На Грани
Шрифт:
Деклан кивнул.
— У тебя есть план?
К ним подошла Роза. Джек напрягся, но никаких возражений не последовало.
— Пока мы разговариваем, несколько местных жителей проклинают Кассхорна, чтобы тот уснул, — сказал Деклан. — Как только он уснет, мы пустим электрический ток в местное озеро. Течение должно быть достаточно сильным, чтобы ослабить гончих. Мы с Розой будем ждать их на пристани посреди озера. Мы вспыхнем несколько раз, чтобы притянуть их к себе и убить оставшихся в живых. Как только основная масса гончих падет, мы отправимся за Кассхорном.
Уильям скривился
— Если у тебя есть план получше, давай вываливай, не держи в себе, — предложил Деклан.
Уильям откинулся и несколько минут молчал.
— Вспышек будет недостаточно. Вам нужно привлечь к себе как можно больше гончих.
— Ты хочешь направить их? — спросил Деклан.
— А кто же еще? Ты слишком медлителен.
— Что вы имеете в виду? — спросила Роза.
— Он хочет сказать, что превратится в волка и привлечет к нам гончих, — пояснил Деклан.
— Это самоубийство, — решительно заявила она.
Уильям поморщился.
— Это говорит женщина, которая готова сидеть на причале посередине озера, пораженного электрическим током.
— Откуда ты вообще знаешь, что подразумевается под «током»? — спросила Роза.
Уильям взглянул на Деклана.
— Ты ей ничего не рассказал?
Деклан пожал плечами.
— Как-то было ни к чему.
— Мы проходили подготовку по промышленному саботажу, — начал объяснять Уильям. — В случае конфликта между Сломанным миром и Зачарованным, Легион пошлет солдат в Сломанный, чтобы они вывели из строя промышленные центры.
— Сломанный работает на электричестве, — сказал Деклан. — Уничтожь электростанции, и все остановится. Ни электричества, ни воды, ни коммуникаций, ни логистики… ничего. Даже топливо качается электрическими насосами. Отнимите электричество, и у них воцарится анархия.
— В Зачарованном мире гораздо меньше людей, чем в Сломанном, — сказал Уильям. — Если дело дойдет до войны, уничтожение их инфраструктуры — наш единственный выход.
— Ты меня пугаешь, — сказала Роза.
— Не волнуйся, — успокоил ее Деклан. — Вероятность реального конфликта между двумя измерениями довольно мала.
— Это в основном мера предосторожности, — сказал Уильям.
— Ты должен быть готов к тому, что сделать своему врагу, а не к тому, что они могут сделать, — сказал Деклан.
Уильям кивнул.
Роза не выглядела убежденной.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ
ЭЛЕОНОРА почувствовала приближающиеся шаги за мгновение до того, как осторожный стук в дверь нарушил тишину. Она положила пестик и пошла открывать дверь. Технически это должна была делать Эмили, учитывая, что она была самой младшей, но Эмили варила дохлую кошку на плите и должна была постоянно помешивать ее. Запах и так был отвратительный. Не было необходимости добавлять к этому запах гари.
Элеонора открыла дверь и посмотрела на знакомую на вид молодую женщину. Руби, вспомнила она. Одна из правнучек Адель.
— К вам пришел мужчина, — сказала девушка.
Мужчина? В Вудхаус? Как, черт возьми, ему удалось пройти мимо оберегов?
— Ко мне или к твоей
Девушка покачала темноволосой головой.
— К вам, миссис Дрейтон.
Элеонора вытерла руки о фартук и вышла.
Во дворе ее ждал мужчина. Темноволосый, высокий, примерно ровесник Деклана. Он поднял голову, и его глаза засияли диким янтарем. Тревога пронзила Элеонору. Как будто смотришь в глаза дикого зверя.
— Значит, вы Уильям, — сказала она.
Он кивнул.
— Вы здесь из-за себя или из-за Кассхорна?
— Из-за Джека.
— Поняла. — Она была не уверена, но ей показалось, что это был правильный ответ.
Уильям сел на траву.
— Скажите мне, когда проклятие будет готово. Я приведу гончих к озеру.
Элеонора кивнула и зашла внутрь. Что-то случилось. Ей придется спросить об этом Розу, но не сейчас. Надо было заняться старой магией.
Два часа спустя она вышла на крыльцо, бледная и измученная. Он сидел на том же месте.
— Готово, — выдохнула она. На это ушли все их силы. — Поспешите. Проклятие не задержит его надолго.
Уильям снял рубашку, потом ботинки. Его штаны последовали за ними, пока он не оказался голым.
Его тело изогнулось, мышцы и кости растянулись, как расплавленный воск. Его позвоночник согнулся, ноги дернулись, и он рухнул в траву. Сильная дрожь сотрясала его конечности. Его пальцы царапали воздух. Только что сформированная кость, влажная от лимфы и крови, проткнула мышцу. Элеонора боролась с дрожью.
Плоть бурлила и текла, заключая в себе новый скелет. Густой черный мех пророс и обтянул кожу. Огромный волк вскочил на ноги.
— Откройте ворота! — крикнула Элеонора. Кто-то из молодых отодвинул деревянную балку в сторону и рывком распахнул ворота.
Волк тяжело вздохнул и бросился в лес.
Элеонора смотрела ему в след. Ужас охватил ее, сжав грудь холодным кулаком, и она опустилась на стул. Это плохо кончится.
ПРУД был спокойным, его мутные от ила воды были непроглядными и зелеными. День перешел в ранний вечер, но у них еще оставалось, по крайней мере, несколько часов дневного света. Со своего наблюдательного пункта на носу маленькой надувной лодки Роза очень хорошо видела причал. Его покрыли слои ребристой резины, полностью закрывая древесину. Там она может умереть. Сколько бы раз в жизни она ни думала о смерти, она не представляла себе, как умрет на причале, покрытом черной резиной. По крайней мере, мальчики были в безопасности. Она отвезла их в Сломанный, оставив с Эми Хейр. Им это не понравилось, но они оба понимали, что сейчас не самое подходящее время спорить с ней.
Позади нее тихо гребли Бакуэлл и Деклан. Причал становился все ближе и ближе.
Она стиснула руки, чтобы они не дрожали. Десять минут назад ей позвонил Джереми. Ее телефон, наконец, сел, прервав его на полуслове, но не раньше, чем она получила сообщение: проклятие наложено. Кассхорн спал. Как только Уильям услышал об этом, он сразу же скрылся в лесу, и теперь она сидела в маленькой лодке, направляясь к причалу, который все больше и больше походил на смертельную ловушку.
— Еще не поздно отступить, — сказал Деклан.