наконец закончил писать и оторвал взгляд от блокнота, — тогда будет не увернуться.