На первых ролях

Коскарелли Кейт

– Челси, дорогая, это вторая лучшая минута в моей жизни, – тихо сказал он, приникая к ее губам долгим нежным поцелуем.

– Вторая? – шутливо спросила она, слегка отстраняясь, но Уилс крепко держал ее.

– Неужели уже успела забыть? Первая была, когда ты сказала, что носишь маленького шельмеца, которого мы создали вместе, разве не помнишь? – широко улыбнулся Уилс, снова целуя ее, но уже с большей страстью.

– Ох, как же хорошо снова быть с тобой, Уилс… Нет, конечно, нет, как я могла забыть хотя бы мгновение,

проведенное с тобой?!

– У нас впереди целая жизнь таких мгновений. А теперь расскажи все… Кстати, сможем мы побыть наедине хотя бы немного, когда приедем к тебе?

– Попытаемся, – лукаво улыбнулась Челси.

По дороге домой они говорили и говорили, ни на секунду не замолкая. Им так много нужно было сказать друг другу.

– Кстати, у меня хорошие новости. Мама и Маргарет прилетают завтра, и – не поверишь – моя драгоценная сестрица, привередина Нэнси, – вместе с ними. Они ни за что на свете не хотят пропустить свадьбу.

– Уилс, не стоит начинать нашу жизнь со лжи, только чтобы успокоить меня! Я знаю, Маргарет не хочет видеть меня твоей женой. Что произошло на самом деле? Скажи правду! – с замирающим сердцем попросила Челси.

Уилс ободряюще сжал ее руку.

– Ну… собственно говоря, если ты так настаиваешь… Они встретили это известие в полном молчании, с типично британской стойкостью. Правда, Маргарет имела наглость спросить, уверен ли я, что это мой ребенок, но мама с честью прошла испытание. «Не будь такой злобной ханжой, Маргарет, – объявила она. – Если хочешь знать, я уже была беременна Нэнси, когда мы с твоим отцом поженились».

– Правда? Она так и сказала?

– Клянусь. А потом повернулась ко мне и сказала, что я истинный сын своего отца. Папе тоже нравились американки, и раз мама смогла стать ему хорошей женой, то и от тебя ожидает того же. Ну, а после она отправилась наверх, помочь мне собраться, и велела Маргарет начинать готовиться к отъезду.

Челси почувствовала, как свинцовая тяжесть в душе внезапно растворилась. Если мать Уилса согласна на брак, когда-нибудь и Маргарет смирится.

Кларк, встретивший их у входа, внес в дом вещи Уилса.

– В какую комнату отнести чемодан, мисс Челси? – спросил он, опустив глаза, чтобы спрятать веселые искорки.

– В мою, Кларк. Завтра прибывают еще гости, и нам понадобятся две спальни.

Она и Уилс взглянули друг на друга, еле удерживаясь от смеха.

Держась за руки, они последовали за дворецким вверх по лестнице, громко переговариваясь.

– Уилс, мой отец с семьей остановились в отеле «Бел-Эйр». Я обещала, что мы приедем сегодня на чай. Знаешь, не терпится познакомиться с братом и сестрой. Я их никогда не видела!

– Только не волнуйся, тебе вредно. Но день и в самом деле необычный. Правда ведь?

– Если не возражаешь, думаю, Джереми будет приятно, если предложишь ему стать шафером. Ему семнадцать. Лайзе

пятнадцать, и я попрошу ее быть моей подружкой. Как, по-твоему, Маргарет не будет против, если попросить ее о том же?

– Ну… конечно, она не заслуживает такой чести, но будем великодушны. Тем более что ей это наверняка понравится.

Кларк поставил чемодан в спальню и тактично удалился, плотно прикрыв за собой дверь.

Уилс широко улыбнулся и начал расстегивать блузку Челси.

– Как думаешь, хватит у нас времени… – тихо пробормотал он, дразняще обводя соски кончиками пальцев.

– Наверное, – прошептала Челси. – Пусти, я запру дверь.

ГЛАВА 81

Соединенными усилиями Хилды, Фрэнка и Энн приготовления к свадьбе были закончены вовремя. Церемония состоялась днем в четверг, в гостиной дома Леверн. По просьбе Челси Фрэнк потребовал от декоратора, присланного из цветочного магазина, украсить комнату красными розами. Челси сразу же подружилась с семьей отца, а Уилс пригласил их погостить в Эшфорд-Холле после рождения ребенка.

Челси надела кремовое платье из старинных кружев и взяла в руку только одну красную розу. Фрэнк, само олицетворение гордого отца, сопровождал спускающуюся по широкой лестнице дочь.

Леди Эшфорд с дочерьми тоже успели приехать, как обещали, и даже Маргарет энергично участвовала в свадебных хлопотах. Банни и Каталина сумели облачить Леверн в голубой атласный халат, а Кларк снес истощенное, невесомое тельце старухи вниз и уложил на диван, где она и оставалась во время короткой церемонии. К огромному облегчению Челси, бабка была даже любезна со всеми, кроме Фрэнка, которого игнорировала.

В доме царило счастливое, романтически-сентиментальное настроение. Когда Уилс надел на палец Челси фамильное кольцо Эшфордов с рубинами и бриллиантами, все присутствующие были искренне тронуты любовью и радостью, сиявшими в глазах молодой пары. Маргарет была первой, кто поздравил жениха и невесту после церемонии.

– Челси, ты должна простить меня, – смахивая с ресниц слезы, прошептала она. – Помнишь, ведь это я все придумала с самого начала.

Челси прижала ее к себе.

– Конечно, Маргарет! Не будем больше говорить об этом. Ведь ты всегда была и будешь моей лучшей подругой.

Джейк, приехавший на свадьбу с женой, поцеловал Челси и энергично потряс руку Уилса.

– Надеюсь, вы понимаете, молодой человек, какое сокровище вам досталось, – проворчал он, – и как следует позаботьтесь о ней. А ты, детка, не отказывайся от своей мечты.

Челси тепло обняла друга.

– Никогда, Джейк. Одна мечта уже сбылась. Уилс со мной.

Кларк принес шампанское, и все выпили за молодых. Банни так вошла в роль матери невесты, что, к восторгу Леверн, почти все время была в центре внимания.