Мымра!
Шрифт:
— Ну, зачем, зачем, беременны мы, — говорю в трубку, и наступает тишина. А вот это уже начинает меня пугать, — Але, пап? Черти что, — это уже Вере говорю, которая сидит и молча слушает.
— Он там в обмороке что ли? — тихо спрашивает она.
— Не знаю, молчит и в трубку сопит. Пап? Ты нас пугаешь, а Вере нельзя. Мы к врачу поедем, пусть посмотрит, проверит.
— Позжайте, — как-то сдавленно отвечает отец, если бы не знал его, то подумал, что плачет.
— Позвони потом, обязательно, — уже тверже
— Расстроился, я же говорю рано, — тяжело вздыхая, говорит Вера и слезает с моих колен, — Ладно, поехали к врачу, тут недалеко клиника хорошая, я по отзывам смотрела. Думала, схожу сначала туда, потом тебе расскажу.
— Сразу такие вещи нужно говорить, — ворчу я, заводя машину. — Ты себя вообще как чувствуешь? — поглядываю на нее встревоженно.
— Нормально, как обычно, — отвечает Вера, — Только плакать хочется.
— Почему? — удивляюсь я.
— Откуда я знаю, Завьялов, — снова заводится она, — Если бы не ты...
— Ну, все, все, я понял, — улыбаюсь ей, — Пусть это будет мой косяк.
— Ничего себе косяк, — начинает возмущаться Вера, — Посмотрю я, как ты через девять месяцев начнешь жаловаться.
— Не буду я жаловаться, — не соглашаюсь я, — Мы с ним вместе футбол будем смотреть.
— У-у, до футбола еще далеко, тем более вдруг там девочка.
— А что, девочки футбол не смотрят? Моя будет, — улыбаюсь довольно, уже представляя, как мы с дочкой сидим, орем гол и едим чипсы с креветками, — Вера, а мы ее в танцы отдадим? Только не как у тебя, а какие-нибудь бальные, например? Так и представляю свою дочь в пышном платье с блестками, двигается, танцует, красота в общем.
— Егор, ты рано об этом думаешь.
— А в Диснейленд поедем? Я в детстве мечтал, но меня так и не свозили.
— Егор...
— А еще я ему клюшку куплю и коньки. Хотя нет, нам всем коньки и клюшки купим.
— Егор...
— А летом с палатками можно на Истру ездить или лучше дачу купим там. А Вер?
— Егор! — взвизгивает она, а я смеюсь, потому что уже счастлив, представляя все это.
Едем в больницу и так как суббота, утро, нас быстро принимает врач. Сижу, жду пока Вера скрылась в кабинете. Потом приглашают меня.
— Ну что, поздравляю вас. Сейчас пройдете на УЗИ, анализы я написал какие нужно сдать, — говорит нам пожилой врач, я конечно не очень доволен, что Веру будет наблюдать мужчина, но почему-то ему доверяю больше.
Идем с Верой, сдаем анализы а потом долго сидим в кабинете УЗИ и пялимся в экран.
— Вот смотрите, — показывает что-то на экране монитора женщина-узист. Потом говорит такую вещь, отчего мы с Верой просто открываем рты.
— Вы уверены? — спрашиваю я, тревожно рассматривая непонятно что на снимке, который мне вручили.
— Ошибки быть не может, — улыбается врач.
— Завьялов, я тебя убью, — тихо с угрозой
— Вер, а Вер, я тебя люблю, — говорю ей и издаю крик Тарзана на всю клинику.
Глава 44. Вера, месяц спустя
Глава 44. Вера, месяц спустя
— Я забираю Стаську и мы уходим от тебя, — говорю утром Егору пока он собирается на работу. Я по-прежнему работаю его помощником и, честно говоря, нам обоим это нравится, быть все время вместе нас совсем не напрягает.
— Это еще почему? — замирает Егор посреди спальни в рубашке, боксерах и одном носке, — Что я не так сделал?
— Егор у нас через три дня свадьба, — начинаю я, — Приезжает моя подруга, мы хотим провести время вместе, тем более у нас девичник.
— Какой девичник? — хмурится мой любимый шеф.
— Как какой? Девчачий, у всех невест есть такой.
— А-а, ну если у всех... А это не вредно? — намекает он на мое положение. И так за последний месяц, как все узнали, носятся со мной как курица с яйцами. Особенно преуспевает будущий свекор и сам Егор по сути виновник моего положения.
— Егор, у нас заказан ресторан на девичник, программа, у меня есть друзья, которые соберутся на свадьбу. Степка опять же.
— Девичник вроде для девчонок? — хмурится Егорушка.
— А Степку я куда дену? Он тоже мой друг, — не соглашаюсь я, — Еще завтра приедут мои родители, я уже сняла им номер в гостинице.
— Зачем в гостинице, можно их разместить у моих родителей, особняк большой.
— Ты представляешь себе под одной крышей твоих и моих родителей?
— А что они у тебя, буйные?
— Нет, но папа... Хотя ладно, если твои примут, то я рада, но мои подруги будут со мной.
— Вера, я думаю тебе не стоит уезжать, — подходит ко мне Егор и обнимает, прижимая к себе, долго целует, — Не действует? — спрашивает он, когда поцелуй прерывается.
— Нет, не уговаривай, до свадьбы буду у себя на квартире.
— А я что буду делать? — возмущается будущий муж.
— Ну не знаю, займись чем-нибудь, — не соглашаюсь я, складывая в сумку свои вещи, вынимаю Стаську, снова кладу пару блузок, опять вынимаю Стаську.
— Я оставляю себе Стаську, — подхватывает котенка на руки Егор, — Гарантия твоего возвращения.
— Стаська моя, поедет со мной, да и что за гарантия? Ты во мне не уверен? — поворачиваюсь к нему, сердито хмурюсь.
— Вера, я не останусь совсем один тут, ты уедешь, Стаська тоже, нет, даже не думай, — Егор стоит и смотрит на меня так жалобно, словно побитый кот. Смеюсь, подхожу к нему и обнимаю.
— Это всего три дня, — пытаюсь успокоить его, — Так принято, что жених не видится до свадьбы с невестой.