На грани
Шрифт:
– С Фрэди?!
– чуть ли не закричала Амелия, не обращая внимания на то, что Эмма быстро встала и только хотела повезти Реджину из кухни, как ей пришлось помогать теряющей равновесие Амелии, которая взялась за голову с восклицаниями, - о, Господи...
– Мама, - Клэр тоже подскочила и подошла быстро к матери, - давай отведем её в гостиную.
– Правильно, ведите туда, - сказала Миллс и тихо добавила, - там ножей нет.
– Реджина!
– Эмма услышала, но не посмотрела
– Я воды принесу, - Эмма убежала обратно, а Амелия держалась за голову и тяжело дышала.
Миллс сама приехала в гостиную, - ну и зачем было так ошарашивать?! Амелия, успокойся, пожалуйста, в этом нет катастрофы.
– Мамочка, не нервничай, всё хорошо.
– Хорошо?
– хрипло, но громко воскликнула Гарнер и снова охнула от непонятных ей эмоций и нервов.
– Ну что в этом такого?!
– Клэр держала мать за руку.
– Вот, попей, - в это время вбежала Эмма и отдала стакан Амелии, которая залпом его осушила.
– Так вот с чего эта тема с возрастом. Я убью его. Где Питер?
– после воды Гарнер полегчало, и она уже хотела встать.
– Мама, не нужно, - Клэр сразу начала останавливать мать.
– Да что ты как... Выслушай её хотя бы, - встряла Миллс.
– Не лезь, - Амелия зло взглянула на Реджину, мгновенно гневаясь, - это не твоя дочь... Чёрт!
– она снова села на диван, держась за голову и тяжело дыша.
– Мы лучше пойдем, - Эмма подошла к Реджине и покатила её из гостиной.
– Мам, - Клэр посмотрела на мать, - пожалуйста, выслушай, я люблю его.
– Любишь? Его? Кого, Клэр?
– Амелия отчего-то устало, но в тоже время нервно смотрела на дочь, откинувшись на спинку дивана, - как такое, вообще, возможно? Это же безумие. Скажи, что ты неудачно пошутила.
– Мамочка, пойми меня, я давно его люблю, но только сейчас открылась ему, - Гарнер-младшая целовала руку матери, - он не сразу ответил и говорил то же самое, что и ты.
– Он ещё и ответил. О, Господи. За что это всё?
– Амелия действительно плохо себя почувствовала от этой новости и тяжело дышала, охая, - Клэр, это... я не понимаю.
– Ты так против? Я счастлива с ним, - девушка уже практически плакала, -пожалуйста, пойми меня. Мам, он... я просто хочу быть с ним.
– Клэр, ему почти пятьдесят, он взрослый мужчина, он почти тебе отец, -Амелия посмотрела на дочь, а в глазах стояли слезы, - как такое возможно?! Ты же моя маленькая девочка...
– Мамочка, любимая, я не смогла приказать чувствам, - голос Клэр дрожал, - я долго пыталась выкинуть эту мысль из головы, но не смогла. Когда я его вижу, ничего не могу с собой поделать.
– Иди ко мне, - Амелия притянула дочь к себе и крепко обняла, целуя в макушку. По материнским щекам уже катились слезы, - неужели это правда? Ты его любишь...
– Люблю, -
– Мне это тяжело понимать, - честно говорила Амелия, гладя дочь по голове, - нет. Ты только не извиняйся. Объясни мне, как давно? Ты же его знаешь с младенчества. Он же тебе как второй отец.
– Мы вместе три месяца, - сглатывая, сказала Клэр, - я долго его люблю, но не смела открыться. Каждый раз я пыталась забыть все чувства, но...
– девушка ещё раз повторяла свои мысли, - он и сам боялся, ругал меня, говорил то же самое, что и ты.
– Но поддался, - не веря своим же словам, произнесла на выдохе Амелия, так и не выпуская дочь из объятий, - бедная ты моя девочка... Чувства -это серьёзно, я понимаю. Но почему...? Им не прикажешь, ты говоришь. Да, возможно. Но он? Как он мог тебя подпустить? Ему нужно было на корню остановить эту твою идею. Ты бы смирилась и нашла себе нужного мужчину. Полюбила бы кого-то другого. Я не знаю...
– Ты не знаешь, ты любила папу и любишь, сколько бы вы не ссорились, разводились и всё остальное, вы вместе. А я полюбила его, когда он был с Эсми, я любила его, когда он женился на Реджине, и сейчас я люблю его.
– Ты так давно это держишь в себе. Бедная ты моя дочка, малышка моя. Как же я тебя люблю, - Амелия вновь поцеловала дочь, хоть и плакала. Она не понимала сейчас ни себя, ни Клэр. Но знала, что никогда не откажется от дочери и не будет запрещать ей того, к чему лежит сердце.
– И я тебя очень люблю, - Клэр вжалась в мать, - и папу.
– Папа...
– Амелия тяжело вздохнула, а потом отстранила от себя дочь и посмотрела ей в глаза, - ему должен сказать Фрэд? Ты представляешь, что будет?!
– Я не знаю, когда он решится, но я надеюсь на папино понимание, -девушка состряпала кривую улыбку.
– Понимание?
– мать даже вскрикнула, стирая со своих щек мокрые дорожки от слез, - его лучший друг с нашей дочерью... о, нет. Я не могу это даже представить. Клэр, прости, - Амелия закрыла лицо руками.
– Мам, у нас все серьёзно, - Клэр выдохнула, - ты должна мне помочь.
– Как?
– мать открыла лицо и вновь посмотрела на дочь. Она старалась успокоиться.
– Уговори...
– Уговори?
– мать резко выдохнула и встала с дивана, - как ты себе это представляешь?!
– Ну ты же уговорила его не убивать того парня, которого вы застали в моей кровати, когда мне было шестнадцать, - Клэр улыбнулась и в очередной раз выдохнула, чувствуя поддержку от матери.
– Ему было восемнадцать, а не пятьдесят, - мать продолжала быть в шоковом состоянии, но всё же, видя искренние чувства своей дочери и её улыбку, тоже улыбнулась.
– А сейчас мне двадцать пять и я вправе решать сама с кем строить отношения, - Гарнер-младшая смотрела на мать снизу вверх.