На берегу
Шрифт:
Лифт остановился, Клэр кивнула ждавшему у двери Хосе и нырнула в машину.
– Маршрут три, - распорядилась она по внутренней связи.
Третий маршрут был довольно неудобным, почему изначально считался одним из резервных и до сих пор не использовался. Как и большинство других, собственно говоря - и почти наверняка их изучали менее тщательно. Но теперь, когда один из маршрутов был всё-таки использован, киллеру - если это был он - потребуется перепроверять все маршруты. Тратя на это время и рискуя попасться на глаза контрразведке, что никак не облегчало подготовку. Ну и, разумеется, на каждый маршрут снайпера не посадишь, а то, что правительственные лимузины были самыми настоящими MRAP, было общеизвестно... А тяжёлый фугас в городе - это слишком даже для ЦРУ.
–
– Придётся, если хочешь жить долго и более-менее счастливо, - ухмыльнулся Искай, гладя её волосы.--Без здоровой паранойи что в политике, что в бизнесе никуда... Клэр, пожалуйста, пообещай, что не будешь подставляться!
– Не буду, - согласилась Клэр.
– Но если уж мышеловки не миновать, то лучше быть сыром а не мышью...
– Лучше всего быть кошкой, - заметил Искай.
– Ей и мышь достанется, и сыр. Мендоса не сказал, надолго вся эта чехарда?
– Пока не поймают, - пожала плечами Клэр, устраиваясь поудобнее.
– Что еще он мог сказать?
– Какую-нибудь гадость, - предположил Искай.
– Ты же его знаешь лучше меня. Кстати говоря, у меня тут наметилась одна весьма любопытная сделка с бразильскими химиками, которая может перерасти в долгосрочный контракт... Стоит её представить МИДу или пока не до того?
– Опять ты о делах...
– вздохнула Клэр.
Суматошная паранойя продолжалась неделю - и закончилась визитом Мендосы в кабинет Клэр. Поприветствовав её, полковник устроился в кресле и с необычайно довольным видом сообщил:
– Всё-таки это был далеко не простой фотограф... Можете расслабиться, сеньора министр, мы его взяли. И оружие его нашли - чудное на редкость, винтовку калибра четырнадцать с половиной миллиметров, больше века ей... Однако же в идеальном состоянии.
– Что-нибудь узнали?
– Ничего полезного, - покачал головой Мендоса.
– Наёмник-одиночка, нанят хорошо если через десятые руки, а не сотые, нанимателя, естественно, не знает... Но, кстати говоря, имел реальные шансы отстреляться и уйти. А поскольку эту винтовку когда-то сделали для борьбы с танками, без травм вряд ли бы обошлось. К счастью, мы его опередили...
– Спасибо, полковник, - улыбнулась Клэр.
– в которой уже раз ваши люди спасают мне жизнь...
– Далеко не в первый, но надеюсь, что больше такой необходимости не возникнет, - вздохнул Мендоса.
– Это, конечно, мечта из разряда несбыточных, но всё же...
Грандиозное цунами не могло не привлечь внимание Хакима, но внимание это было мимолётным и весьма специфическим. Изучив ситуацию под разными углами и придя к выводу, что ничем интересным под шумок разжиться не выйдет, Хаким вернулся к делам насущным - то есть к Египту.
Предстоящий визит халифа в Каир должен быть тщательно подготовлен, если Халифат рассчитывает добиться хоть каких-то результатов, а для этого необходимо точно знать, что там происходит, а с эти как раз были некоторые проблемы... И, как ни удивительно - не по вине управления "Африка", которое всё-таки перестало валять дурака. Нет, это было заслугой бывших коллег Хакима - Египет, несмотря ни на что, оставался весьма закрытым, а египетская контрразведка - бдительной. Поэтому разведка Халифата имела довольно смутное представление о внутренней политике Каира, о подводных течениях и настроениях общества... Да и во внешней политике всё было далеко не так однозначно, как раньше. Если раньше Египет, вот уже четверть века претендующий на лидерство в арабском мире, действовал исключительно дипломатией, то сейчас перешёл к военным акциям - весенняя оккупация Киренаики была первой, но явно не последней...
Задёрнув шторы, Хаким включил настенный экран, вывел на него карту и принялся разглядывать меняющиеся линии границ, задумчиво поглаживая отрастающую бородку. Итак, Ливия... Ливии больше не существовало - даже на карте. После падения Схиратского правительства в начале тридцатых Ливия окончательно и бесповоротно скатилась в хаос - неудивительно, что соседи решили, наконец, навести порядок. Но вот сам процесс... Алжир практически без сопротивления занял Феццан и Триполитанию, на
Во внутренней политике тоже далеко не всё шло гладко - но, по крайней мере, более понятно. Правительство Египта намерилось очистить страну от исламистов - даже "умеренных", и взялось за это со всей решимостью. Аль-Нур уже лишились всех мест в парламенте. Сама партия пребывала на грани запрета, большинство прочих уже разогнали, а их лидеров отправили под суд, что не привело в восторг ни фанатичных поклонников шариата, ни их заокеанских хозяев. То и дело вспыхивали беспорядки - ведь во имя аллаха можно грабить абсолютно безнаказанно, начиналась новая террористическая война... И визит халифа Али только подольёт масла в огонь. Впрочем, вполне вероятно, что именно этого он и добивается - остаться должен только один, и естественно, Египет в роли "Горца" халифа устроить не может. А беспорядки и конфликт с соседями вполне могут склонить общественное мнение к Халифату... А могут и к прямо противоположному.
Желаемый результат был известен, но требовалось понять, что и как говорить и делать халифу, чтобы подтолкнуть египтян к этому результату, а для этого требовалось, наконец, извлечь из отчётов аналитиков что-то полезное. Потому что Али, конечно, был мастером импровизаций, но настоящая импровизация нуждается в подготовке, а интуиция иной раз подводит всех.
Три часа спустя, закрыв последний доклад, Хаким подошёл к окну, задумчиво глядя на город. Сейчас Багдад выглядел совсем иначе, чем в тот день, когда халиф провозгласил его своей столицей... Тот Багдад был лишь бледной тенью себя нынешнего - умирающая столица призрачной страны, но прошло каких-то два года, и город вновь ожил... И пусть всё еще возвышались над городом почерневшие остовы так и недостроенных Башен Освобождения, а Мадинат-эс-Садр лежал в руинах - город стремительно возрождался.
И сейчас от его, Хакима, решений, во многом зависит судьба этого города, да и всей страны... Как, впрочем, и всегда.
Вернувшись к столу, Хаким запустил редактор, на секунду замер - и опустил пальцы на клавиатуру. Что докладывать, он представлял, как - тоже, оставалось только окончательно сформулировать мысль - и готово. Ну а как распорядится этим докладом халиф - уже не его проблема.
Полчаса спустя, отправив доклад, Хаким выключил компьютер, убрал документы и вышел из кабинета. По идее, рабочий день давно кончился, но это почти ни на что не влияло - "недреманное око государево" в отдыхе не нуждалось... В отличие от людей, в частности - самого Хакима, которому предстоит завтра с утра отвечать на множество вопросов, которые неизбежно возникнут у халифа, а потом рассылать новые запросы, пытаясь найти ответы... И так до самого визита, а ведь оставались и все прочие дела, которые невозможно отложить. Например, Лига - пока что было решительно непонятно, чего ожидать от Ле Пена, который, похоже, был Клиффордом наоборот - то есть компромиссной фигурой, одинаково не устраивающей всех. А учитывая, что речь Ле Пена явственно намекала на желание покидать камни в болото и посмотреть, что оттуда выскочит, вопросов становилось слишком много... Просто потому, что скелетов в шкафах у членов Лиги имелось преизрядно, и такая встряска несомненно заставит их выскочить - и тогда Лиге придётся несладко. Будучи посвящён в некоторые грязные тайны Лиги, Хаким ибн Ахмад Уаси мог это предсказать и без помощи аналитиков. И только того, что было известно ему, вполне могло хватить на серьёзный кризис, который встряхнёт весь мир... И Египет в том числе. Египет не был членом Лиги, но шансы таковым стать имел, пусть и не полноправным - по крайней мере, Клиффорд этот вопрос рассматривал всерьёз. Мнение Ле Пена об этом пока что было неизвестно, египетское правительство насторожилось - и как визит халифа это равновесие, было непонятно... А вот это халиф пожелает знать в первую очередь.