Мятеж
Шрифт:
— Женщина должна улыбаться, думая о мужчинах. Хмурые взгляды отталкивают их, а улыбка тут же притягивает.
— Мне они не нужны. — Сирина стиснула зубы. — Я их ненавижу.
Миссис Драммонд замешивала тесто для пирога с яблоками.
— Неужели молодой Роб Маг-Грегор снова слоняется поблизости?
— Нет, он слишком дорожит своей жизнью. — Сирина улыбнулась, вспомнив, как она отшила влюбленного Роба.
— Он славный парень, — задумчиво промолвила миссис Драммонд. — Но недостаточно хорош для одной из моих девочек.
Сирина начала топать ногой в такт скрипа маслобойки.
— Не думаю, что я хочу оказаться невестой, женой и на супружеском ложе.
— Со временем захочешь. — Кухарка усмехнулась, постукивая ложкой по миске. Мышцы на ее руках были крепкими, как камни. — Это имеет свои преимущества. Особенно последнее.
— Я не желаю оказаться навеки связанной с мужчиной только из-за того, что происходит на супружеском ложе.
Миссис Драммонд бросила быстрый взгляд на открытую дверь, дабы убедиться, что Фионы нет поблизости. Хозяйка была сама доброта, но на ее лице появилось бы недовольное выражение, если бы она услышала, как кухарка и ее дочь обсуждают за сбиванием масла деликатные вопросы.
— Лучшей причины трудно найти — только с подходящим мужчиной. Мой Данкан знал, как исполнять свои супружеские обязанности, и я часто засыпала, благодарная ему за это. Да упокоится его душа.
— А он когда-нибудь заставлял вас чувствовать… — Сирина сделала паузу, подыскивая нужные слова, — ну, будто вы быстро скачете по скалам и не можете перевести дух?
Миссис Драммонд прищурилась:
— Ты уверена, что Роба не было поблизости?
Сирина покачала головой.
— Быть с Робом все равно что ехать вверх по склону холма на хромом пони. Думаешь, что это никогда не кончится. — В ее глазах блеснули искорки смеха, когда она посмотрела на кухарку.
Именно такой Бригем увидел Сирину, войдя в кухню. Ее длинные пальцы сжимали маслобойку, юбка была подвернута, а лицо раскраснелось от смеха.
Черт бы побрал эту женщину! Он не мог удержаться от того, чтобы смотреть на нее. Черт бы побрал ее за то, что один ее взгляд вызывал у него желание!
Бригем вошел почти бесшумно, но Сирина обернулась. Их глаза на мгновение встретились, прежде чем Сирина вернулась к сбиванию масла, но этого оказалось достаточно, чтобы объяснить миссис Драммонд, что вывело Сирину из себя. Вернее, кто.
Так вот оно что, думала она, будучи не в силах сдержать улыбку. Насколько знала миссис Драммонд, конфликт — неплохое начало романа. Граф Эшберн достаточно знатен, а его лицо и фигура заставили затрепетать даже сердце вдовы.
— Чем могу служить, милорд?
— Что? — Повернувшись, Бригем недоуменно уставился на миссис Драммонд. — Прошу прощения. Я только что из комнаты Колла. Он просит есть. Мисс Гвен говорит, что немного вашей похлебки пойдет ему на пользу.
Миссис Драммонд
— Сомневаюсь, что он так думает, но я налью и пришлю ему ее. Позвольте спросить, милорд, как парень себя чувствует.
Бригем сделал ошибку, снова взглянув на Сирину, неторопливо орудующую маслобойкой. Если бы кто-нибудь сказал ему, что от наблюдения за женщиной, сбивающей масло, у мужчины может пересохнуть во рту, он бы засмеялся. Но теперь он не видел в этом ничего смешного. Бригем отвел взгляд, проклиная себя. Не следует забывать, что он уже провел из-за нее бессонную ночь и даже две, если считать ту, которую они провели вместе, ухаживая за Коллом.
— Сегодня ему, кажется, лучше. Мисс Гвен говорит, что у него хороший цвет лица, хотя она еще заставляет его оставаться в постели.
— Это удается только ей. Видит Бог, больше никто не может справиться с этим парнем. — Миссис Драммонд со вздохом подумала о мужчине, которого считала старшим из своих подопечных. Она покосилась на Сирину и увидела, что та наблюдает за Бригемом из-под полуопущенных ресниц. — А вы не хотите немного похлебки, милорд? Или кусок пирога?
— Нет, спасибо. Я направлялся в конюшню.
Щеки Сирины раскраснелись, видимо, от усиленной работы. Она выпятила подбородок и шевелила нижней губой, но не произнесла ни слова. Бригем молча поклонился и вышел.
— Вот это мужчина! — воскликнула миссис Драммонд.
— Он англичанин, — возразила Сирина, как будто это объясняло все.
— Верно, но мужчина остается мужчиной, носит он килт или бриджи. А он мужчина что надо — это сразу видно.
Сирина невольно хихикнула:
— Женщина не должна это замечать.
. — Да, если она слепая. — Миссис Драммонд поставила чашку с похлебкой на поднос и, так как у нее было доброе сердце, добавила пирог с крыжовником. — Молли! Молли, ленивая девчонка, отнеси этот поднос молодому хозяину! — Она отодвинула поднос в сторону и вернулась к огню. — А джентльмен, которого лорд Эшберн привез с собой из Лондона, тоже выглядит недурно.
— Паркинс? — Сирина посмотрела на свои стиснутые руки и усмехнулась. Ей казалось странным, что ее сердце стадо биться почти нормально, как только Бригем удалился. — Его английский лакей. Только вообразите, привезти сюда лакея, чтобы тот приводил в порядок его камзол и чистил ему сапоги!
— Знать привыкла к обслуживанию, — благоразумно заметила миссис Драммонд. — Я слышала, мистер Паркинс неженатый джентльмен.
Сирина пожала плечами:
— Вероятно, он слишком занят, крахмаля кружева лорда Эшберна, чтобы иметь личную жизнь.
«Или же он не встретил женщину, чьей личной жизни хватит на двоих», — подумала миссис Драммонд.
— Мне кажется, мистера Паркинса не грех бы немного откормить. — Одобрительно покивав, она поставила чашку на другой поднос и снова позвала Молли.