Мыс Грома
Шрифт:
– И?.. – мягко продолжил Фергюсон.
– …герцог Виндзорский, – договорила она. – Послушайте, я понимаю, это звучит невероятно, но…
– Ничего невероятного тут нет, дорогая. А где мистер Бейкер обнаружил эту подводную лодку?
– Понятия не имею. Он мне так этого и не сказал.
Наступила пауза. Фергюсон выразительно посмотрел на Трэверса. Тот вздохнул.
– Вы в этом совершенно уверены, мисс Грант?
– Конечно. Он сказал, что пока ничего не хочет рассказывать мне. Эта находка очень его взволновала. – Умолкнув, она нахмурилась. –
– Нет, никакого, – успокоил ее Фергюсон и кивнул Трэверсу.
– Дженни, – сказал контр-адмирал, – бедняга Генри погиб по чистой случайности. У нас множество свидетелей. Он угодил под колеса автобуса Лондонского управления транспорта. Водитель – шестидесятилетний старик, коренной лондонец, получивший военную медаль за храбрость во время войны в Корее в 1952 году, где он служил рядовым в пехоте. Это был обычный несчастный случай, Дженни.
– Значит, вы не имеете ни малейшего представления о том, где находится подводная лодка? – снова спросил Фергюсон.
– А это важно?
– Да, может оказаться, что важно.
Она пожала плечами.
– Честно говоря, не знаю. Если хотите знать мое мнение, она, наверное, где-то далеко в открытом море.
– Далеко в открытом море? Что вы хотите этим сказать?
– В большинстве своем места, куда туристы с островов Сент-Томас и Сент-Джон отправляются нырять, находятся недалеко от берега. Повсюду полным-полно затонувших кораблей, однако уму непостижимо, чтобы немецкую подводную лодку, пролежавшую на дне со времени Второй мировой войны, так никому и не удалось обнаружить. – Она покачала головой. – Это чушь. Это могло произойти только в том случае, если бы она находилась где-то далеко.
– Далеко в море.
– Совершенно верно.
– И вы не имеете понятия, где именно?
– Нет, боюсь, я мало что понимаю в нырянии. Вам необходимо обратиться к специалисту.
– А есть такой человек?
– Ну конечно, его зовут Боб Карни.
Взяв со стола ручку, Фергюсон сделал пометку в блокноте.
– Боб Карни? А чем он занимается?
– Он – владелец центра водного спорта в курортном местечке Кэнил-бей. Я хотела сказать, что большую часть времени он учит туристов нырять, однако он прирожденный ныряльщик, к тому же довольно знаменитый. Знаете, он участвовал в спасательных работах на нефтяных вышках в Мексиканском заливе. О нем даже в журналах писали.
– В самом деле? – сказал Фергюсон. – Выходит, он лучший ныряльщик на Виргинских островах?
– Во всем Карибском море, бригадный генерал.
– Вот даже как. – Бросив искоса взгляд на Трэверса, Фергюсон встал. – Отлично. Искренне благодарю вас, мисс Грант, вы очень помогли нам. Понимаю, что время для еды сейчас неподходящее, но вам нужно подкрепиться. Возможно, вы позволите мне пригласить вас и адмирала Трэверса поужинать со мной сегодня вечером.
– Вы очень любезны, – подумав, ответила
– Отнюдь. Я пришлю за вами машину в половине восьмого. – Он проводил их до входной двери. – Будьте осторожны. – Он кивнул адмиралу. – Будем держать связь, Гарт.
Полчаса спустя, когда он пил чай и обдумывал положение вещей, прибыл Лейн. Инспектор бросил на кофейный столик тяжелый «жучок» из черного металла.
– Вы оказались правы, сэр, эта штучка была вмонтирована в телефон, установленный в кабинете.
– Вот даже как, – сказал Фергюсон, беря устройство со стола. – Дело принимает более серьезный оборот.
– Смотрите, сэр, Бейкер знал о дневнике потому, что сам и нашел его, девушка – потому, что он ей об этом сказал, адмирал знал, вы – тоже, его экземпляр был у премьер-министра, в курсе был также заместитель директора Управления безопасности и сэр Фрэнсис Пэймер. – Он сделал паузу.
– Ты не назвал самого себя, Джек.
– Да, сэр, но кто, черт побери, пронюхал об этом, кто осмелился устроить шмон дома у адмирала Трэверса?
– Ну вот, Джек, ты опять перешел на полицейский жаргон. – Фергюсон вздохнул. – Это ведь словно паутина. У всех тех людей, которых ты назвал, масса возможностей связаться с другими. Одному богу известно, сколько их на самом деле.
– Так что вы намерены предпринять, сэр? Я хотел сказать, что мы ведь даже не знаем, где находится эта чертова подводная лодка. К тому же приходится сталкиваться с множеством примеров неблаговидных действий, хотя снаружи комар носа не подточит. Грабеж, прослушивание телефонных разговоров.
– Ты прав, Джек, это дело принимает совершенно другой оборот.
– Может, лучше подключить к этому делу разведку, сэр?
– Вряд ли стоит это делать, хотя по возвращении к себе можешь позвонить Саймону Картеру и сэру Фрэнсису и сказать им, что девушка не знает, в каком именно месте находится подлодка.
– А дальше что, сэр?
– Пока не знаю. Придется направить туда кого-нибудь, чтобы он на месте разобрался, в чем дело, и доложил нам.
– Человека, который умел бы нырять, да, сэр?
– Хорошая мысль, но теперь, когда нас пытаются обвести вокруг пальца, нам нужен человек, способный действовать так же нагло, как и противник. – Фергюсон помедлил. – Впрочем, должен поправиться – человек, который был бы еще наглее, чем они сами.
– Сэр? – в замешательстве переспросил Лейн.
Неожиданно Фергюсон еле слышно рассмеялся.
– Дорогой Джек, разве жизнь не прекрасна порой? У меня уходят многие десятки лет на то, чтобы устроить хорошую взбучку и упечь за решетку человека, который мне активно не нравится, после чего я вдруг обнаруживаю, что при сложившихся обстоятельствах он-то мне и нужен.
– Не понимаю, сэр.
– Сейчас поймешь, Джек. Тебе приходилось бывать в Югославии?
– Нет, сэр.
– Отлично, смена впечатлений пойдет тебе на пользу. Мы вылетаем на рассвете. Распорядись, чтобы приготовили «лирджет».