Мышь № 313
Шрифт:
А вот как поступить с мышью, Лайр ума не прилагал. Он смотрел на плачущую фею, что сжалась в кресле, спрятав лицо в коленях и обхватив те руками, и не понимал, что испытывает. Эти слезы были вызваны расставанием с матерью, хоть он и дал им время проститься и даже оставил одних. А когда вернулся, застал ее в таком состоянии. Она плакала бесшумно, но плечи ее характерно подрагивали. И казалась фея сейчас невероятно хрупкой, а еще несчастной. Последний факт смущал сильнее всего, ведь никогда раньше его не трогали чужие несчастья. А еще жутко хотелось
Лайр сделал шаг вперед, но замер, так и не дойдя до феи. Собственная нерешительность раздражала со страшной силой. Почему он не может взять то, что принадлежит ему? Отчего боится сделать ей больно? И не только физически, но и неосторожным словом. И как избавиться от необходимости видеть ее, чувствовать ее запах? Вот и сейчас он не выдержал, втянул воздух, чем привлек внимание феи к себе. Она вскинула на него заплаканные глаза, в которых плескалось такое горе, глубину которого он не мог даже постигнуть. Только вот оно странным образом находило отклик в душе Лайра, заставляя ту сострадать. И оно же одновременно выводило из себя.
— В слезах нет смысла, — произнес он грубее, чем планировал, глядя в покрасневшие глаза феи, на которых стремительно высыхали слезы, словно она запретила себе плакать. Он находил их прекраснее обычного. Сейчас они казались ему омутами, омытыми утренним дождем, наполненными свежей прохладной влагой. И в этих глубинах проступало упрямство, подпитываемое ненавистью.
— А в чем есть смысл? — с вызовом спросила она. — Может быть в том, что ты и твое проклятой семейство творите с нами — феями?!
— Разве я сделал тебе что-то плохое?
— Уже сам факт твоего существования превращает мою жизнь в ад, — тихо и с угрозой проговорила фея. Уж лучше бы она кричала. От такого ее голоса по спине демона пробежал холодок.
— Поэтому ты хотела меня убить? — ответил он в тон ей и сделал еще один шаг, сокращающий между ними расстояние. Теперь он мог дотянуться до феи, и сдерживать себя становилось все труднее.
— Не поэтому. В отличие от тебя, я не убийца! — выплюнула она и вздернула голову, глядя на Лайра снизу-вверх.
— Тогда почему? — усмехнулся он. Какая она все-таки потешная, когда думает, что злость делает ее более грозной. Разве что желание в нем разжигает еще сильнее, так что терпеть не остается мочи.
— Это была честная сделка, — буркнула она.
— И что же пообещал тебе Вир? — прищурился Лайр, хоть уже и сам обо всем догадался. Ему ли не знать, на какое коварство способен отец.
— Свободу.
— И ты поверила, что он тебя отпустит? — не выдержал, рассмеялся, хоть и понимал, что делает ей только больнее.
— Теперь уже нет, — голос ее стал совсем тихим, и на Лайра фея больше не смотрела. — Особенно после того, что он сделал сегодня ночью.
— Ты имеешь в виду тех демонов?
Мышь кивнула, не глядя на него.
— Их прислал не Вир.
— А кто же? — посмотрела
— Неважно, — после непродолжительного раздумья ответил Лайр. Рассказывать ей про Геру не было никакого желания, как и вообще думать об этой демонице. Куда как сильнее ему хотелось сорвать с феи этот чертов балахон, в который та куталась едва ли не с головой. — С этим я разберусь…
Лайру казалось, что воздух между ними уплотняется и становится словно вязким. Напряжение нарастало, будто не только он, но и она сопротивлялась притяжению. А когда в воздухе появилась первая пыльца, довольная улыбка не заставила себя ждать. Это было явным проявлением ответного желания, что испытывала сейчас эта маленькая фея, с которым она тщетно пыталась бороться.
— Как долго я тут пробуду? — спросила она, и в голосе ее послышалась легкая хрипотца.
— Пока не перестанет грозить опасность, и пока не надоешь мне.
— Вот как?! — мгновенно разъярилась она и вскочила с кресла, оказавшись так близко к нему, что он уловил прохладу, исходящую от ее кожи, смешанную с приторным ароматом пыльцы. Но это был собственный запах феи, и он возбудил Лайра еще сильнее. А злость ее стала именно той реакцией, которой он и добивался. — А то что ты мне противен, не в счет?! — выкрикнула она ему в лицо и дернулась, чтобы отскочить, но не успела. Лайр ловко поймал ее и прижал к себе. А потом сделал то, о чем мечтал все утро — сорвал ненавистный балахон.
Руки прошлись по прохладной коже спины, опустились на ягодицы, несильно сжимая. С тихим стоном Лайр прижался губами к трепещущей на шее жилке. Фея задрожала в его объятьях, когда одна его рука обхватила ее грудь, а вторая скользнула во влажные складки. Палец проник в тугое, истекающее соками отверстие, и вздох удовлетворения сорвался с губ демона.
— Может я тебе и противен, но хочешь ты меня не меньше, чем я тебя, — выдохнул он ей в губы, не прикасаясь, ловя ее дыхание.
— Ненавижу, — процедила она сквозь зубы, явно пытаясь убить его взглядом.
— Меня или себя, детка? — усмехнулся он. — Кто из нас более порочен: я — что домогаюсь тебя по-всякому, или ты — что течешь от малейшего прикосновения? — потер он пальцем ее клитор, заставляя выгнуться навстречу. — Не кажется ли тебе, что мы друг друга стоим?
— Ты животное!
— О да! Страсти во мне кипят нешуточные. Боюсь не сдержаться и покусать тебя. А еще лучше, съесть, — растянул Лайр губы в довольной улыбке. Как же он наслаждался ее злостью, раскрасившей щеки в алый цвет, заставляющей губы подрагивать и манить прижаться к ним в страстном поцелуе. — Чувствуешь, как я хочу тебя? — прижался он к ней напряженным пахом и проник в нее двумя пальцами. — Сильно, по-звериному. Но не сейчас, — с неохотой выпустил фею из объятий и окинул неспешным взглядом ее совершенное и возбужденное тело. — Увы, но сейчас я должен тебя оставить. Дела, — развел руками и исчез в черноте морока, что уже дожидался рядом.