Н 8
Шрифт:
Девушка бросила быстрый взгляд на руку молодого мужчины. Она не могла ошибиться, когда первый раз увидела Назарова. На его пальцах не было супружеских колец. Вообще. Один массивный перстень на левой руке с родовым, видимо, гербом. Вот и все.
— Так вы согласны?
— У меня нет иного выхода, — встрепенулась Сребренка.
— Тогда с вас капелька крови, — маг, словно играя в фокусника, извлек из недр своего плаща пластиковый и герметично упакованный в пленку контейнер величиной с мизинец. Разорвал упаковку, со щелчком открыл крышку и вытряхнул на ладонь тонкую иглу. — Или пять капель. Не будете возражать?
— Нет.
— Сакральная мистерия, — загадочно пояснил Назаров, и не понять было, шутит он или говорит всерьез. — А крови не боитесь?
— Колите уже, — раздраженно дернула плечами Сребренка и протянула руку. В конце концов ей стало любопытно, как манипуляции с кровью помогут вернуться домой. А пальцы у него прохладные, мягкие… — Не думаю, что вы собираетесь обманом похитить бедную девицу в свой гарем. У вас и без меня жен хватает. Ой!
****
Отбивая князя Белёвского из лап наемников, Никите некогда было смотреть по сторонам. Это уже потом, когда закончился бой, он мельком взглянул на Сребренку. К Елагину прижималась какая-то девица в перепачканном пальто и с растрепанными волосами. Порадовался за друга, что сумел в такой глуши отыскать себе подружку. Кто же знал, насколько все окажется сложным.
Когда распахнулась дверь гостиничного номера, Никита не сразу узнал, кто перед ним. В симпатичном цветастом платье она выглядела намного привлекательнее, чем измазанная сажей и измученная непритязательными условиями быта. Черноволосая, с гибкой талией и волнующе высокой грудью, красивая девушка пристально смотрела на него серыми глазами. Тревога в них быстро сменилась разочарованием. Не зная причин подобной метаморфозы, Никите пришлось приложить усилия, чтобы она пошла на контакт. Ментальное давление волхв применил лишь только с этой целью, иначе рисковал остаться за дверью. Видно же, что Сребренка с недоверием слушает его. Но потом разговорилась, и Никите без труда удалось уговорить ее.
— Не думаю, что вы собираетесь обманом похитить бедную девицу в свой гарем. У вас и без меня жен хватает. Ой!
Тонкая игла молниеносно пронзила кожу на пальце. «Чтобы поменьше болтала, — с усмешкой подумал Никита, выжимая капли крови в подставленный контейнер. — А то оживилась после упоминания о моем статусе».
— У меня нет гарема, — вслух возразил волхв, аккуратно прикладывая крышку к контейнеру и пряча его в карман плаща. Золотисто-янтарные всполохи из-под его пальцев мгновенно заживили ранку, не оставив у девушки никаких болезненных ощущений. — Я придерживаюсь иных взаимоотношений и живу по древним заветам предков.
— И чем же они отличаются от гаремных? — стало любопытно Сребренке. Она поглядела на свой палец.
— Мои жены приносят пользу семье, Роду, клану, — просто ответил Никита. — Каждая из них обладает какими-то полезными качествами: растят детей, воспитывают и обучают их, защищают с помощью своего Дара, и даже имеют собственную коммерцию. Гарем не дает таких возможностей. Это замкнутая система со своими сложными и специфическими отношениями. Мои женщины свободны…
— Сколько у вас жен, господин Назаров? — не выдержала и спросила девушка, понимая свою бестактность. Но ее почему-то задел данный факт. — Извините, что так нахально интересуюсь.
— Две. Впрочем, не будем
— Я вас поняла, — сдерживая улыбку от простого и неуклюжего комплимента, ответила Сребренка. Она проводила волхва до дверей. — Буду вас ждать.
— Мы уже достаточно знакомы, чтобы общаться свободно и просто, — Никита повернулся к девушке. — Будем на «ты»?
— Как скажешь, — Сребренка махнула ладошкой на прощание. — Когда мне тебя ждать?
— До захода солнца мы точно будем в Черно Място.
О нахождении Никиты в Златиборе командование знало. Портальный маячок, поставленный в подвале заброшенного особняка, до сих пор оставался на месте, и поэтому волхв воспользовался им в служебных целях. Чтобы снова попасть на Балканы, пришлось просить помощи тестя. Операция по спасению дипломатического контингента завершилась, и Константин Михайлович, выслушав Никиту, для чего ему снова понадобилось в Сербию, долго не соглашался. Мотивировка была простой: Тамара настоятельно просила не вовлекать мужа в оперативную работу Генштаба, если нет большой необходимости.
Великий князь без труда мог дать зятю разрешение на посещение Шлиссельбургской крепости, в недрах которой функционировал настроенный портал в Златибор; Никита осознавал, что истинная причина его просьбы могла возмутить Меньшикова. Поэтому пришлось идти на хитрость. Как только он пояснил, для чего ему нужно в самом деле на Балканы, Константин Михайлович мгновенно изменил решение. Эта цель прекрасно согласовывалась со стратегией Генштаба и просьбой самого императора. Почему бы зятю не совместить полезное с приятным? И девчонку домой в лучшем виде доставит, и след «чаровняка» попробует отыскать. Агентура уже с ног сбилась, а кроме нескольких несерьезных статуэток ничего не добыла.
И он со спокойным сердцем дал «добро» на командировку Никиты в Златибор. Ничего, Тамара побесится и успокоится. Ее муж — офицер русской армии, между прочим. А сейчас на южном форпосте идет серьезная возня с непредсказуемым исходом. Так где должен быть один из лучших волхвов? Возле юбок своих красоток или на передовой? Вопрос снят — ответ известен.
Капитан Оржевский, предупрежденный начальством о скором возвращении одного неугомонного волхва, снял охрану подвала, где находился маячок. Так что Никита материализовался из инфернального кокона без лишних свидетелей. Ему оставалось только появиться в штабе, представиться полковнику Муромцеву, встретившего молодого волхва с большей доброжелательностью, чем в прошлый раз.
— Не желаете ли, господин старший лейтенант, подать рапорт о службе в нашем корпусе? — хитро прищурившись, поинтересовался Муромцев. — Знаете, специалистов такого уровня у нас не хватает. Заодно бы подтянули практику нашим чародеям. Выслуга год за полтора. Различные льготы и каждый год прибавка к жалованию.
— Вы искуситель, господин полковник, — не сдержал улыбки Никита. — Но смею отказаться. В ином случае обращайтесь к Его Величеству. Я призывался на службу высочайшим повелением.