Мыс Иерихон
Шрифт:
Позвонив в «Коаст медикл» и получив утвердительный ответ, я взялась за ключи от автомобиля и поехала в город.
Сосед Пи-Джея по комнате никак не ожидал, что дверь, которую он попытался захлопнуть перед самым моим носом, я открою пинком. Честно говоря, я этого сама не ожидала. Сосед заморгал и отступил. С высоко поднятой головой я вошла следом.
— Я спрашиваю, где он.
— Не имею понятия. Честно.
Я подняла с кофейного столика чашку, на дне которой осталась липкая жижа.
— Если не хочешь,
Он отступал.
— Хорошо, хорошо. Он ушел в какой-то модный ресторан.
— В какой именно? Подумай, подумай как следует. Сейчас же.
Пирсинг в его нижней губе задрожал, а в глазах появился признак того, что он начинает понимать.
— Он звонил, чтобы повторно проверить, забронировано ли ему место, — сказал сосед и показал на телефон: — Нажмите кнопку повторного вызова.
И, Бог мой, каково же было мое удивление, когда метрдотель ответил:
— «Сан-Исидоро-Ранч».
Да, Пи-Джей забрался так высоко по социальной лестнице, что в любой момент мог свалиться с нее. И, возможно, с помощью кредитной карты Эван Делани.
— Подтвердите бронирование, — попросила я, — на имя Блэкберна.
— Столик на двоих? Да. На тринадцать часов, — ответил метрдотель.
Я повесила трубку, выдернула телефонный шнур и положила его себе в сумку.
— Эй! — запротестовал сосед.
— Пи-Джея за ленчем беспокоить не стоит.
Во всяком случае, этого не должен делать его сосед по комнате.
«Сан-Исидоро-Ранч» разместился в зелени холмов Монтесито, и, подъезжая к ресторану, я вдруг поняла, что моя одежда не соответствует уровню этого заведения. Джинсы, ковбойские ботинки и старая сорочка из грубой хлопчатобумажной ткани, которую я взяла у Джесси. Правду сказать, на этом ранчо скотом не занимались с начала девятнадцатого века. Теперь здесь в моде знаменитости и высокопоставленные лица. Именно здесь поженились Вивьен Ли и Лоуренс Оливье, а Джон Фицджералд Кеннеди и Джеки провели свой медовый месяц. Прибывающие гости рассчитывают получить здесь гусиную печенку и массаж по технологии индийского учения аюрведа. Что же касается ресторана «Стоунхаус», то он считается самым лучшим в Калифорнии и славится изысканностью манер. Поэтому менеджер ресторана не позволила себе онеметь от изумления, когда я вошла в одежде статиста из вестерна Джона Форда с поцарапанным лицом и с рукой на перевязи.
— Могу я что-либо для вас сделать? — спросила она.
— Я с мистером Блэкберном.
Взгляд женщины стал участливым и понимающим. И она провела меня в ресторан.
Пи-Джей сидел в дальнем конце переполненного зала у окон спиной ко мне. От платанов, которые были видны в окнах, падала густая тень, отчего было невозможно разглядеть молодую женщину, которая сидела напротив него. Это была ширококостная девушка с кудрями в стиле мадонн Рафаэля и веселыми искорками в глазах. Но я легко распознала темно-серый костюм Пи-Джея и его экипаж — дешевую инвалидную коляску, взятую в аренду в «Коаст медикл».
Пи-Джей
— Заказ студийного времени и наем джаз-банда, — говорил он. — Я знаю, что у вас сложились непростые отношения с ребятами, с которыми вы были связаны, но для подобных дел нужны профессионалы, сессионные музыканты из Лос-Анджелеса.
Она прикусила губу, пребывая в явном возбуждении, и смотрела ему в рот с сияющей улыбкой подобно мистику, которому явилось прекрасное видение. Пи-Джей пребывал в полном упоении от роли, которую играл.
У меня пульсировало в висках и в подбитом глазе, но впервые после того, как меня избили, я не чувствовала никакой боли. Только жар. Я подвинула к столу стул и села рядом.
— Да и продюсер стоит дорого. Но они всегда готовы к услугам. Он…
— Му-у, — промычала я.
По его глазам было видно, что он шокирован и напуган. Испуг, впрочем, прошел после того, как он вдохнул. Итак, игра начинается.
— Какой красивый костюм. Ты меня представишь?
Пи-Джей помолчал достаточно долго, чтобы можно было понять, что он сейчас думает. Потом он осторожно показал рукой на молодую леди по другую сторону стола и сообщил:
— Это Деви.
— Привет, — сказала я, протягивая ей руку. — Кэтлин.
У нее было простодушное лицо, и она не скрыла удивления, вызванного моим появлением.
— Ух ты! Что случилось?
— А разве он вам не говорил? Ну что вы, он и не стал бы это делать. Он человек чувствительный. — Я положила ладонь на руку Пи-Джея. — И он уважает право адвоката не разглашать информацию, полученную от клиента.
Она кивнула. Рука Пи-Джея, лежавшая под моей, напряглась. Я пожала ее. При этом его указательный палец нервно задрожал.
— Выйдем? Разговор будет более… конфиденциальным.
— Он займет не более минуты. Мне не хотелось бы прерывать ваше свидание, — сказала я.
— Это не свидание.
Деви выпрямилась и закачала головой:
— Нет-нет. Это деловая встреча. — Но ее щеки при этом стали пунцовыми. — Джесси помогает мне записать диск.
— Джесси — парень полезный, — сказала я.
Она робко взглянула на него. Взгляд был полон страстного желания и тоски, словно ей доставляла душевную боль мысль о его трагической судьбе. Романтическая боль. Я видела, как подобные взгляды другие женщины бросают на Джесси, отчего у меня возникало желание снять с них скальп. Взгляд девушки буквально повергал Пи-Джея в экстаз.
Деви я видела где-то и раньше. Неужели она пела в местных клубах или устраивала любительские театральные постановки по городу?
— Дайте-ка угадаю. Вы поете с «Блэк уотч рекордс»?
— Правильно, — подтвердила она. — Вы тоже к ним приписаны?
— Я не музыкант. Но я знаю, что «Блэк уотч» является торговым знаком фирмы «Джимсонвид», а Джесси тесно связан с Рики Джимсоном.
Она улыбнулась:
— Я знаю. Вот почему Синса порекомендовала мне его.