Мы в город Изумрудный...
Шрифт:
— Пожалеть и простить — это разные вещи, — сказала Энни. — Так мне говорила Элли. Ладно, пойдём спать, уже поздно.
А правитель Ружеро некоторое время стоял в раздумьях. Потом он, что-то преодолев в себе, тихонько двинулся вслед за детьми к тому домику, в котором им предложили переночевать.
Энни и Тим тем временем продолжали спор:
— … я знаю, что они были плохими людьми, но мне их всё равно жалко. У них украли прошлую жизнь и заставили поверить, что так и было.
— Ага, а ты им всю правду расскажешь, и они сразу станут счастливыми, да? — спросил Тим.
Ружеро, который
— Я не знаю, Тим, честное слово! Просто мне это не нравится.
— Да что тут может не нравиться! — удивился Тим. — Вспомни, как Барбедо ругал королей! Я чуть не расхохотался. Здорово им мозги прочистили!
— И ничего хорошего! Обманули и следят, чтобы никто не проговорился! Разве это справедливость? Справедливость — это когда наказанный знает, за что наказан. Я хотела объяснить это Ружеро, только он меня не понял. Он… Знаешь, Тим, мне показалось на минутку, что ему очень нравится быть правителем, и он поэтому боится, что короли всё вспомнят. И тогда он потеряет власть.
— Ты ещё скажи, что он сейчас подслушивает наш разговор, — засмеялся Тим.
Притаившийся в кустах Ружеро тотчас отступил поглубже в тень. Он был рад, что песик Артошка, выбежавший навстречу детям, его не учуял. Когда Энни с Тимом скрылись в доме, правитель быстрым шагом двинулся к себе.
— Вот что, Эльгаро, — сказал он, вызвав помощника. — Я поручаю тебе важное дело. Завтра наши гости из внешнего мира весь день будут отдыхать и кормить солнечным светом своих механических мулов. Ты должен сделать так, чтобы никто из бывших королей не попался детям на глаза.
— Это относится только к королям?
— И к королям и к членам их семей. И вообще ко всем бывшим, — решительно пояснил Ружеро. — Дети не понимают наших проблем и могут неосторожным словом пробудить в перевоспитанных ненужные воспоминания. Ты ведь и сам прекрасно знаешь, как это опасно.
— Я всё понял, — кивнул Эльгаро. — Я прослежу. Позволено ли мне будет спросить: это только мера предосторожности или дети уже что-то сделали не так?
Ружеро поджал губы:
— Ещё не сделали, но могут. Для девочки эмоции важнее доводов разума. Она пожалела перевоспитанных и может наделать глупостей. В её возрасте редко задумываются о последствиях. И вообще, кто знает, на что способны эти дети из внешнего мира. Они такие самостоятельные. Даже слишком. В общем, смотри в оба.
Первая половина следующего дня прошла тихо и спокойно. Мулы стояли на солнышке и впитывали его живительный свет. Энни и Тим поиграли с Артошкой, погуляли по селению рудокопов и посетили завод, на котором умелые мастера изготавливали из металлов разные полезные вещи.
Всё было хорошо. Тим сиял от восторга и уговаривал Энни на обратном пути вновь посетить рудокопов. Но Энни только молча кивала в ответ и часто оглядывалась, словно кого-то пыталась найти. Чем дальше, тем озабоченнее она становилась. После обеда она обратилась к летописцу Арриго, которого она знала по рассказам старшей сестры:
— Скажите, пожалуйста, уважаемый Арриго, а почему я не вижу никого из бывших королей? Я вчера беседовала с Ментахо и Барбедо и хотела бы ещё раз поговорить с ними перед отъездом.
Арриго
— Насколько я знаю, сегодня утром часть наших жителей по приказу правителя отправилась в Пещеру за оружием. Мы уверены, что Урфин вскоре постарается завоевать Голубую страну, и хотим подготовиться к нападению. Возможно, те, о ком вы спрашиваете, ушли вместе с ними.
— Вот как, — сказала девочка. — Спасибо.
Настроения ей это не улучшило. Вскоре она увидела жену Ментахо госпожу Эльвину. После недолгого раздумья она решила поговорить с ней, но в тот же миг её внимание отвлёк помощник правителя Эльгаро. Он перехватил Энни на полдороге и принялся рассказывать о припасах, которые рудокопы приготовили детям в дорогу. Когда их беседа завершилась, Эльвины уже не было видно.
Ружеро тоже избегал детей, впрочем, у него и без них было много забот. Однако со своим помощником он встретился.
— Вы молодец, Эльгаро, — сказал он, выслушав отчёт. — Я вами доволен. Значит, вы точно слышали, что девочка спрашивала про Ментахо и Барбедо?
— Я слышал это совершенно отчётливо, — подтвердил Эльгаро.
— Арриго… Арриго… — пробормотал Ружеро. — Он ведь был твёрдым сторонником прежней власти. Не затаил ли он обиду, когда ты занял его место… Ну, хорошо, будем надеяться, что это всего лишь совпадение и что здесь нет никакого злого умысла. Но глаз с детей всё равно не спускай.
После обеда дети побывали в специальном, укрытом от солнечных лучей загоне, где содержались Шестилапые. Пока Тим с разрешения смотрителя принимал участие в кормёжке этих удивительных зверей, Энни, которой не очень понравилось в сумрачном и душном загоне, гуляла по саду. Неожиданно до её слуха донёсся знакомый голос. За углом здания правитель на повышенных тонах разговаривал с каким-то молодым рудокопом.
— Нет, нет и ещё раз нет! — сердито говорил Ружеро. — Об этом не может быть и речи!
— Но почему?! — с отчаянием восклицал его собеседник. — Почему всем можно, а мне нельзя? Чем я отличаюсь от остальных рудокопов? Это несправедливо!
— Справедливость здесь ни при чём. Я забочусь о вашей безопасности! И не вздумайте нарушить мой приказ! Пока я здесь правитель, вы будете мне подчиняться! Я прослежу за этим, можете быть уверены!
Мимо Энни стремительно промчался высокий молодой человек в голубом костюме. Энни вспомнила его. Это был Бубала, ещё один бывший король. Он бежал, ничего не видя перед собой, заломив в отчаянии руки, а в глазах его блестели слёзы.
Подтверждались самые мрачные подозрения. Энни закусила губу, повернулась и пошла к Тиму. Встречаться с Ружеро ей уже совершенно не хотелось. Когда вечером их вновь пригласили в дом правителя, она решительно отказалась.
— Тим, иди, пожалуйста, один. Я ужасно устала, у меня болит голова, и я хочу побыть одна, мне нужно отдохнуть, — вывалила она на мальчика сразу несколько придуманных причин.
Тим не стал её уговаривать и убежал, пообещав, прислать одного из двух знаменитых рудокопских докторов. К тому времени, когда появился доктор Робиль, у Энни от переживаний и тягостных раздумий и в самом деле разболелась голова. К счастью, доктор принёс с собой успокаивающую настойку, и вскоре Энни смогла заснуть.