На колесах
Шрифт:
– Если ты не хочешь пройти отбор, то не лишай такого шанса других, – процедил Никита. – Футбол – командная игра. Решил подставить нас из-за какой-то ерунды?
– Я не видел бабушку четыре года, – Петя насупился. – Это не ерунда! А от одного выходного никому хуже не будет. Мне еще «спасибо» скажут.
– «Спасибо» за вылет из соревнований? – голос Никиты сочился сарказмом.
– За отдых. Ты всех задрал со своим чудовищным графиком! Даже тренер поблажку дает! – Петя впервые за разговор посмотрел прямо на Никиту. Его зеленые глаза горели обидой и затаенной ненавистью. Война взглядов длилась минуту. Петя первый моргнул, поник плечами и зло пробубнил: –
– Дороже всего в жизни? – усмехнулся Никита. Как можно было не понимать такие простые вещи? – Нет. Отбор и есть моя жизнь, цель и смысл. Если мы сделаем это, то сможем попасть в «Крылья», а оттуда и в сборную России. Ты понимаешь? Нельзя упустить такой шанс только из-за того, что к тебе приедет бабушка.
Петя отвернулся и больше ничего не стал говорить. Никита уже знал, что тот придет на завтрашнюю тренировку: нельзя не прийти, нельзя подвести команду. Зачем Петя говорит про чудовищный график? Никита и сам знает это, ведь он тоже устает на тренировках. Но по-другому отбор не пройти – это Никита тоже знает. Когда его выбрали капитаном, он взял ответственность за успех команды и собирался сделать из товарищей звезд если не мирового масштаба, то хотя бы родного города. Если представился шанс, надо хвататься за него и ни за что не упускать. У них был шанс, и Никита сделает все, чтобы мечта осуществилась. В конце концов делает он это не только ради себя.
– А вот и мы, – раздался у уха нежный голос Инны. Как только Никита повернулся к ней, девушка прыгнула ему на шею с поцелуями.
Они с Кристиной уже переоделись, сняли грим и спустились со сцены. К разговаривающим парням актрисы подошли бесшумно, отчего те их сразу не заметили. В руках сестры Никита увидел три тюльпана в целлофановой обертке от поклонника и хмыкнул. О том, что у сестры есть парень, он мог не переживать. Было бы это так, он узнал бы первым: Кристина ничего не скрывала от брата, ведь сказывалось общее детство.
– Тебе понравился спектакль? – Инна заморгала карими глазами, выуживая из парня комплименты.
– Ты очень хороша, но роль старухи не для тебя, – резюмировал Никита, отвечая на ее поцелуи объятиями. Нежная кожа девушки нравилась ему в ней больше всего остального.
– Раневской не больше пятидесяти, – хихикнула Инна, но, судя по задорному румянцу на щеках, слова ей льстили, и она теснее прижалась к любимому.
– Ты была великолепна! – восхищенно пролепетал Петя. Под хмурым взглядом Никиты его энтузиазм несколько спал, но не до такой степени, чтобы забыть настоящую цель визита и букет.
– Какая красота! – всплеснула руками Кристина, когда Петя вручил Инне цветы. – Никит, как думаешь, мне стоит посадить розы?
Одариваемая же и бровью не повела, лишь сдержанно поблагодарила и тут же передарила цветы восторженной Кристине. Та, конечно же, приняла их: ей сложно было отказаться от цветов, от кого бы они ни были. Она зарылась в них носом, вдыхая исходящий от алых бутонов аромат.
– Давай быстрее, автобус скоро отходит! – Никита взглянул на часы: стрелки неумолимо приближались к восьми.
Галина Ивановна, домработница, ставшая за двенадцать лет работы в доме Ховричевых почти членом семьи, точно будет волноваться, если они не явятся к ужину или, что еще хуже, придут позже Валентина Никандровича. Расстраивать ее не хотелось.
– Ну, не уходите, – надула губы Инна, повисшая у Никиты на предплечье. – Мы и так с тобой почти не гуляем. Может, в кафе зайдем? Надо отметить
– Не думаю, – возразила Кристина. – Прости, пожалуйста, но Галина Ивановна будет ругаться, если мы задержимся. Последний автобус ведь скоро отходит, да?
Никита кивнул на ее слова. Желая ободрить погрустневшую Инну, он сильнее приобнял ее за плечи.
– Мы можем прогуляться завтра, – предложил компромисс Никита.
– У вас все время тренировки, – буркнула Инна, через плечо Никиты посмотрев на Петю. Тот развел руками: мол, ничего не могу исправить.
– После тренировки. – Он выпустил ее из объятий и заглянул в глаза, тем самым давая молчаливое обещание сдержать слово.
Инна кивнула и улыбнулась. Поцеловав Никиту в щеку и попрощавшись с Кристиной, она пошла к другому выходу из зала. Петя поплелся за ней, собираясь проводить до дома: они были соседями. Никиту это не устраивало, но сделать он ничего не мог, разве что воспользоваться дядиными деньгами и выселить всю Петину семью из дома. Это было бы слишком жестоко и, что юлить, глупо и неисполнимо. Никита не считал себя ни жестоким, ни глупым. Он забрал у сестры оба букета, давая возможность спокойно одеться.
У Ховричева Валентина Никандровича были собственная маленькая торговая компания и неплохой доход вкупе с бесконечной занятостью. Несмотря на то что у семьи водились деньги, глава семейства детей не баловал. Он был уверен: раз сам достиг всего с низов, то и они должны поступать так же. Именно поэтому Никита с Кристиной добирались до дома на автобусе, а не с личным водителем.
Из школы они вышли в молчании. Кристина, как и обычно, мысленно повторяла в голове прошедший спектакль, выявляя удачные моменты и ошибки. Никита знал об этом ее ритуале и не мешал. Ему и самому нужно было подумать. Слова Пети глубоко задели его, хотя он и не показывал этого. Вдруг вся его команда состоит из таких неблагодарных лентяев? Одну паршивую овцу в стаде вытерпеть еще можно было, но что, если Петя прав и он только зря тратит силы, чтобы команда прошла отбор? Может, он один решил стать известным на всю страну футболистом, а для остальных футбол всего лишь хобби, как театр для Инны? Кристина дернула его за руку, выводя из размышлений:
– Давай срежем через сквер?
Никита пожал плечами. Сквер появился недавно. До его открытия, чтобы выйти из школы к нужной остановке, приходилось делать большой круг. Никита по привычке пошел именно этим путем. Идея срезать казалась заманчивой, особенно с учетом того, что до последнего автобуса оставалось не так много времени.
– Там и яблони растут, – привела еще один аргумент Кристина, – а ты хотел приготовить шарлотку.
– Думаешь, запах яблок меня вдохновит, – усмехнулся Никита.
– Конечно, – уверенно кивнула Кристина. – Ты знаешь, как Света любит твою шарлотку.
– И ты? – Он прищурился, выуживая из сестры признание.
– И я, – скромно улыбнулась Кристина. Скрывать такую мелочь от брата она не видела причины. Он и сам знал о ее любви к его выпечке.
В семействе Ховричевых существовала традиция: каждый месяц Никита готовил сестрам какой-нибудь десерт. Это началось два года назад, когда он решил, что после школы, до конца которой оставалось всего ничего, начнет самостоятельную жизнь. Для этого следовало научиться готовить хотя бы простейшие блюда. К сожалению, с нормальной едой у Никиты не задалось, зато пирог, который он испек на спор с Галиной Ивановной, получился очень вкусным. Сестры готовку брата оценили и теперь каждый месяц требовали от него новых вкусностей.