На Грани
Шрифт:
— Ты ведь не веришь во все это? — голос Торна звучал устало. Он не собирался переубеждать короля, да и не смог бы даже при желании.
— Не верю, — признал тот. — Так же, как и ты. Только это ничего не меняет. Мы должны действовать так, как будто верим, пока у нас не появится хоть что-нибудь, опровергающее вашу безумную теорию. Потому что если вся эта магическая дрянь окажется правдой, а мы будем сидеть сложа руки, считая происходящее абсурдом, то нам этого не простят… хуже то, что мы сами себе никогда не простим. Лучше казаться безумцами, вопреки логике и здравому смыслу гоняясь за призраками и ночными тварями, чем бездействовать. Согласен?
Элвир кивнул. Теми же соображениями руководствовался он сам, распутывая это кошмарное дело.
— Да, —
— Да уж, — Торн против воли улыбнулся. — Его покойное величество Аритэр Дайрийский столь часто поминал проклятый род Ильдов, что одного этого было достаточно, чтоб их возненавидеть. Призвания уничтожить Ильдов и спасти мир от проклятия набили оскомину всем, кого он почтил особым доверием и счел достойными быть посвященными в сию страшную тайну. Но ведь мы убили их не поэтому? — Элвир и так знал ответ, просто вопрос сам сорвался с губ.
— Естественно, не поэтому, — король на секунду прикрыл ладонью лицо. — Мы уничтожили Ильдов, чтоб спасти Элар от гражданской войны и смуты… хотя если этим не слишком благовидным деянием мы заодно избавили Анборейю от страшных бед…
— Не знаю, как насчет всей Анборейи, а наши беды, похоже, только начинаются, — мрачновато ухмыльнулся протектор. — Если верить твоему батюшке, то, уничтожив Ильдов, мы избавились от нависшей над нами угрозы, но если оценивать реальное положение вещей, то скорее похоже, что мы невольно разбудили какое-то жуткое проклятие вместо того, чтобы покончить с ним…
— А знаешь, в этом что-то есть, — в зеленых глазах Валтора мелькнула какая-то смутно осознаваемая догадка или предчувствие ответа. — Кто знает, может, отец что-то напутал с этим пророчеством, о котором без устали твердил нам. А ведь оно действительно существовало! Он даже показывал мне свиток. Нам нужно это проклятое пророчество и все, что с ним связано. Не факт, что это хоть чем-то поможет, но когда нет совсем никаких разумных идей, приходится хвататься за безумные. Свиток с пророчеством, конечно, в Тиарисе1, но, возможно, в Эларе мы найдем копии или хоть что-нибудь на эту тему. Займешься?
— Куда я денусь, — вздохнул Элвир.
— Прости, я знаю, что у тебя и без того хватает дел, причем все как на подбор важные и неотложные…
— Если уж король не спит ночами, разгребая наследство «проклятых Ильдов», то верховному протектору сами богини велели этим заниматься. Покопаюсь в библиотеке Нианона. Если ничего не найду, сунусь в университетскую…
После этого мужчины распрощались, крепко пожав друг другу руки. Это на людях они держались церемонно, наедине же были близкими друзьями. И немудрено, что их связывала такая дружба. Элвир и Валтор росли как братья, Торн вроде как даже приходился Малтэйрам каким-то дальним родственником, впрочем, это обстоятельство не имело особого значения. Важно было то, что они всегда были вместе, понимали друг друга с полуслова или вовсе без слов, могли безоговорочно доверять друг другу. Их учили одни и те же наставники, готовили к достижению одних целей. Конечно, Валтору предстояло быть королем, но из Элвира делали того, на кого будущий монарх всегда сможет опереться, его изначально готовили к тому, что рано или поздно он станет вторым лицом в государстве. Судя по всему, покойный король совершенно сознательно облек дальнего родственника таким доверием. Аритэр словно показывал всем вокруг, что, когда придет время, правой рукой его сына станет его ровесник и друг, а не кто-то из умудренных жизненным опытом вельмож, находящихся в преклонных годах. Бывший король был прав. И дело не вовсе не в том, что Торн упивался выпавшими на его долю влиянием и властью, которые не слишком соответствовали его возрасту и положению. Демоны с ней, с этой проклятой властью! Как люди не понимают, что она куда больше бремя,
Протектор бросил последний взгляд на короля, вновь склонившегося над бумагами, и вышел. Идя по коридорам, Элвир был полностью погружен в свои невеселые мысли, что, однако, не помешало ему заметить женскую фигуру, мелькнувшую в одной из боковых галерей. Незнакомка мало того что гуляла по дворцу глубокой ночью, так еще была облачена в темный плащ с капюшоном и передвигалась легко и бесшумно, явно стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Но проявлять внимание ко всему было работой Торна, а потому, пренебрегая нарушением приличий, он догнал женщину и аккуратно, но крепко взял ее за локоть. Та резко обернулась, и капюшон слетел с головы, представив взору Элвира его новую подопечную — королевскую невесту, Лотэссу Линсар.
— Энья Линсар? — Торн отпустил руку девушки и поклонился.
Проявление учтивости не произвело впечатления на Лотэссу и не умерило ее гнева, который легко читался на прекрасном лице, несмотря на полумрак.
— По какому праву вы позволяете себе задерживать и хватать меня, словно преступницу, эн Торн? Вы следили за мной? — она не скрывала своей злости, к которой примешивалась изрядная доля страха. Элвир явственно чувствовал исходящие от девушки волнение и тревогу.
— Отнюдь, — протектор усмехнулся и покачал головой в знак отрицания. — Просто меня удивила женская фигура, крадущаяся во тьме. Позвольте узнать, что вы делаете здесь в такой час, энья Лотэсса?
— А вы, эн Торн? — вопросом на вопрос ответила она. — Что вы делаете в такой час в коридорах Нианона? Выслеживаете тайных врагов вашего любимого короля? Разнюхиваете заговоры? Ищете, кого бы еще казнить?
После этих слов Элвир невольно поморщился. Вот кем он видится этим людям — чудовищем, рыскающим в поисках новых жертв. С другой стороны, лучше уж так, чем слащавые письма, пахнущие духами.
— Нет, энья, вы не угадали. Ни разу, — он вздохнул. — Я просто возвращался от своего любимого короля, который, к слову сказать, тоже не спит глубоко за полночь, пытаясь разобраться с наследием, оставленным ему вашим любимым королем… тем самым, которого я казнил.
Пусть ненавидит еще сильнее! А заодно пусть боится. Чем больше она будет напугана, тем меньше глупостей решится совершить. Пусть девица знает, что не может незаметно и безнаказанно шастать ночами по Нианону. Но не к Валтору же она, в конце концов, шла, скрывая кинжал под плащом. И ведь допытываться бесполезно: все равно соврет. И, естественно, она соврала.
— Ну, а я просто заблудилась в переходах, — Лотэсса лгала столь нагло, что было не ясно, то ли это зашкаливавшая за все грани разумного наивность, то ли откровенный вызов. — Я, знаете ли, еще путаюсь во всех этих дворцовых коридорах, поскольку нахожусь во дворце недавно и не по своей воле.
— М-да, — с усмешкой протянул Торн. — Несколько странно, что вам так мало знаком Нианон, где вы проводите время с самого детства. С учетом этого королевский дворец должен быть вам известен не хуже родного замка, который, кстати, виден из дворцовых окон.
— Вам странно, что я так плохо знаю Нианон? — в голосе девушки слышался вызов. — А мне странно, что вы знаете его так хорошо! Как-никак, в отличие от меня, вы не провели здесь детство и занимаете королевский дворец всего несколько недель.