На грани
Шрифт:
Эмма отключила звонок, бросила телефон на пол и занырнула с головой в воду, желая побыть одна и не вспоминать про то, что узнала сегодняшним днём.
Реджина просидела в комнате около часа с книгой в руках. Она хотела расслабиться и не думать о том, что с появлением Эммы её счастливая, спокойная жизнь будет разрушена. Женщина спустилась вниз, чтобы узнать, что там с обедом. Не успела она зайти на кухню, как увидела, что у Саманты всё готово.
– Фрэди, пойдем обедать, - женщина опять зашла в кабинет мужа.
– Да, дорогая, - Свон
– Конечно, позову, - Реджина подошла и обняла мужа, - мы же договорились.
– Ты удивительная, - Фрэд поцеловал Реджину.
– Я просто тебя люблю, - после сладкого и нежного поцелуя протянула Миллс, - иди за стол, а мы сейчас спустимся.
– Буду ждать, - Фрэд подмигнул и направился в столовую.
Эмма уже вышла из ванны и обернулась в полотенце. Ей нужно было одеться и поехать на встречу со своей лучшей подругой, по которой она очень соскучилась, невзирая на её умалчивание о свадьбе.
Реджина поднялась наверх и постучалась в дверь.
– Кто?
– Можно войти?
– сглотнув, протянула с неохотой Реджина.
– Тебе запрещён вход в мою комнату, - Эмма закатила глаза и сказала достаточно тихо.
Реджина тоже закатила глаза.
– Я пришла позвать тебя на обед. Саманта приготовила всё то, что ты любишь.
– Я уезжаю и обедать не собираюсь, - Свон скинула полотенце и достала комплект нижнего белья, чтобы одеться.
– Может, ты хотя бы откроешь дверь? Пообедай с отцом, он очень скучал по тебе, - Миллс хотела хотя бы уговорить Эмму на общение с Фрэдом.
– Открыть?
– Эмма расплылась в хитрой улыбке и, кинув бельё на кровать, подошла и открыла дверь, являясь в чём мать родила перед взором Реджины, -ну, открыла. Что дальше?
Миллс пришла в шок от такого поступка Эммы, она непроизвольно прошлась взглядом по телу девушки.
– Ты могла накинуть халат?
– воскликнула Реджина, - не нужно тут выставлять свои телеса на показ.
– Мне в моём доме нечего стесняться. Тем более тебя, - хмыкнула, кривясь, Эмма, - что нужно? Лучше иди и скажи Стэну, что я через полчаса выезжаю, и он мне понадобится.
Миллс с трудом сдерживалась.
– Я пришла пригласить тебя на обед, если ты не хочешь, мне всё равно. А если тебе нужно, иди и сама проси, а я тебе ещё раз повторяю, что я не девушка с улицы.
– Именно, девушка, и именно с улицы, - Свон сделала шаг назад и захлопнула дверь перед носом Реджины, чуть ли не снося её с петель.
– Ах ты, дрянная девчонка!
– Миллс ворвалась в комнату, - ты не имеешь права так со мной разговаривать!
– Отец!
– крикнула Свон и прикрыла руками оголённые прелести, - выйди вон отсюда! Отец!
– Я не позволю тебе так вести себя со мной! Я жена твоего отца, и я не виновата в нескладывающихся ваших отношениях, - повысила до яростного голос Реджина.
– Что здесь происходит?
– Фрэд сразу, как услышал голос дочери, тут же поднялся
– Она ворвалась ко мне в комнату и орет как собака резанная. Уведи её отсюда на хрен.
– Ты, вообще, выбирай выражения, а то, не ровен час, ответишь за свои слова, - крикнула Миллс, - она невыносима!
– Реджина, дорогая, - Фрэд приобнял жену и отвернулся вместе с ней от прикрывающейся полотенцем дочери, - успокойся, пожалуйста. Выйди, это её комната. Не нужно ругаться.
– Она чуть не зашибла меня своей дверью, - Реджина вырвалась из рук мужа, - вразуми её, - женщина вышла из комнаты.
Фрэд выдохнул и закрыл за женой дверь, чтобы спокойно поговорить с дочерью.
– Эмма, накинь что-нибудь, давай поговорим.
– Отец, она ворвалась ко мне в комнату, когда я была голая, и ты хочешь ещё поговорить со мной?
– возмущалась Эмма, но всё же скрылась в дверях ванны, чтобы взять оттуда чистый белый махровый халат. Накинув его, она вернулась к отцу, - объясни своей подстилке, чтобы в мою комнату и не смела заходить, а не то и меня в этой комнате не будет.
– Эмма! Реджина не подстилка, а моя жена. Она приличная женщина и не заслуживает такого отношения, - повысил голос на дочь Фрэд.
– Ты на меня ещё кричать будешь?
– рыкнула дочь, смотря зло на отца.
– Эмма, давай спокойно поговорим, - мужчина выдохнул для спокойствия, - я не буду кричать на тебя.
– Давай поговорим, - Эмма присела на кровать, - только о чём?
– О том, что я виноват перед тобой, я не сказал тебе про Реджину, но я очень хочу наладить отношения с тобой. Эми, ты же помнишь, как в твоём детстве мы были дружны?!
– Фрэд смотрел на свою дочь.
– Тогда мы были дружны втроём, с мамой. А сейчас, через два года после её смерти, ты её забыл!
– грубо кинула блондинка и отвернулась от отца, смотря на окно.
– Я не забыл её, - мужчина подсел к дочери и обнял, - я очень любил твою маму и люблю тебя. Но, Эми, мама умерла, и ни я, ни тем более Реджина в этом не виноваты. Она дала мне смысл жить дальше.
– Тебе, но никак не мне. Я не собираюсь принимать её и тем более считать твоей женой или же её заменой, - Эмма говорила, но не смотрела на отца. В её голосе была боль, ведь она очень любила свою маму и до сих пор не отпустила боль, которую ей причинила её потеря.
– Обижайся на меня, но не на Реджину. Подружись с ней, она интересный человек, - мужчина хотел, чтобы жизнь в его семье наладилась.
– Отец, я не буду с ней дружить. Я и общаться с ней не собираюсь, не то что дружбу заводить, - Эмма встала с кровати и отошла к окну, - я не маленький ребёнок, папа. Мне 24 года. Если ты хочешь с ней быть - будь, -через себя прошипела Эмма, действительно вспоминая и понимая, что она уже не девочка-подросток устраивать истерики, тем более она только вернулась из Европы, - но меня она пусть не трогает.