На крючке
Шрифт:
– Могу я кое о чем спросить? – сказала она.
– Конечно, – Лок пожал плечами.
– У Тая есть пистолет, верно?
– Вы и сами это знаете.
– И если преследователь вернется в дом и у Тая будет шанс, он выстрелит?
– Если мой напарник сочтет, что его жизнь или жизнь Кевина под угрозой, однозначно да.
– А вы, Райан? – спросила она, погружая его в фиолетовые глубины.
– Убью ли я человека, всерьез угрожающего жизни моего клиента или моей? Если потребуется, то да.
Она сделала еще один
– Мужчина, которого вы убили на лестнице в Сан-Франциско.
Лок поерзал в кресле. Интересно, откуда она узнала. Может, Стэннер что-то упоминал. Или она хорошо поработала с Интернетом. Никто не скрывал этот эпизод, пусть даже Лок – единственный, кому известны подлинные обстоятельства дела.
Сейчас самолет катился по взлетной полосе, мимо с бешеной скоростью проносились участки травы и сетчатый забор.
– И что с ним? – спросил Лок.
Еще один глоток водки.
– Вы о нем думаете?
Лок покачал головой:
– Я принял решение. И стою на нем. Так что нет, я о нем не думаю. И прежде чем вы спросите, я ни о чем не жалею.
Рейвен удовлетворенно кивнула:
– Теперь мне намного спокойнее.
Глава 26
Кэрри вылезла из автомобиля и растерла спину. Мгновение она колебалась, ключи от машины болтались в руке. Прямо перед ней, в конце крутого тупика на Голливудских холмах, лежала ее цель: безликое постмодернистское чудовище из стекла и бетона – дом продюсера фильмов для взрослых Винса Вайса.
Поиски информации о Вайсе без особых проблем дали Кэрри его адрес, но без телефона, и она импульсивно решила поехать туда из Малибу. Ей казалось, Вайс находится в самом центре паутины, и у него она сможет найти подсказку, кто же преследует Рейвен. Но Кэрри осознавала: дело не только в этом. Ей хотелось понаблюдать за монстром вблизи. Выезжая из дома, она не сомневалась, что встретит жалкое существо и реальный Вайс не имеет ничего общего со своими садистскими фотографиями. Но сейчас, приехав, она растеряла прежнюю уверенность и сожалела, что не сообщила никому, в том числе Локу, о своих планах.
Однако Кэрри не позволила себе повернуть назад. Вайс может напугать десяток неуверенных в себе девчонок, но ее он не испугает.
В дальнем конце крутого подъема виднелись тяжелые железные ворота. Они были открыты. Кэрри могла въехать в них и припарковаться прямо у входа, но предпочла оставить машину на улице и подняться к дому пешком. «Всегда обеспечивай безопасный путь отхода». Одно из многих правил, которые внедрил в нее Лок.
Сквозь стеклянные стены не было видно никаких признаков жизни. У входной двери, которая обнаружилась сбоку дома, стояли в вазонах два фаллического вида кактуса. Наклейка на одном из окон заявляла: дом находится под защитой охранной компании. Пока все типично
Кэрри позвонила и стала ждать. Прошла минута. Она уже собиралась пройтись перед домом и рассмотреть его поближе, как дверь резко распахнулась. Перед ней стоял человек, в котором она узнала Винса Вайса: ноги расставлены, руки сложены на груди. На нем были обтягивающие плавки и ковбойская шляпа. На шее висело ожерелье из перьев в индейском стиле.
Вайс осмотрел гостью сверху донизу, задержав взгляд на груди. Он еще даже не раскрыл рот, а Кэрри уже стало жутко.
– Мистер Вайс, я Кэрри…
Он прервал ее взмахом руки:
– Ты опоздала. Входи.
Убеждая себя, что ей приходилось иметь дело и не с такими отморозками, Кэрри вошла в холл. По всему дому тянулась белая плитка, усиливающая ощущение холода и стерильности.
– Мистер Вайс? – крикнула Кэрри, когда он свернул куда-то за угол.
– Почему вы, актрисы, вечно опаздываете? – послышался откуда-то издалека его голос.
Она глубоко вздохнула. Следовало хоть кого-нибудь предупредить, что она сюда едет. Но сейчас уже слишком поздно. А если уйти, она будет чувствовать себя по-дурацки. Кэрри двинулась вперед.
Когда она повернула за угол, коридор открылся в огромную гостиную с открытой планировкой. В ней стояли черный кожаный диван, стеклянный журнальный столик с россыпью белого порошка и бритвенным лезвием, пятидесятидюймовый плазменный телевизор, по которому шел, как догадалась Кэрри, один из фильмов Вайса, и видеокамера на штативе.
Вайс стоял за камерой.
– Раздевайся, – бросил он, потом засопел и потер нос.
Он двигался нервно и возбужденно, глаза опухли от недосыпа.
Кэрри выпрямилась:
– Ваше настоящее имя – Пол Аронофски. Правильно?
В выражении лица Вайса что-то изменилось. Он посмотрел на часы:
– Вы не от Ронни?
– Я не представляю, кто такой Ронни, или кто, по-вашему, я. И я не собираюсь терпеть вашу грубость.
Лицо Вайса потемнело, и он вышел из-за камеры.
– Ну и кто же вы?
– Я журналист и хочу задать вам несколько вопросов.
– Интересно каких?
– Когда вы в последний раз видели Синди Кэньон?
Правая рука Вайса начала сползать за спинку дивана.
– Не знаю никого с таким именем.
– Знаете. Вы снимали с ней кино.
– Вы представляете, со сколькими актрисами я работал? С сотнями. А за всю карьеру – с тысячами.
– Не сомневаюсь, – ответила Кэрри, следя, как его правая рука вернулась с пистолетом.
С большим пистолетом. «Магнумом» 0.44 калибра.
– Все хотят сниматься в кино, – заявил Вайс. – Как насчет вас?
– Мимо, – сказала она, стараясь добавить толику твердости в свой ответ.
– Вы уверены? – спросил он, взводя курок и будто случайно направляя ствол пистолета на нежданную посетительницу.