Н 7
Шрифт:
— Я бы здесь жил! — вздохнул Микроб, бросая в урну свернутую в шарик обертку от мороженого — попал.
— Уйдем на пенсию, переедем всей командой, — сказал я.
— И мне Ялта нравится, — согласился Колесо, провожая жадным взглядом загорелых девчонок в коротких юбках. — И откуда тут столько телочек, а?
— Неподалеку гуманитарный университет… — Я вспомнил, что он при СССР был училищем, и исправил себя: — ну, или училище. То ли музыкальное, то ли художественное.
— И наверняка педагогическое, — предположил Микроб. — Или медицинское.
— В общем, ЦПХ, — резюмировал
Девушка поняла, что этот комплимент ей, улыбнулась и пошла дальше, виляя бедами.
Стадион мы увидим только завтра, но уверен, что он на уровне, в отличие от того, где я бывал в прошлой жизни. Все, что было в нем толкового — газон. А так провинциальный подубитый стадиончик, по запущенности такой, как наш в Михайловске.
Гостиница «Ялта» находилась на другом конце города — огромный и страшный «Титаник» советской постройки, закрывающий часть горы. Но, как говорится, «на лицо ужасные, добрые внутри». После капремонта она соответствовала всем требованиям и носила четыре звезды. Конечно, «Ореанда», похожая на дворец, была поинтереснее, но там бы нас задолбали болелы. Представляю, что тут начнется в преддверии матча! Теперь-то за нас не только Михайловск болеть будет, но и вся страна. А так мы на выселках, достать нас сложнее, милиции проще следить за порядком.
К десяти все вернулись в гостиницу. Никто не напился, никто не загулял, ведь завтра начинаются тренировки перед ответственным поединком двух вечных соперников, Англии и России, и за моей командой будет следить вся страна.
Ответственным за товарищеский матч был назначен тот самый семидесятилетний Радин, бессменный, причем в двух реальностях, директор ялтинского хладокомбината, коммунист и патриот.
Именно стараниями его замов нам обеспечили прибытие, проживание, питание и сопровождение. На прошедшей пресс-конференции Радин сфотографировался с нами, говоря, что давний фанат футбола и следит за успехами «Титана». Его слова казались искренними, но я различил дежурную ложь. Плевать ему было на футбол, его интересовало мероприятие, повышающее престиж хладокомбината и его собственный.
Утром следующего дня мы наконец увидели стадион. Находился он практически в центре Ялты. Чтобы не диссонировать со старинными постройками, его окружающими, снаружи он был белым, напоминающим Колизей, и невысоким, чтобы горы не закрывал, а внутри красные сиденья чередовались с белыми. Одним словом — «Авангард». В отличие от английских гигантов, вмещал он всего семнадцать тысяч зрителей.
Радин, который нас везде сопровождал, поделился, что все билеты уж проданы, а поскольку такого нашествия зрителей стадион не помнит, для желающих посмотреть игру в парках будут развернуты экраны с прямой трансляцией.
Сочинские стадионы всех вместили бы, но там будет играть ЦСКА с «Рейнджерс». В Москве останется только английский «Арсенал». «Челси» поедет в Киев. Ну а самой провинциальной команде, «Титану» — самый маленький стадион, зато в райском месте. Надо же показать недругам, что в нашей стране есть не только медведи с балалайками, но и пальмы, и ласковое море.
Первым делом
Подождав, пока мы рассядемся, он сказал:
— Буду честен. Если мы сыграем с англичанами вничью, это будет чудо. Нам они не по зубам.
— Но «Динамо» у них выиграло! — возмутился Погосян. — И мы сможем.
— И снова буду честен, без обид, мужики. «Динамо» усилили Нерушимым и тем парнем из ЦСКА. А у нас на уровне Высшей лиги играют несколько человек: Нерушимый, Хотеев, Погосян, Воропай. Все. Клыков, Тишкин, Бурак и Ан играют по настроению. Остальные очень недотягивают. Следовательно, на позициях, где недотягивающие игроки — дыры.
Все надулись и замолчали, тренер продолжил:
— Матвеев травмирован, защита будет держаться на Василии. И вообще, чую, разметают нас, как кегли, потому что это настоящие костоломы и играют жестко.
— Значит, короче, будем падать, и пусть арбитры их анально карают, — сказал очевидное Левашов.
— Это само собой. Вот вы губу на вышку раскатали, но не готовы ведь! Там совсем другая игра! Это вам не «Динамо» из Сухуми, которое вы еле одолели
Колесо скривился и махнул рукой:
— Я это уже слышал. Что в Первой лиге не продержимся, скатимся обратно. И? Мы прогрессируем, у нас талантливая молодежь!
Понятно. Недовольство просочилось из личной жизни в футбол. Все мрачно, все плохо, мы все сперва проиграем, потом умрем. Я не выдержал и вставил свои пять копеек:
— Так что ты предлагаешь? Опустить лапки — пинайте нас? Перестать барахтаться? Нет уж. Мы уже ввязались в бой, игра на всю страну объявлена, и должны биться до конца. Нас выбирают в соперники командам мирового уровня — это ли не успех?
— Провинциальная команда — провинциальной команде, — продолжил страдать Димидко.
— Значит, никакой проблемы нет. Мы не просто сыграем, мы — победим, так, мужики?!
Все загалдели, соглашаясь со мной.
— Я играл с «Кардиффом». Ничего такого уж сложного. Просто надо учитывать, что они костоломы. Вот кому действительно трындец — киевлянам. «Челси» — просто звери.
Димидко осмотрел нас и согласился, начал сам себя подзадоривать и накачивать:
— Будем считать, что это — репетиция перед вышкой. Контрольный матч, который и покажет, насколько мы готовы.
— Правильно, — прогудел в нос Синяк.
— Значит, отыгрываем двусторонки, учитывая манеру игры противника, — сказал Саныч уже бодрее. — За неделю технику подтянуть не успеем, а вот уверенность — вполне.
— Весь мир на нас будет смотреть! — не сдержал восторга Погосян. — Вы только представьте!
— Насколько я знаю, к нам приехали только журналисты из Англии, и то те, кого рекомендовали в нашем посольстве. Вся информация пойдет через них.
— Так они продадут материал, — сказал Гребко. — Буржуи даже такое продают! И все равно весь мир увидит.