На перекрестке путей
Шрифт:
Мысленно кивнув данному утверждению я велел Кобре издали следить за этими ухарями, не приближаясь и не выдавая своего интереса. Слушать их разговоры пока что надобности нет, надо просто не потерять их местоположение, с чем дух уж точно справится. Сам же я полетел обратно в Рассветное Копьё. В Грайгейре меня встретил народ, успевший с утра пораньше вооружится, одоспешиться, собраться у кораблей и начать изнывать от нетерпения. Так что нет ничего удивительного в том, что едва я приземлился, перекинувшись в полуассона и начал натягивать портки, на меня насели с вопросами:
— Ну что там?
— Много их?
— Где они?
— Тихо, сейчас всё скажу! — прикрикнул я, одевая уже сапоги, что благодаря драконьей чешуе свернули от тривиальной кирзы на благородный
Народ переварил новость и резко загалдел, тоже истово желая присоединиться к веселью. Зря что ли ждали и готовились? В такие моменты прям понимаешь тупых киношных злодеев, что вместо убийства главного героя играются с ним, творя всякую фигню. Ну а что делать, если у личного состава злодейской армии всё плохо с досугом, а желания кого-нибудь загнать как на охоте и жестоко отмудохать выше крыши? Хотя жизнь это конечно театр, а не кино, тут с ролями всё сложнее. С одной стороны мы в следующем году собираемся прийти к эльфам домой, устроив всякие безобразия с кровью, пожарами, грабежом и так далее, так что тут у нас вполне себе пятёрка героев, что пришли сразится за свой народ и уберечь его от бед. С другой не мы первые начали, да и во Френалионе полуэльфиек с полуэльфами пытался принести в жертву чистокровный ушастый, так что имеем право на претензии. Молчу уж про шашни некоторых несознательных личностей с касатками. Да и эти ухари не на честный бой кого-то из нас звать собрались, а в лучшем случае тихо прирезать во сне, рыцари плаща и кинжала фиговы. В общем в задницу объективность, это у нас тут благородные и находчивые разведчики, а у врага исключительно подлые и коварные шпионы. Я вирдман, я так ведаю!
— Тихо, сказал! — придя к последним умозаключениям я снова осадил галдёж подчинённых — Хорошие новости тоже есть. Эльфы до нас не на своих двоих добрались, где-то на побережье обязательно должен быть их корабль. Его нужно захватить вместе с командой. Бран, Хакон, Эйнар, вы с подчинёнными летите его искать. Не тороплю вас, будьте осмотрительны, при ухудшении погоды, от которого можно не уйти на скорости, зарывайтесь в снег и лёд вместе с кораблём — многозначительно кивнул волшебникам, которые вместе со мной мёрзли на леднике, погружаясь всё глубже в магию льда — Хакон ты за старшего.
— Почему он? — поинтересовался у меня полуэльф, которого в своё время как раз едва не прирезали на пересечении линий магического рисунка в подземельях города магов.
— Потому что мне нужны живые пленные — усмехнулся я — Всем будет спокойнее, если последнее слово будет за самым хладнокровным из вас. А теперь хорош трепаться, ушастые нас уже заждались!
Более вопросов и тем более возражений не последовало, а драккары с хирдманами вскоре взлетели в воздух. Солнце как раз заходило, наблюдение я вёл во время светового дня, который уже был весьма короток. Путь до искомой нами группы был недолог, с нашими-то скоростями, а потому не прошло много времени и мы зависли высоко над ними в иллюзии. Эльфы же не смотря на подкрадывающуюся темноту стремились пройти побольше за сегодня и не спешили разбивать лагерь. Им бы ещё вместо снегоступов лыжи взять, вообще бы хорошо было, но опять же ума не хватило. И это тонкий намёк на толстые обстоятельства для меня. В их лесу мы тоже наверняка будем чуть ли не слепыми котятами, а они будут иметь преимущество. Надо думать, как его нивелировать. Впрочем голова мне дана как раз для этого, а не чтобы шлем на ней носить. Что-нибудь да изобрету.
Не смотря на очевидное нетерпение хирдманов мы провисели в воздухе до тех самых пор пока ушастые не решили что с них пожалуй хватит и не начали раскладываться на ночлег, ставя вполне приличную палатку, которую пёр на себе самый крупный из них. И вот это в наши планы уже не входило, противника всё таки хотелось брать на свежем воздухе и до того как он чего-нибудь
— Ну Кари, твоим благословением.
Можно было бы конечно помянуть вана Ньёда, но по мне тут разумнее было обратиться к йотуну, персонифицирующему ветер, тем более что он брат Локи. Хоть и не асгардец, а всё ж таки свой. Гранаты после упоминания высших сил полетели вниз, направляемые духом воздуха, которому вменялось в обязанность подорвать их примерно в метре над снежным покровом. Жаль, но произвести точное бомбометание совсем уж без магии, что может насторожить оппонентов, было не в моих силах, уж больно высоко расстояние. Но остроухие до последнего момента ничего не подозревали, лишь когда мои гостинцы были уже на подлёте, они почуяли неладное от враждебной волшебы, встали спина к спине и окутались колдовскими барьерами. Шаг в целом логичный, но не в этот раз.
Свето-шумовые гранаты мне тем и нравились, что их поражающие факторы были неожиданны для большинства противников. Так-то можно слепить волшебный барьер, который не будет пропускать свет или вовсе начнёт его отражать как зеркало. В каком-нибудь футуристическом мире лазеров такое заклятие оказалось бы куда ценнее золота! Но здесь до сих пор ни у кого не было необходимости защищаться от обыкновенного света, вот рефлекторно узкоспециализированный щит на неизвестную опасность никто и не выставляет. Тоже самое и со звуковым барьером. Ну не пожелали эльфы лишать себя возможности слышать что вокруг творится, ожидая внезапное нападение врага. А потом грянули шесть одновременных бабахов на уровне поясов незваных гостей, когда дух выполнил мои инструкции. Вокруг жителей лесов образовался гексагон вспышек, гром ударил по чувствительным ушам, яркий свет шарахнул по привыкшим к наступившей после заката солнца темноте глазам. Я же передал через серьгу на соседний драккар:
— Снижаемся, быстро!
Находились мы высоко, не желая спугнуть добычу и плотно укутались в маскировку, в которой вынуждены были поднатореть, имея дело с обитателями оазиса тепла. Нас не заметили, но теперь пришлось идти на резкое снижение, от которого у всех желудки сначала попытались переместиться в район горла, а потом, при резком торможении, ухнули вниз едва ли не до самых задниц. В прошлой жизни мне приходилось читать, что для вертолётов, несущих десант или эвакуирующих людей, самым опасными манёврами были именно взлёт и посадка, потому как винтокрылая машина в них наиболее уязвима для вражеского огня. Потому лётчики всеми силами стараются всё сделать как можно быстрее. Что ж, тренировались и мы, хотя удовольствия процесс конечно никому не доставлял. Зато сейчас хирдманы отстегнули ремни и резко рванули к дезориентированному противнику, а не занимались борьбой с собственными ошалевшими организмами.
Эльфы же пребывали в довольно плачевном состоянии. Мало того что их глаза ничего не видели, так ещё шесть сходящихся звуковых «кулаков» вместе с пусть не особенно сильными, но ударными волнами так долбанули по нежным организмам, что из ушей и носов показалась юшка. В результате обитатели лесов стояли на снегоступах, подслеповато щурясь и бессмысленно водя вокруг оружием, причём в неполном составе. На ногах остался ушастик, стоявший в центре построения и тот крупный парень, что тащил палатку, остальных ненадолго вырубило и они только пытались встать.
Что ж, воевать без зрения, слуха и обоняния, опираясь лишь на осязание и чувство вкуса очень неудобно. Духов, чтобы подсказать что творится вокруг прямо в мозг у врагов очевидно не было, а так они лишь сумели почуять что снег под ногами кажется немного дрожит от чужих шагов, но на том в общем-то и всё. Первый же подбежавший с моего драккара хирдман даже не стал отодвигать в сторону меч здоровяка, а засветил ему по башке пяткой копья, пользуясь длинной оружия. В результате бедолага упал как озимый.