Мятеж

Робертс Нора

Они достигли берега одновременно, и сердце Бригема едва не остановилось при виде того, как Сирина дожидается последнего момента, чтобы натянуть поводья. Ее кобыла со звонким ржанием встала на дыбы. Сирина засмеялась, оказавшись между небом и землей. Если бы Бригем уже не был влюблен, он бы влюбился в нее сейчас.

— Я победила, сассенах.

— Черта с два. — Запыхавшийся Бригем потрепал шею своей лошади и усмехнулся. — Я опередил вас на голову.

— Еще чего! — фыркнула Сирина. — Я выиграла, а вы не настолько мужчина, чтобы признать это. —

Она жадно вдыхала воздух, пахнущий соснами и водой. — Если бы меня не сдерживало дамское седло, я бы оставила вас далеко позади. — Сирина засмеялась — ее глаза были зеленее всех лужаек, которые Бригем видел в Англии; шляпка кокетливо съехала набок во время скачки. — Но вам нечего стыдиться. Вы не худший наездник, чем любой англичанин, и почти такой же хороший, как хромой и одноглазый шотландец.

— Ваши комплименты заставляют меня краснеть, миледи. Несомненно, выиграл я, но вы слишком тщеславны или упрямы, чтобы это признать.

Сирина вскинула голову так, что шляпка свалилась, повиснув на лентах. Волосы, которые Мэгги уложила этим утром в прическу, превратились в спутанную массу цвета заходящего солнца.

— Я победила. У джентльмена хватило бы совести согласиться с этим.

— Победил я. — Склонившись набок, Бригем ослабил ленты и сорвал шляпку. — Леди никогда не должна быть первой на скачках.

— О! — Будь у нее возможность, Сирина бы топнула ногой. Вместо этого она повернула лошадь, и они оказались лицом к лицу. Она не возражала, что ее назвали тщеславной и упрямой, но обвинение в отсутствии добродетелей истинной леди, брошенное в лицо, было чересчур. — Как это похоже на мужчину! Скачки были вашей идеей. Если бы я отказалась, то была бы трусихой. Но я согласилась и выиграла, поэтому я не леди.

— Согласились и проиграли, — поправил Бригем, наслаждаясь тем, как краска гнева заливает ее лицо. — Для меня вам незачем быть леди, Рина. Я предпочитаю вас такой, какая вы есть.

Ее глаза блеснули.

— А именно?

— Очаровательной дикой кошкой, которая носит бриджи и дерется как мужчина.

Сирина зашипела на него и импульсивно шлепнула кобылу, которая рванулась вперед. Если бы Бригем не реагировал достаточно быстро или обладал меньшим опытом, он бы полетел головой вниз, в ледяные воды озера.

— Ведьма! — пробормотал Бригем, наполовину изумленно, наполовину восхищенно. — Вы хотели утопить меня?

— Едва ли я была бы виновата, если бы вы пошли ко дну. У вас каменная башка. — Тут Сирина закусила губу, сдерживая смех. Запрокинув голову, она посмотрела на небо. День был чудесный. Досада на Бригема быстро, исчезла, когда Сирина вспомнила, что он дал ей возможность скакать во всю прыть. — Я объявляю перемирие, — решила она. — Колл и Мэгги скоро будут здесь. Хоть я и сердита на вас, но не стану спорить, пока они пялятся друг на друга.

Бригем соскользнул с лошади:

— Вы согреваете мне душу, мадам.

— Скачки и победа улучшили мое настроение. — Сирина оперлась руками на плечи Бригема, помогавшего ей спуститься на землю.

—

Рад это слышать. — Прежде чем она поняла его намерение, он подхватил ее на руки и взвалил себе на плечо. — Но напоминаю, что победил я.

— Вы спятили? — Сирина стукнула кулаком по его спине, не зная, смеяться ей или ругаться. — Отпустите меня, грубиян!

— Именно это я и собираюсь сделать. — Он шагнул к краю озера.

Глаза Сирины расширились. Перестав бить Бригема, она вцепилась в его куртку:

— Вы не осмелитесь!

— Дорогая моя, разве я не говорил вам, что Лэнгстоны никогда не испытывали недостатка в смелости? — Когда Сирина начала молотить его руками и ногами, он добавил: — Вы умеете плавать?

— Лучше вас, сассенах. Если вы не отпустите меня… — Угроза перешла в визг, когда Бригем притворился, что бросает ее в воду. — Не надо, Бригем! Там холодно! — Она засмеялась, продолжая отбиваться. — Клянусь, я убью вас, как только освобожусь!

— Это едва ли побудит меня отпустить вас. Но если вы согласитесь, что я выиграл скачки…

— Нет!

— Ну, тогда…

Бригем сделал еще один шаг к воде, когда Сирина нанесла удар носком сапога достаточно близко к чувствительному месту, чтобы заставить его поморщиться. Защищаясь, он шагнул назад и споткнулся о корень. Оба свалились наземь. Ради приличия и собственной безопасности Бригем поспешно убрал руку с упругого изгиба ее груди.

— Кажется, это уже было, — пропыхтел он, восстановив дыхание.

Сирина оттолкнула его и запоздало прикрыла ноги.

— Черт бы вас побрал! Вы испачкали мне юбки.

— А вы, миледи, чуть не лишили меня права называться мужчиной.

Сирина взмахом головы отбросила волосы с глаз. Прекрасный день позволил ей забыть о необходимости быть леди.

— В самом деле? При следующей возможности я постараюсь в этом преуспеть. — Взглянув на его грязные бриджи, она усмехнулась: — Несомненно, Паркинс будет распекать вас за это.

— Мой лакей меня не распекает. — Но Бригем попытался удалить грязь. — Он просто выглядит смертельно оскорбленным, что заставляет меня вновь чувствовать себя школьником.

— Что он собой представляет, ваш Паркинс?

— Тверд, как скала, до ужаса респектабелен, упрям. А что?

— Миссис Драммонд решила, что из него выйдет хороший муж.

— Миссис Драммонд? — Бригем уставился на нее. — Ваша миссис Драммонд и Паркинс?

Мысль о покушении на фамильную честь придала воинственный блеск глазам Сирины.

— А почему нет? Миссис Драммонд прекрасная женщина.

— Не стану спорить. Но Паркинс? — Бригем откинулся на локти и засмеялся, представив себе тощего Паркинса и монументально сложенную кухарку. — Он об этом знает?

— Миссис Драммонд собирается дать ему знать. — Так как Сирина сама находила эту пару забавной, она улыбнулась небу, лежа на прогретом весеннем солнцем пятачке травянистого берега. — Она очарует его пирожными и соусами, как Мэгги чарует Колла хорошенькими глазками и робкими улыбками.