На путях преисподней
Шрифт:
— Баня для вас готова, — проговорила блондинка.
Кедрин вспыхнул. Он внезапно обнаружил, что не в состоянии оторвать глаз от ее роскошного бюста. Воздушная рубашонка почти не скрывала соблазнительных подробностей. Он прочистил горло и произнес:
— У нас нет обычая мыться с девушками.
На ее милом личике отразилась целая буря чувств, главным из которых было разочарование.
— Это не в обычаях Тамура, — поспешно поправил Браннок. — К счастью, я не оттуда.
— Берегись, — предостерег Тепшен.
Браннок ухмыльнулся.
— Трех прелестных девушек? Да что они могут мне сделать?
— Я думал, ты боишься мертвецов, — откликнулся кьо.
Браннок
— Как нам сказал Тарон, это состояние души. Мне эти красавицы почему-то не кажутся бесплотными.
— Я предпочитаю мыться один, — обратился к женщинам Кедрин. — Не хочу вас обидеть, но таковы у нас обычаи.
— У нас тоже, — подхватил Тепшен.
— Как вам угодно, — проговорила светловолосая, ее серые глаза вопросительно скользнули в сторону Браннока.
Полукровка широко распростер объятия.
— Красавицы мои! — воскликнул он. — Ну как я могу вас огорчить?! Надеюсь, что и вы меня не разочаруете.
Девушки переглянулись и прыснули.
— Здесь вы найдете все, что потребуется, — блондинка указала Кедрину на одну из дверей и, взяв под руку Браннока, повела его дальше. До Кедрина долетел ее шепот:
— Здесь тебя ничто не разочарует.
Кедрину очень не понравилось, что их разлучили с полукровкой, но он так и не смог придумать ничего убедительного. Тем временем Браннок, сопровождаемый девушками, исчез. Кедрин пожал плечами и последовал за кьо. За дверью находилась большая купальня, отделанная изразцами. Над водой поднимался душистый пар. Тут же лежало мыло, благоухающее сандалом, и огромные полотенца. Поставив меч Друла в углу, Кедрин сбросил одежду и с наслаждением погрузился в воду. Тепшен тут же присоединился к нему. Друзья блаженствовали в тепле и покое. После сытной еды и доброго вина обоих потянуло в дремоту. Если три красотки задумали что-то недоброе, подумал Кедрин, Браннок закричит, и они услышат. Но из-за стены доносился только смех, и юноша успокоился.
Отмывшись, наслаждаясь чистотой и свежестью, Кедрин и Тепшен разошлись по спальням. Кедрин еще раз протер клинок, убирая остатки влаги, и поставил его у изголовья. Пока они купались, настала ночь. Юноша уже собрался отправиться на поиски Тарона, когда в дверь постучали. Дукаи вошел с одеждой, отстиранной дочиста и уже сухой.
— Владетель Тарон выражает свое почтение, — произнес слуга, — и просит передать: если тебе угодно отойти ко сну, он поймет. Если же ты ищешь общества — за столом или в более тесном кругу, — только попроси.
— Передай Владетелю Тарону мою благодарность, — ответил Кедрин, — и сообщи ему, что я слишком устал. И предпочту спать один.
— Как тебе угодно, — откликнулся Дукаи и покинул спальню.
Кедрин зевнул и окинул взглядом постель. Он и вправду желал только одного: растянуться под чистым прохладным покрывалом на свежей простыне… и чтобы рядом была Уинетт. Всему свое время, сказал он себе, разделся и забрался под одеяло. Из спальни Браннока чуть слышно долетел смех, потом голос белокурой красотки. Он не разобрал слов, но, похоже, она отвечала на какую-то шуточку полукровки. Затем наступило молчание: Браннок закрыл ей рот поцелуем.
Полная луна показалась из-за верхушек деревьев, разливая бледный свет. Спальня наполнилась мягкими тенями. Кедрин натянул на себя покрывало и провалился в сон.
Он проснулся мгновенно, уже зная, что его разбудило. В открытое окно доносился шум борьбы и крик Браннока, зовущего на помощь. Не потрудившись одеться, Кедрин схватил меч и в два прыжка оказался у двери. Он выскочил в темноту коридора, на миг задержался у двери Тепшена, со всей силы пнув
Глаза быстро привыкли к темноте, но то, что предстало их взорам, разум мог принять не сразу.
Полукровка, обнаженный, забился в угол, отчаянно отбиваясь от существа, уже не напоминающего женщину. Эта тварь, покрытая чешуей, перьями и мехом, более всего походила на помесь кошки и птицы. Она безжалостно била кривыми когтями, и каждый удар оперенной лапы оставлял на теле Браннока все новые обильно кровоточащие раны. Голова с кисточками на ушах нависла над полукровкой, клыкастая пасть тянулась к его горлу. Кедрин сделал шаг. Тварь обернулась и уставилась на него, желтые глаза с узкими вертикальными зрачками полыхнули злобой. Преодолев шок, юноша занес над головой меч Друла и бросился вперед. Тепшен уже стоял чуть позади. На мгновение оба вновь увидели белокурую красавицу, обнимающую Браннока. Еще шаг — и в сиянии талисмана морок рассеялся. Тварь зарычала, из пасти брызнула слюна, когтистая лапа поднялась, чтобы нанести удар — и меч опустился всей тяжестью, перерубив кость. От вопля, исполненного скорее гнева, чем боли, заложило уши. Из обрубленного запястья потоком хлынула кровь. Браннок вывернулся из смертоносных объятий и откатился в сторону. В этот момент Тепшен шагнул вперед. Восточный клинок описал в воздухе длинную кривую. Этот удар должен был разрубить оборотня пополам, но тварь проворно отскочила. Кончик клинка лишь рассек чешуйчатую кожу и мышцы, прочертив от плеча до паха. Отвратительные иссохшие сосцы залила кровь.
Гневный вопль снова огласил спальню. Тварь подскочила, как на пружинах, нижние конечности изогнулись, чтобы ударить в прыжке. Клыки блеснули в лунном свете. Уцелевшая лапа метнулась в сторону кьо, метя ему в глаза. Но Кедрин нанес удар первым. Налетев в прыжке на лезвие, тварь сложилась пополам, голова поникла, открыв шейные позвонки. На этот раз клинок Тепшена достиг цели. Череп раскололся, мозг брызнул в стороны, а меч Друла, освободившись, обрушился на хребет жуткого создания. Сквозь предсмертный рык послышался треск позвоночника. Изогнувшись, тварь повернула к Кедрину жуткую морду. Зубы щелкнули, словно и теперь она хотела грызть и рвать. Потом рычание потонуло в хрипе, меж клыков хлынула кровь, и оборотень замер.
Кедрин бросился к израненному полукровке. Браннок крепко сжимал рукоять своей сабли. Он был бледен как полотно, глаза расширились от боли и пережитого потрясения. Весь торс избороздили безобразные рваные раны, ручейки крови при свете луны казались почти черными. Он дышал неровно, словно выталкивая воздух из легких.
— Благодарение Госпоже, вы успели, — прохрипел Браннок. — Еще немного — и пришел бы мне конец.
— Ты весь изранен, — проговорил Кедрин.
Браннок натянуто улыбнулся и покачал головой.
— Бывало и похуже. Потом займемся этими царапинами.
— Он прав, — заметил Тепшен. — Мы наверняка перебудили всю крепость. Надо бежать.
Браннок уже натягивал одежду, морщась от боли при каждом движении.
— Держимся вместе, — произнес Кедрин.
— Конечно, — Тепшен выглянул в коридор, держа меч наготове. — Быстрее, Браннок.
— Сейчас, — полукровка сунул ноги в сапоги и затянул завязки, скрипнув зубами, потом влез в рубашку и достал из шкафа ремень. Ткань на одежде уже пропиталась кровью. Прихрамывая, он последовал за Кедрином. Тепшен на миг исчез в своей спальне и вынырнул оттуда с ворохом одежды. Одевшись, друзья снова вышли в коридор. К удивлению всех троих, никто не преградил им дорогу, пока они мчались к лестнице.