Мятежник
Шрифт:
«Если они нас так тепло встретили в космосе, то что они подготовили для нас на самой планете? — подумалось Джерри, и его аж передернуло. — Понятно, что ничего хорошего».
— Ну вот и все…
— Вряд ли, маршал.
— Что вы этим хотите сказать, майор?
— Тихо что-то стало.
— Ну естественно… Использовали все, что имели, чтобы нас остановить, да не получилось! С потерями и повреждениями, но мы продолжим движение и зададим им трепку! Теперь нас ничего не остановит.
Адмирал решил так же, и корабли, перестраиваясь
Джерри не давала покоя эта слишком быстрая смена обстановки: то жаркий бой, то тишина. На голограмме медленно ползли корабли, а мимо них проплывали метеоры из камня и льда. Не удержавшись, он попросил:
— Мой маршал, можно как-то увеличить масштаб?
— Зачем?
— Хочу посмотреть, что вокруг…
— Хочет он, — передразнил Роолх Вуцкерн, но тем не менее переключил.
Теперь кораблики из линий разной жирности, в зависимости от размеров, превратились в одинаковые точки, и лишь подписи выдавали, кто из них кто.
— Ну и что ты увидел?
— Пока ничего, сэр…
Дональдан подумал, что он действительно вряд ли теперь увидит что-то первым. После такой оплеухи операторы всех систем наблюдения и разведки из собственной шкуры лезут, лишь бы не допустить повтора. Засекать все самые подозрительные метки во всех режимах, запускать зонды-разведчики, и никому скрытно больше приблизиться не удастся, а тем более спрятаться за валунами.
Джерри что-то не понравилось в голограмме. Он стал пристально вглядываться в нее, пытаясь определить, что же его насторожило, и нашел. Пять валунов различной массы и размеров, совсем непохожие друг на друга, двигались в пространстве с одинаковой скоростью и в одной плоскости, что, по мнению Джерри, было неправильно по определению.
«Они должны лететь хоть с чуточку, но разными скоростями и хоть немного, но в разных плоскостях, — подумал он. — Неужели в центре этого не видят? Или компьютер еще не сумел отсортировать эту неправильность?»
Как ни смешно, но подобное вполне могло случиться. Для всех эти пять камней просто камни, каких в округе миллионы. А компьютеры не могут отследить нелогичность из-за объема получаемой информации. Причину, которую по наитию нашел Джерри, отсеяв все ненужное.
«А может, они просто не рассчитаны для решения таких задач», — подумал Дональдан и понял, что так оно, скорее всего, и есть.
Для компьютеров это обычные валуны, на анализ и классификацию которых не стоит тратить драгоценное время. Не боевые корабли — и ладно…
«Но что это тогда может быть? — принялся размышлять Дональдан. — Бомбы? Огромные неизвестные заряды, при взрыве испепеляющие все вокруг себя? Нет, не то…»
Дональдан, не придя к какому-либо заключению, поделился своими наблюдениями:
— Вот эти пять меток меня сильно беспокоят.
— Чем же?
— Неправильные они какие-то.
— Что в них неправильного?
— Масса, размеры, скорость
— Майор прав, маршал, — согласился полковник. — Что-то в них не так.
— Вы кем тут себя возомнили? Самые умные?.. А остальные тупари? Флагман обладает совершенными системами электронного наблюдения и прочим…
— Простите, маршал, но даже от самых совершенных приборов можно найти защиту…
— И что ты мне предлагаешь? Сообщить адмиралу о каких-то неправильных метеорах? Как я буду выглядеть после этого?
— Как бы вы ни выглядели…
Неизвестно, сколько продлился бы этот спор, если бы «неправильные метеоры» не раскрыли свою сущность и не начали действовать. Метеориты, отбросив куски камня и обнажив различной конфигурации антенны, оказались не чем иным, как станциями постановки помех.
Вдруг, откуда ни возьмись, появилось множество меток малых бортов. Неизвестно, какие из них существовали в действительности и состояли из стали и пластика, а какие были лишь миражами, существующими только в системах наведения. Оборонительная система корабля думала не долго и огрызнулась огнем по вражеским меткам, существовали ли они на самом деле или нет.
Тонны снарядов расходовались впустую, расстреливая черноту космоса. Совсем изредка очереди находили реальные объекты. Операторы орудия главного калибра пытались сбить утыканные антеннами станции, но тщетно. Снаряды и лазерные лучи прошивали пустоту в каких-то десятках метров от цели — станции защищались отменно.
Тем не менее вечно им везти не могло, и от густых залпов они одна за другой разлетались на куски. Одновременно со взрывами исчезали десятки и сотни ложных меток. Когда уничтожили последнюю станцию, в системах наведения остались лишь реальные объекты, на которых и сосредоточили огонь зенитки и прочие средства обороны.
Но было уже поздно. Станции успели выполнить свою задачу, и полсотни маленьких суденышек оказались у своей цели — «Моордана Свирепого». Остальные корабли группировки оказались проигнорированы атакующими.
— Они идут на абордаж, — не веря своим словам, произнес Джерри.
— О боги, — недоуменно прошептал маршал. — Они что, свихнулись?
Со стороны абордаж имперского корабля, и не какого-нибудь, а флагмана, действительно мог показаться нелепым и абсурдным. Ну сколько на этой полусотне шаттлов абордажников?
«Если по максимуму, то две с половиной, а то и три тысячи, — подсчитал Джерри. — Там только экипажа около десяти тысяч, не говоря уже о пятидесяти тысячах солдат…»
Тем не менее в груди словно ножом провернули. Подумалось, а что если смогут? Ведь на абордаж флагмана они пошли не с бухты-барахты… Значит, на что-то да рассчитывали, значит, есть какие-то секретные и действенные приемы, чтобы свести на нет численное преимущество противника. Но что это за приемы, оставалось лишь гадать.