На грани
Шрифт:
Он стоял совсем рядом. Почти неуловимое движение, что-то мелькнуло у меня перед глазами и обхватило шею. Теперь он стоял вплотную ко мне, жарко дыша мне в лицо, глядя сверху вниз.
— Говорить вы уже не можете, — продолжал он почти шепотом, приблизив лицо к моему лицу, как для поцелуя. — И едва дышите. Одно движение — и вам конец. — Его лицо налилось кровью, глаза выпучились, но голос звучал почти нежно. — Теперь вам уже все равно. Ничего не поделаешь.
Я оцепенела. Что-то теплое и влажное потекло по ногам. Моча. Я слышала, как она стекает струйкой на паркет, брызжа во все стороны. Мне вспомнилось, как перед родами у меня отходили воды. Приятное воспоминание. Кристо уехал.
Он брезгливо поморщился:
— Смотрите, что вы натворили! Испортили одежду.
Я поняла, что в последнюю минуту увижу его лицо, хотела спросить почему, но не могла.
— Напрасно вы вызвали такси, — продолжал он. — Я думал, у меня будет больше времени. Хотел доказать, что люблю вас. Но уже не успею.
Он стянул шнурок, легко удерживая его одной рукой. Вторую руку он опустил, потом снова поднял. Я увидела нож.
— Я люблю тебя, Дженни, — сказал он.
Мне хотелось только одного: потерять сознание, провалиться в небытие. Но ничего не вышло. Не получилось.
Часть 3
Надя
Глава 1
Я спешила. Вообще-то можно было и не торопиться. Но мне казалось, если я буду создавать видимость спешки, то заставлю себя заняться делом. А когда пойму, что ошиблась, будет уже поздно. Жизнь вернется в привычную колею.
Под кроватью я нашла старую ситцевую юбку и надела ее с черной футболкой навыпуск, чтобы прикрыть пятно от шоколада. Наверное, какой-то малыш врезался в меня с недоеденным «Марсом». Я подошла к зеркалу. Прическа смахивала на пчелиный рой из мультика, щека была измазана помадой.
Кофе. Вот с чего надо начать. Нашла чашку, вымыла ее в ванной, там же наполнила чайник. В кухонной раковине громоздится гора грязной посуды. Разберусь с налогами — тогда и вымою. Еще одна удачная мысль. Начну с этой антисанитарной горы зловонных кастрюль и тарелок, а потом подтолкну себя к новым подвигам.
Кофе я выпила за письменным столом, с остатком шоколадной плитки. Пора переходить на полезные для здоровья завтраки — мюсли и свежие фрукты. Четыре порции овощей и шесть порций фруктов в день. Так положено. Но ведь шоколад делают из бобов — значит, это тоже овощ?
Поскорее бы со всем покончить! Последнее напоминание из Управления налоговых сборов лежит на клавиатуре компьютера. Его прислали еще несколько недель назад, но я сунула его в ящик вместе с остальной почтой и напрочь о ней забыла. Макс часто повторял, что мне пора к психоаналитику: отвращение к почте — это явная фобия. Иногда неоткрытые конверты валялись у меня в ящике месяцами. Не знаю почему. Зато знаю, что сама напрашиваюсь на неприятности. Мне не хочется вскрывать не только конверты со счетами или напоминаниями из библиотеки: подолгу ждут своего часа чеки, письма от друзей, предложения работы, которые пришлись бы очень кстати. Потом, говорю я себе. Еще успеется. Когда переполнится ящик.
И вот тянуть дальше некуда. Я смахнула со стула пакет с печеньем и соломенную шляпу, села, включила компьютер и уставилась на оживший зеленый экран. Щелкнула мышкой по иконке «Бюджет», потом выбрала файл «Расходы». Все шло как по маслу. Лучше некуда. Я проработала целый час. Перерыла весь стол, заглянула под него, во все щели и углы. Вскрыла все конверты. Собрала давнишние счета и квитанции. В конце туннеля забрезжил свет. Плоды своих трудов я решила на всякий случай распечатать. И тут на экране возникло окошко: «Неизвестная ошибка 18». Ну и что это значит? Я попробовала убрать окошко, но курсор не двигался. На экране все застыло. Я заколотила по клавишам, надеясь
— Ну пожалуйста! — попросила я. — Заработай!
Надо бы заглянуть в инструкцию, но инструкции у меня нет. Компьютер мне достался от кого-то из друзей Макса. Вдруг я вспомнила рекламку, которую видела на прошлой неделе. Что-то вроде «Решаем проблемы с компьютером!». Помню, я тогда только засмеялась и куда-то запихнула листок. Интересно, куда? Я выдвинула верхний ящик стола. Так... тампоны, жвачка, шариковые ручки, скотч, оберточная бумага, дорожный набор для скрэббла, пачка фотографий. Вывернула сумочку: куча мелочи, комок бумажных платков, старый ключ, колода карт, пара стеклянных шариков, одна серьга, несколько круглых резиночек, помада, маленький мячик и несколько колпачков от шариковых ручек. Я обыскала бумажник, разворошила кредитки, счета, иностранные купюры. Нашла моментальный снимок Макса. Выкинула, реклама как сквозь землю провалилась.
Под подушками дивана — нет, в надтреснутом чайнике, где я храню всякую мелочь, — тоже, в шкатулке с драгоценностями — нет, на кухонном столе — только посуда. Наверное, заложила в книгу. В спальне я перелистала все книги, которые читала в последнее время. Нашла засушенный листок клевера в «Джен Эйр» и рекламу доставки пиццы в путеводителе по Амстердаму.
Может, ту листовку я презрительно пихнула в карман? Что на мне в тот день было надето? Я принялась рыться в шкафу, среди жакетов, брюк, шортов, перетряхнула все шмотки, валяющиеся на полу в спальне и ванной, нырнула на дно бельевой корзины. Искомая листовка нашлась в замшевом ботинке под креслом. Наверное, завалилась туда, когда я вытряхнула ее из кармана. Расправив смятую бумажонку, я прочла крупные буквы: «Проблемы с компьютером? Звоните, и я их устраню». Внизу, помельче — телефонный номер, который я сразу и набрала.
— Алло!
— Это вы решаете проблемы с компьютером?
— Да.
Голос молодой, дружелюбный, в высшей степени интеллигентный.
— Слава Богу! У меня машина зависла. А там все! Вся моя жизнь!
— Где вы живете?
Я воспрянула духом. Прекрасно! А я уже думала, придется тащить компьютер через весь Лондон.
— В Кэмдене. У самой станции метро.
— Вечер вас устроит?
— А можно прямо сейчас? Пожалуйста! Поверьте, у меня очень срочное дело!
Он рассмеялся. Смех тоже был приятным, мальчишеским. Ободряющим. Как у опытного врача.
— Сейчас подумаю... Днем вы будете дома?
— Как обычно. Значит, приедете? — И я быстро продиктовала свой адрес и телефон, пока он не передумал. И добавила: — Кстати, у меня в квартире свалка. — Я огляделась. — Честное слово! А меня зовут Надя. Надя Блейк.
— До встречи.
Глава 2
Меньше чем через полчаса он постучал в дверь. Все складывалось как нельзя лучше. Компьютерный врач походил на тех мастеров, которых так ценил папа, — давно вымерших фонарщиков и трубочистов. Людей, которые всегда готовы приехать и что-нибудь починить. Мало того, мой спаситель был молод. И не принадлежал к ремонтникам средних лет, в форме, которые зовут клиенток «мадам», первым делом составляют смету, приезжают в фургонах с названием компании на боку и в конце концов выписывают такой счет, что сразу понимаешь: замена унитаза обошлась бы дешевле починки бачка.