Мышь № 313
Шрифт:
Голова моя кружилась все сильнее, а взгляд не отрывался от зеркальной поверхности, в которой уже проступали очертания каких-то предметов. Постепенно я проникала взглядом внутрь зеркала, оказывалась в центре чего-то, что я прямо сейчас должна была увидеть. И по мере того, как предметы обретали форму, в голове яснело, и зрение мое становилось четче.
Еще через какое-то время я поняла, что стою на противоположной стороне улицы, напротив своего дома. Первым желанием было броситься к нему, но какая-то сила помешала мне это сделать. Ну и ладно, даже любоваться со стороны было настолько приятно, что горло сжал спазм, а на глазах выступили
Что-то настойчиво отвлекало, в то время как мама все приближалась к дому. Какое-то монотонное жужжание в голове. Оно щекотало мозг, отвлекало, но избавиться от него не получалось.
— Алиса, Алиса… — пробивалось сквозь жужжание. — Алиса, ничему не верь. Все, что ты увидишь, лишь мираж, внушение. Не верь, не верь…
Зои? Откуда пришла эта мысль, я и сама не поняла. Только в следующее мгновение изменилось мое восприятие происходящего. Теперь я не только видела маму, но и себя, смотрящую на нее. Тела же своего не ощущала, словно покинула его, оставила стоять на тротуаре, а сама воспарила в воздух. И рядом порхала моя цирсия. Ее крылья часто и беспокойно мелькали, а блестящие глаза настойчиво заглядывали в мои.
— Не верь ему, — беззвучно произнесла птица, но я ее отчетливо услышала. — Я не могу заставить тебя не смотреть, зеркало сильнее. Но моих сил хватит, чтобы показать тебе, что все это неправда.
— Что неправда?..
И тут мама закричала. Я перевела на нее взгляд и увидела, как она корчится на газоне перед нашим домом во власти демонического морока, как тот нападает на нее со всех сторон, и сил ее не хватает, чтобы противостоять ему. Удары такие мощные, что у мамы уже повсюду струиться кровь. На крики выбегает сосед, но и его, как только он делает шаг в сторону мамы, морок отбрасывает к стене, ударяя об нее с такой силой, что он остается лежать без движения.
Мама уже не может сопротивляться, истратив всю до капли пыльцу. И когда она остается лежать на газоне вся покрытая кровоточащими ранами и без признаков сознания, морок отступает. Только по судорожно вздымающейся груди я понимаю, что мама жива. Себя же в этот момент я чувствую умирающей. Ведь и я не смогла ей ничем помочь. Просто стояла и смотрела и продолжаю это делать.
— Алиса, посмотри на меня, — вновь раздался рядом уже знакомый голос. Я перевела затуманенный горем взгляд на Зои. — Этого не было, но демон хочет, чтобы ты в это верила. Подыграй ему, не выдавай меня. Посмотри туда, — велит она.
В голове наступает просветление, словно кто-то смахнул с меня пыль. Я вижу, как мама спокойно подходит к дому и скрывается в нем. Ни морока, ни криков, ни лежащего возле стены соседа… Ничего необычного не происходит.
— Поняла? — спрашивает меня снова Зои.
— Поняла, — отвечаю непонятно как.
— Подыграй ему, сделай вид, что убита горем.
— Хорошо, — киваю.
И тут же снова оказываюсь в темноте комнаты, заметив последнюю вспышку затухающего зеркала.
Откуда ни возьмись на стене появляется факел, что разгорается все сильнее, освещая крохотное пространство. Нет никакого зеркала, да и вообще ничего. Только мы с демоном стоим по центру, и над нами нависает низкий
— Ты все видела, — проговорил демон, нависая надо мной как коршун, в то время как я все еще пыталась прийти в себя или отойти от потрясения, что перевернуло душу, картинки, что до сих пор стояла перед глазами.
«Подыграй ему», — раздался в голове голос Зои.
И тут же эта маленькая проказница зацепила в моей душе что-то такое, что заставило согнуться от мгновенной боли, а потом и упасть на колени, залиться слезами.
«Прости меня, так нужно… — затухал в голове голос цирсии, а слезы лились еще обильнее, рыдания сдерживать не получалось. — Он не должен ни о чем догадаться. Играй свою роль».
Я рыдала со смаком, словно горе разрывало мою душу. Но на самом деле все обстояло несколько иначе. Разум мой сейчас работал в холодном режиме, с четкостью прослеживая все произошедшее в последние несколько минут. И я точно знала, что вскоре получу ответ на единственный вопрос, что интересовал меня больше всего: зачем демон создал иллюзию истязания моей мамы?
— Хорош лить слезы, размазня! — зло и брезгливо произнес демон, грубо подхватил меня под руку и выволок из подвала.
И снова он вел меня по темным коридорам, пока мы не вышли в тот самый зал, где я спала однажды, и в котором свершилась кровавая расправа над несчастными феями.
Тут уж слезы высохли невольно (а может, Зои решила, что хватит уже истерик) от воспоминаний, что возродили весь тот ужас, который испытала когда-то. Но страха своего я показывать не должна, этого демон не дождется. Собрав всю волю, я прямо посмотрела ему в глаза и спросила:
— Что вы от меня хотите?
Невольно сжала кулаки, чувствуя как закипает во мне готовая излиться сила, как темнеет в глазах от злости. Я думала, что ненавижу своего тюремщика, но та ненависть не шла ни в какое сравнение с той, что испытывала сейчас, глядя на надменное, лишенное эмоций лицо демона. Никогда! Никогда я тебе не прощу даже той иллюзии мучений, которым ты подверг мою мать! Сегодня я стала свидетельницей проявления зла в чистом виде — изощренного, способного лишь рассудка, растоптать. Чего бы не добивался этот демон, действовал он самыми грязными методами, давя на самое больное. И такому нет прощения!
— Умная девочка, — расплылся он в улыбке, которую мне захотелось стереть с его лица немедленно, оставив вместо губ кровавое месиво. — Любишь свою мать? — тут же выражение его глаз стало еще более злым, даже не верилось, что кто-то способен на такую сильную злость. — Можешь не отвечать, вопрос был риторическим, — махнул он рукой, и равнодушие на его лице сменило злость.
Он совершенно невменяем, — мелькнула мысль. И я тут с ним наедине. Мороз пробежал по коже, но страх я снова отогнала.
— Ты убьешь моего сына, — в руке демона появился маленький кинжал в ножнах, который он протянул мне со словами: — Вот этим. Лезвие отравлено. Я иду на уступки и дарую сыну легкую смерть, — усмехнулся он. — Сделаешь это сегодня ночью, — сунул мне демон кинжал в руки. — Иначе мой морок сначала расправится с твоей матерью, а потом примется за отца.
— Он же ваш сын, — потрясенно проговорила я, сжимая в руке кинжал. Даже угроза расправы над родителями не смогла меня шокировать сильнее. Этот демон желает смерти своему сыну! Плоти и крови его!