Шрифт:
Глава 1.
«Все счастливые семьи
счастливы одинаково,
каждая несчастливая семья
несчастлива по-своему».
(Александр Николаевич Островский)
– Как ты меня достала уже!! Алиска, голову оторву!! Иди сюда немедленно и стирай! – кричала старшая дочь, Лиля, но услышав, что мама уже зашла в дом и снимает зимнюю одежду в прихожей, кричать перестала и только вполголоса что-то выговаривала младшей сестре.
Лилии
Лиля же кошек терпеть не могла, так как питала любовь к более мелким и гадким, на взгляд мамы, грызунам. Сейчас же были новогодние каникулы, и Лиля частенько садилась за зубрёжку предметов, так как заканчивала девятый класс и шла на золотую медаль. "А-а-а-а! Как меня достала эта учёба!" – наверное единственная мысль любого подростка, и без разницы, какого он пола. Сейчас бы погулять с друзьями, сходить на каток, но у Лили всё шло через то самое место, когда нифига не клеится и все, и всё бесит! Друзья Ванька с Никиткой уже несколько раз по очереди названивали и звали с собой, но Лиля всегда следовала чёткому плану на день, где было всё расписано поминутно – сколько забот на день и нужно бы всё успеть, а тут ещё эта маленькая паршивка! И батя сейчас явится злой с какой-нибудь, известной только ему, тусовки, и мамка вечно на работе – должен же кто-то из родителей обеспечивать семью. Вот и вертись, Лилечка, тут сама, как хочешь! Ты же старшая! А Алиска совсем не помогает!
Сейчас причиной Лилиного бешенства была очередная проделка сестры – ну вздумалось Алисе порисовать на ногах сестры маркером, улучив момент, когда она нечаянно задремала за столом за дурацкой химией. Нервы, итак, уже вылетают в трубу, а тут ещё эта месть от младшей. Всё потому, что Лиля категорически запретила в своей комнате поселять очередного ободранного лишайного котенка, припёртого домой Алисой. А тот " несчастное создание, а ты бессердечная!" – по мнению Алисы, жил в страшном чулане с пауками, без кровати, а всего лишь на матрасе и находился на карантине во время вынужденного лечения.
Вот и пробралась Алиса в комнату к старшей сестре с маркером в руке чтобы свершить свою месть. А про то, что у Лилии уже на постоянной основе обитали в комнате три крысы, которых ну никак нельзя поселять рядом с котами, младшая не думала. Что ей, злой Лильке, жалко места?
Сама Алиса жила в комнате с тремя здоровенными ленивыми котами, которых никак нельзя сейчас селить рядом с больным животным, а то враз все звери сядут на карантин в воротниках.
–Лиля! Ну я же просила – не кричать так на весь дом, —устала сказала мама, входя в комнату к старшей
–Ну мам, ну как я теперь это отмою? – чуть не плача ответила Лиля, потянувшись к матери для приветственного поцелуя. На ее ноге буйным красным маркером было написано "злыдня".
–Алиса, я тебя жду в комнате старшей сестры, – громко позвала младшую дочь мама, прекрасно зная, что будет услышана.
–Да иду уже, – бубня себе под нос, Алиса зашла в комнату сестры.
–Привет, доча, – первым делом поздоровалась мама и поцеловала Алису.
–Привет, мам, – прильнул лисёнок к матери, но номер с подлизыванием не прокатил.
– Причина? – спросила мама, указывая глазами на красную надпись на ноге Лилии.
– Кот, – пожала плечами Алиса.
–Ну мы же договорились, Алиса, или ты забыла? Твой очередной кот на лечении пока и после выздоровления он переедет в комнату к тебе же, а Лиля у нас по грызунам обожатель, ну как котам и крысам жить в одной комнате? Зачем же ты обижаешь сестру? Как она завтра пойдет на танцы с мальчиками с такой красивой надписью?
– Брюки наденет, -буркнула младшая, опустив глаза в пол.
– Извинения будут? – подала голос Лиля.
– Извини… Больше так не буду…, – тихо ответила Алиса, скрестив пальцы за спиной.
Ну нравилось ей доставать старшую, ведь она так завидовала ей! Лиля вон какая – настоящая восточная красавица, темноволосая, с огромными карими глазами и густыми бровями, узким носиком и чётко очерченными губами – красотка по мнению Алисы и окружающих, а сама Алиса рыжеватая, с копной вьющихся волос, с противными веснушками на своём курносом носу, хотя и также с карими глазами. “Очень и очень миленькая” – как считали окружающие, но не сама Алиса. Алиса была похожа на своего отца, Лиля – на своего и отцы у них были разные.
Под строгим взглядом матери инцидент был исчерпан, сёстры примирились, пыхча и пытаясь стереть Уайт-спиритом надпись на ноге Лили, а их мама, Александра, спокойно пошла переодеваться.
Надев домашний халат, тщательно умылась, пытаясь смыть накопившуюся усталость, как будто уже впитавшуюся в её кожу и делавшая Сашу зрительно старше – лет на пять, не меньше, насухо вытерла лицо и уставилась на себя в зеркало ванной комнаты. На нее смотрела молодая, несмотря на усталость, симпатичная женщина – карие глаза, прямой тёмный волос до плеч, яркие губы, не пухлые, но четко очерченные и красивые своей естественностью, со стройной, чуть полноватой в области попы, фигурой, с прилично объёмной и тяжёлой грудью и высокой шеей. Сашу можно даже назвать красавицей, не будь сейчас тёмных кругов под глазами после ночной смены на автозаправке и, потухших от усталости, глаз.
–Ничего. Прорвёмся, —прошептала Саша и показала язык своему отражению. Ну кто сказал, что в душе она не осталась той самой озорной девчонкой, которая кружила мальчишкам голову своей безбашенностью, красотой и озорством? Она та же – доверчивая, светлая и ранимая, только непонятно, как и когда превратившаяся во вьючного мула, работающая на трёх работах, тащившего на себе двух детей, четырёх котов, трёх крыс, собаку и вдобавок – мужа, обленившегося и периодически выпивающего и гуляющего, неизвестно в какой стороне, мужчину. Ещё раз взглянув на себя в зеркало Саше вдруг вспомнился взгляд Ильдара, отца Лилии и ощущение, что она чувствовала сегодня на себе этот прожигающий, полной черноты, взгляд. Хотя конечно же этого не может просто быть – они не виделись с ним вот уже почти шестнадцать лет после того, как она бежала от него, сломя голову, через полстраны.